Величайшие истины — самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. —

Величайшие истины — самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. —

Величайшие истины - самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. -

Толстой Л.Н.

Действительно великая, философская мысль Л.Н.Толстого передана через рассказ о самых неинтересных, самых типичных обывателях того времени.

Глубина этой мысли идет через весь рассказ грандиозным фоном для незначительного, маленького театра кукол, какими являются герои этого произведения.

Член Судебной палаты Иван Ильич Головин, женившись в свое время без любви, но весьма выгодно для собственного положения, делает очень важный шаг в жизни — переезд. Дела его на службе идут хорошо, и, на радость жены, они переезжают в более достойную и престижную квартиру.

Все хлопоты и переживания по поводу покупки мебели, обстановки квартиры занимают первое место в помыслах семьи: «Чтобы было не хуже, чем у других».

Какие должны быть стулья в столовой, обить ли розовым кретоном гостиную, но все это должно быть непременно «на уровне», а другими словами, в точности повторить сотни таких же квартир.

Так же это было во времена «застоя» — ковры, хрусталь, стенка; так и в наше время — евроремонт. У всех. Главное — престижно и достойно.

Но есть ли счастье у этих людей? Прасковья Федоровна, жена, постоянно «пилит» Ивана Ильича, чтобы тот продвигался по службе, как другие. У детей свои интересы. А Иван Ильич находит радость во вкусном обеде и успехах на работе.

Толстой пишет не о какой-то случайной семье. Он показывает поколения таких людей. Их большинство. В чем-то рассказ Толстого — это проповедь духовной мысли. Может быть, такой вот Иван Ильич, прочитав сегодня эту книгу, задумается, кто же он есть на самом деле: только ли чиновник, муж, отец- или есть у него более высокое предназначение?

Наш Иван Ильич только перед самой смертью обнаруживает это великое. А вот за все время болезни, да и вообще за всю жизнь не приходит ему такая мысль.

Украшая свое новое жилище, Иван Ильич подвешивал модную картину, но сорвался и упал с высоты. «Совершенно удачно упал», только немного повредил бок. Наш герой беззаботно смеется, но до читателя уже доносится грозная музыка, лейтмотив провидения, смерти. Сцена съеживается, герои становятся мультипликационными, ненастоящими.

Задетый бок время от времени стал напоминать о себе. Скоро даже вкусная еда перестала радовать члена Судебной палаты. После еды он стал испытывать ужасную боль. Его жалобы страшно раздражали Прасковью Федоровну. Никакой жалости, а тем более любви к мужу она не испытывала.

Но зато чувствовала огромную жалость к себе. Ей, с ее благородным сердцем, приходится переносить все дурацкие капризы своего избалованного мужа, и только ее чуткость позволяет ей сдержать раздражение и благосклонно отвечать на его глупое нытье.

Каждый сдержанный упрек казался ей огромным подвигом и самопожертвованием.

Не видя ласки, муж тоже старался не заводить речь о болезни, но когда, исхудавший, с постоянными болями, он уже не мог ходить на службу и различные бездарные врачи назначали ему припарки, все уже начали понимать, что дело серьезное.

И в семье складывается еще более душная атмосфера, поскольку не совсем уснувшая совесть мешает детям и жене спокойно развлекаться, как раньше.

Дети, в душе обиженные на отца, лицемерно спрашивают его о здоровье, жена тоже считает своей обязанностью поинтересоваться, но единственный, кто действительно сочувствует больному, — буфетный мужик Герасим. Он становится и сиделкой возле постели умирающего, и утешителем в его страданиях.

Нелепая просьба барина — держать его ноги, мол, так ему легче, не вызывает ни удивления, ни раздражения мужика. Он видит перед собой не чиновника, не хозяина, а прежде всего умирающего человека, и рад хоть как-то послужить ему.

Чувствуя себя обузой, Иван Ильич еще больше раздражался и капризничал, но вот наконец-то смерть-избавительница приблизилась к нему.

После долгой агонии вдруг произошло чудо — никогда не задумывавшийся о том самом «великом», Иван Ильич ощутил неведомое для него чувство всеобъемлющей любви и счастья.

Он больше не был обижен на черствость родных, напротив, он чувствовал к ним нежность и с радостью прощался с ними. С радостью же он и отправился в чудесный, сверкающий мир, где, он знал, его любят и встречают. Только теперь обрел он свободу.

Но остался его сын, встреча с которым после похорон мимолетна, но ужасающе конкретна: «Это был маленький Иван Ильич, каким Петр Иванович помнил его в Правоведении. Глаза у него были и заплаканные и такие, какие бывают у нечистых мальчиков в тринадцать-четырнадцать лет».

Каждый день на планете умирают тысячи Иванов Ильичей, но так же продолжают люди жениться и выходить замуж по расчету, ненавидеть друг друга и растить таких же детей. Каждый думает, что способен на подвиг. А подвиги кроются в самой обыкновенной жизни, если она освещена, пронизана любовью и заботой о ближних.

Источник: https://globuss24.ru/doc/velicaisie-istiny-samye-prostye-l-n-tolstoi-po-odnomu-iz-proizvedenii-russkoi-literatury

«Величайшие истины — самые простые». Л. Н. Толстой. (По одному из произведений русской литературы. — Л. Н. Толстой. «Смерть Ивана Ильича».)

Величайшие истины - самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. -

Действительно великая, философская мысль Л. Н. Толстого передана через рассказ о самых неинтересных, самых типичных обывателях того времени. Глубина этой мысли идет через весь рассказ грандиозным фоном для незначительного, маленького театра кукол, какими являются герои этого произведения.

Член Судебной палаты Иван Ильич Головин, женившись в свое время без любви, но весьма выгодно для собственного положения, делает очень важный шаг в жизни — переезд. Дела его на службе идут хорошо, и, на радость жены, они переезжают в более достойную и престижную квартиру.

Все хлопоты и переживания по поводу покупки мебели, обстановки квартиры занимают первое место в помыслах семьи: «Чтобы было не хуже, чем у других». Какие должны быть стулья в столовой, обить ли розовым кретоном гостиную, но все это должно быть непременно «на уровне», а другими словами, в точности повторить сотни таких же квартир.

Так же это было во времена «застоя» — ковры, хрусталь, стенка; так и в наше время — евроремонт. У всех. Главное — престижно и достойно.

Но есть ли счастье у этих людей? Прасковья Федоровна, жена, постоянно «пилит» Ивана Ильича, чтобы

тот продвигался по службе, как другие. У детей свои интересы. А Иван Ильич находит радость во вкусном обеде и успехах на работе. Толстой пишет не о какой-то случайной семье. Он показывает поколения таких людей. Их большинство. В чем-то рассказ Толстого — это проповедь духовной мысли. Может быть, такой вот Иван Ильич, прочитав сегодня эту книгу, задумается, кто же он есть на самом деле: только ли чиновник, муж, отец — или есть у него более высокое предназначение? Наш Иван Ильич только перед самой смертью обнаруживает это великое. А вот за все время болезни, да и вообще за всю жизнь не приходит ему такая мысль. Украшая свое новое жилище, Иван Ильич подвешивал модную картину, но сорвался и упал с высоты. «Совершенно удачно упал», только немного повредил бок. Наш герой беззаботно смеется, но до читателя уже доносится грозная музыка, лейтмотив провидения, смерти. Сцена съеживается, герои становятся мультипликационными, ненастоящими. Задетый бок время от времени стал напоминать о себе. Скоро даже вкусная еда перестала радовать члена Судебной палаты. После еды он стал испытывать ужасную боль. Его жалобы страшно раздражали Прасковью Федоровну. Никакой жалости, а тем более любви к мужу она не испытывала. Но зато чувствовала огромную жалость к себе. Ей, с ее благородным сердцем, приходится переносить все дурацкие капризы своего избалованного мужа, и только ее чуткость позволяет ей сдержать раздражение и благосклонно отвечать на его глупое нытье. Каждый сдержанный упрек казался ей огромным подвигом и самопожертвованием. Не видя ласки, муж тоже старался не заводить речь о болезни, но когда, исхудавший, с постоянными болями, он уже не мог ходить на службу и различные бездарные врачи назначали ему припарки, все уже начали понимать, что дело серьезное. И в семье складывается еще более душная атмосфера, поскольку не совсем уснувшая совесть мешает детям и жене спокойно развлекаться, как раньше. Дети, в душе обиженные на отца, лицемерно спрашивают его о здоровье, жена тоже считает своей обязанностью поинтересоваться, но единственный, кто действительно сочувствует больному, — буфетный мужик Герасим. Он становится и сиделкой возле постели умирающе го, и утешителем в его страданиях. Нелепая просьба барина — держать его ноги, мол, так ему легче, не вызывает ни удивления, ни раздражения мужика. Он видит перед собой не чиновника, не хозяина, а прежде всего умирающего человека, и рад хоть как-то послужить ему. Чувствуя себя обузой, Иван Ильич еще больше раздражался и капризничал, но вот наконец-то смерть-избавительница приблизилась к нему. После долгой агонии вдруг произошло чудо — никогда не задумывавшийся о том самом «великом», Иван Ильич ощутил неведомое для него чувство всеобъемлющей любви и счастья. Он больше не был обижен на черствость родных, напротив, он чувствовал к ним нежность и с радостью прощался с ними. С радостью же он и отправился в чудесный, сверкающий мир, где, он знал, его любят и встречают. Только теперь обрел он свободу. Но остался его сын, встреча с которым после похорон мимолетна, но ужасающе конкретна: «Это был маленький Иван Ильич, каким Петр Иванович помнил его в Правоведении. Глаза у него были и заплаканные и такие, какие бывают у нечистых мальчиков в тринадцать-четырнадцать лет».

Каждый день на планете умирают тысячи Иванов Ильичей, но так же продолжают люди жениться и выходить замуж по расчету, ненавидеть друг друга и растить таких же детей. Каждый думает, что способен на подвиг. А подвиги кроются в самой обыкновенной жизни, если она освещена, пронизана любовью и заботой о ближних.

«Величайшие истины — самые простые». Л. Н. Толстой. (По одному из произведений русской литературы. — Л. Н. Толстой. «Смерть Ивана Ильича».)

Источник: https://home-task.com/velichajshie-istiny-samye-prostye-l-n-tolstoj-po-odnomu-iz-proizvedenij-russkoj-literatury-l-n-tolstoj-smert-ivana-ilicha/

“Величайшие истины – самые простые”. Л. Н. Толстой

Величайшие истины - самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. -

Действительно великая, философская мысль Л. Н. Толстого передана через рассказ о самых неинтересных, самых типичных обывателях того времени.

Глубина этой мысли идет через весь рассказ грандиозным фоном для незначительного, маленького театра кукол, какими являются герои этого произведения.

Член Судебной палаты Иван Ильич Головин, женившись в свое время без любви, но весьма выгодно для собственного положения, делает очень важный шаг в жизни – переезд.

Дела его на службе идут хорошо, и, на радость жены, они переезжают в более достойную и престижную квартиру.

Все хлопоты и переживания по поводу покупки мебели, обстановки квартиры занимают первое место в помыслах семьи: “Чтобы было не хуже, чем у других”.

Какие должны быть стулья в столовой, обить ли розовым кретоном гостиную, но все это должно быть непременно “на уровне”, а другими словами, в точности повторить сотни таких же квартир.

Так же это было во времена “застоя” – ковры, хрусталь, стенка; так и в наше время – евроремонт.

У всех. Главное – престижно и достойно.

Но есть ли счастье у этих людей? Прасковья Федоровна, жена, постоянно “пилит” Ивана Ильича, чтобы тот продвигался по службе, как другие. У детей свои интересы.

А Иван Ильич находит радость во вкусном обеде и успехах на работе.

Толстой пишет не о какой-то случайной семье. Он показывает поколения таких людей. Их большинство.

В чем-то рассказ Толстого – это проповедь духовной мысли. Может быть, такой вот Иван Ильич, прочитав сегодня эту книгу, задумается, кто же он есть на самом деле: только ли чиновник, муж, отец – или есть у него более высокое предназначение?

Наш Иван Ильич только перед самой смертью обнаруживает это великое. А вот за все время болезни, да и вообще за всю жизнь не приходит ему такая мысль.

Украшая свое новое жилище, Иван Ильич подвешивал модную картину, но сорвался и упал с высоты. “Совершенно удачно упал”, только немного повредил бок. Наш герой беззаботно смеется, но до читателя уже доносится грозная музыка, лейтмотив провидения, смерти. Сцена съеживается, герои становятся мультипликационными, ненастоящими.

Задетый бок время от времени стал напоминать о себе. Скоро даже вкусная еда перестала радовать члена Судебной палаты. После еды он стал испытывать ужасную боль. Его жалобы страшно раздражали Прасковью Федоровну. Никакой жалости, а тем более любви к мужу она не испытывала.

Но зато чувствовала огромную жалость к себе. Ей, с ее благородным сердцем, приходится переносить все дурацкие капризы своего избалованного мужа, и только ее чуткость позволяет ей сдержать раздражение и благосклонно отвечать на его глупое нытье. Каждый сдержанный упрек казался ей огромным подвигом и самопожертвованием.

Не видя ласки, муж тоже старался не заводить речь о болезни, но когда, исхудавший, с постоянными болями, он уже не мог ходить на службу и различные бездарные врачи назначали ему припарки, все уже начали понимать, что дело серьезное.

И в семье складывается еще более душная атмосфера, поскольку не совсем уснувшая совесть мешает детям и жене спокойно развлекаться, как раньше.

Дети, в душе обиженные на отца, лицемерно спрашивают его о здоровье, жена тоже считает своей обязанностью поинтересоваться, но единственный, кто действительно сочувствует больному, – буфетный мужик Герасим.

Он становится и сиделкой возле постели умирающе го, и утешителем в его страданиях. Нелепая просьба барина – держать его ноги, мол, так ему легче, не вызывает ни удивления, ни раздражения мужика. Он видит перед собой не чиновника, не хозяина, а прежде всего умирающего человека, и рад хоть как-то послужить ему.

Чувствуя себя обузой, Иван Ильич еще больше раздражался и капризничал, но вот наконец-то смерть-избавительница приблизилась к нему.

После долгой агонии вдруг произошло чудо – никогда не задумывавшийся о том самом “великом”, Иван Ильич ощутил неведомое для него чувство всеобъемлющей любви и счастья.

Он больше не был обижен на черствость родных, напротив, он чувствовал к ним нежность и с радостью прощался с ними. С радостью же он и отправился в чудесный, сверкающий мир, где, он знал, его любят и встречают.

Только теперь обрел он свободу.

Но остался его сын, встреча с которым после похорон мимолетна, но ужасающе конкретна: “Это был маленький Иван Ильич, каким Петр Иванович помнил его в Правоведении. Глаза у него были и заплаканные и такие, какие бывают у нечистых мальчиков в тринадцать-четырнадцать лет”.

Каждый день на планете умирают тысячи Иванов Ильичей, но так же продолжают люди жениться и выходить замуж по расчету, ненавидеть друг друга и растить таких же детей. Каждый думает, что способен на подвиг. А подвиги кроются в самой обыкновенной жизни, если она освещена, пронизана любовью и заботой о ближних.

(1 votes, average: 5.00 5)

Источник: https://goldsoch.info/velichajshie-istiny-samye-prostye-l-n-tolstoj/

Сочинение

Величайшие истины - самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. -

Говорят, что шкала гениальности имеет две риски, отмечающие эту гениальность, — в самом начале и в самом конце линейки. Дей­ствительно, наскальные рисунки наших далеких пращуров по-своему выразительны, как выразительны статуи острова Пасхи.

«Девочка на шаре» Пикассо написана с предельной простотой, как и голубь этого же художника. И даже если бы он не создал «Гернику» и множество других картин в самой разнообразной стилистике исполнения, эти простые работы принесли бы ему славу.

[sms]Сравним его «Любительницу абсента» и «Демона» Врубеля.

По­ставим в этот ряд «Мыслителя» Родена и Будду старинного литья из Даосского храма, каменную бабу с надгробия скифского воина и скульптуру Нефертити из египетской гробницы.

Приплюсуем простые, но несущие мощный философский заряд рубай О. Хайяма и бес­смертные строки «Слова о полку Игореве», прозрачную пушкинскую прозу и стихи Тютчева, которые можно петь…

Наше перечисление может затянуться, а рамки заданной темы вынуждают ограничить свое личное восприятие цитаты, заменяя жи­вые жизненные впечатления опорой на конкретный литературный материал. Поэтому обратимся к роману Чернышевского «Что делать?», в котором простые истины переданы с безыскусной простотой.

Подлинный герой эпохи, перед которым преклоняется автор, — это Рахметов, революционер с его «пламенной любовью к добру». 

Образ Рахметова и вся та чистая, возвышенная атмосфера ува­жения и признания, которой он окружен, с несомненностью свиде­тельствуют, что стержневая тема романа не в изображении любви и новых семейных отношений «обыкновенных порядочных людей», а в прославлении революционной энергии и подвига «особенного чело­века» — Рахметова. С образом Рахметова прежде всего соотнесено название романа «Что делать?».

«Рахметов выведен, — говорил автор, — для исполнения глав­нейшего, самого коренного требования художественности». А оно состоит в том, чтобы читатель представлял себе предметы в «истин-Ном их виде».

Иначе говоря, читатель должен понять, что хотя Рах­метов, по цензурным условиям, и не является «вовсе никаким дей­стеующим лицом» в романе, но зато он главное действующее лицо в жизни. Это и есть та истина, та правда, которая составляет художе­ственную реалистическую силу романа.

Мало Рахметовых, писал Чер­нышевский, «но ими расцветает жизнь всех, без них она заглохла бы, прокисла бы; мало их, но они дают всем людям дышать, без них люди задохнулись бы.

Велика масса честных и добрых людей, а таких людей мало; но они в ней — теин в чаю, букет в благородном вине, от них ее сила и аромат, это цвет лучших людей, это двигатели двигателей, это соль соли земли».

Показательно, что в «Записках» III отделения, содержащих оцен­ки журналов 60-х годов, этот знаменитый роман цитировался по «Современнику» полностью, слово в слово.

Анонимный автор «За­писок» свидетельствовал о «восторженном» приеме, оказанном чи­тателями роману «Что делать?».

Он горько досадовал на то, что последователи Чернышевского, «нигилисты наши составили такую плотную и самовластную корпорацию, что действуют в литературном мире совершенно деспотически».

Никто еще до Чернышевского в русской да и мировой художе­ственной литературе не сказал таких поэтически проникновенных слов о революционере, о социалисте. В заключительной главе романа высказана уверенность в близости революционного переворота. Всем существом своим опальный автор «Что делать?» ждал революцию в России, приветствовал ее, прославлял ее деятелей.

Чутьем большого художника-реалиста и мыслителя Чернышевс­кий понял, что только рельефный образ с наибольшей полнотой выразит сущность русского революционера — тогда еще «экземпля­ра… редкой породы» — и окажет сильное воспитательное воздей­ствие на читателя. По терминологии автора, он рисовал Рахметовых «забавными».

«В них было много забавного, — писал Чернышевский, — все главное в них и было забавно, все то, почему они были людьми особой породы». Находившийся под судебным следствием Черны­шевский вынужден был часто прибегать к эзоповому языку, больше всего на тех страницах, где появляется Рахметов.

Слово «революци­онер» заменяется здесь терминами — понятиями «ригорист», «осо­бенный человек», «высшая натура»; революционная деятельность — «дело», революционные убеждения и взгляды — «оригинальные принципы и в материальной, и в нравственной, и в умственной жиз­ни»; революционная пропаганда — «огненные речи Рахметова, ко­нечно, не о любви»; царизм, помещичий строй — «обстоятельства», «старый порядок», «то, что должно погибнуть»; социализм — «зо­лотой век», «новый порядок», «то, что должно жить», и т.д. Искус­ными намеками автор давал понять, что его герой ведет революци­онную работу. Сообщив о том, что у Рахметова бездна всяких «дел, не касавшихся лично до него», Чернышевский заключает рассказ словами, из которых становится ясно, каким опасным конспиратив­ным занятиям предается его герой: «Но часто по нескольку дней его не бывало дома. Тогда, вместо него, сидел у него и принимал посе­тителеи один из его приятелей, преданный ему душой и телом и молчаливый, как могила».

В окружении этих и тому подобных намеков, раскрывающих поли­тическое лицо Рахметова как революционера и социалиста, Черны­шевский предельно заостренно, подчеркнуто выделил главные сторо­ны его характера, необычность жизненной биографии своего героя.

Рахметов — потомок древнейшей аристократической фамилии, сын богатого помещика-ультраконсерватора. Протестующие мысли стали бродить в голове юноше еще в доме отца-деспота, причинив­шего много зла и горя матери, любимой девушке, крепостному люду. В студенческие годы Рахметов сошелся с Кирсановым, и «началось его перерождение в особенного человека».

Уже этой необыкновенной биографией Рахметова (здоровый ко­лос на «крошечном клочке» гнилого дворянского болота) заявлена могучая покоряющая сила новых революционных идей.

При этом писатель не фантазировал, он знал, как знали и его читатели, что революционеры — выходцы из дворянской среды — явление в рус­ской истории не исключительное (Радищев, декабристы, многие из петрашевцев, Огарев, Герцен и другие).

Фигура Рахметова свидетельствовала, как далеко зашел процесс разложения внутри старого общества, внутри господствующего класса, если честные, здоровые люди отрекаются от него и примыкают к народу и революции.

Рахметов закаляет себя физической работой, ведет самый суро­вый образ жизни, под стать простому народу. Больше того, Рахме­тов не со стороны наблюдает быт и жизнь людей. Герой Чернышев­ского сам работает пахарем, плотником, перевозчиком, бурлаком.

Рахметов гордится тем, что товарищи по лямке окрестили его Ники-тушкой Ломовым, славным и дорогим для простонародья именем волжского бурлака-богатыря.

Так необычайно выпукло, заостренно представлен в романе демократизм революционера, принесший ему доверие, уважение и любовь простых людей.

Чтобы подчеркнуть глубокую преданность Рахметова революци­онному делу, Чернышевский сознательно преувеличивает спартанс­кие, аскетические начала в поведении своего героя.

Натура кипучая, живая, страстная, Рахметов отказывается от любви, от жизненных Удовольствий.

«Мы требуем для людей полного наслаждения жиз­нью, — говорит он, — мы должны своею жизнью свидетельствовать, что мы требуем этого не для удовлетворения своим личным страс­тям, не для себя лично, а для человека вообще».

Свою готовность выдержать самые тяжелые испытания, любые страдания, даже пытки во имя революционных убеждений Рахметов проверяет тем, что однажды хладнокровно укладывается на войлок, утыканный гвоздями, и, окровавленный, проводит таким образом всю ночь. «Проба. Нужно… — говорит Рахметов, — на всякий случай нужно. Вижу, могу».

Рахметов суров, неразговорчив, «феноменально груб», «страш­но резок», а в сущности он деликатный, милый, веселый, нежный и добрый человек.

«Вредные обстоятельства» не позволяют ему за­быть «свои тоскливые думы, свою жгучую скорбь», и он редко шу­тит, чаще выглядит «мрачным чудовищем». Честные люди не оскор­бляются его резкостью.

Они любят его, верят ему. Писатель восхи­щается своим «забавным» героем.

В образе Рахметова запечатлены наиболее существенные сторо­ны характера зарождавшегося в России типа профессионального революционера, с его непреклонной волей к борьбе, высоким нрав­ственным благородством, безграничной преданностью народу и ро­дине.

Ожесточенная общественная борьба вокруг «Что делать?», вокруг созданных Чернышевским образов «новых людей», злобные нападки врагов на автора революционного романа и искренняя при­знательность сторонников и союзников отчетливо выявляют полити­ческое существо типа Рахметова, который, как и его создатель, ищет истину в преобразовании общественного строя.[/sms]

Источник: https://www.kalitva.ru/110698-sochinenievelichajjshie-istiny-samye.html

Сочинение: Величайшие истины — самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. —

Величайшие истины - самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. -

Толстой Л.Н.

Действительно великая, философская мысль Л.Н.Толстого передана через рассказ о самых неинтересных, самых типичных обывателях того времени.

Глубина этой мысли идет через весь рассказ грандиозным фоном для незначительного, маленького театра кукол, какими являются герои этого произведения.

Член Судебной палаты Иван Ильич Головин, женившись в свое время без любви, но весьма выгодно для собственного положения, делает очень важный шаг в жизни — переезд. Дела его на службе идут хорошо, и, на радость жены, они переезжают в более достойную и престижную квартиру.

Все хлопоты и переживания по поводу покупки мебели, обстановки квартиры занимают первое место в помыслах семьи: «Чтобы было не хуже, чем у других».

Какие должны быть стулья в столовой, обить ли розовым кретоном гостиную, но все это должно быть непременно «на уровне», а другими словами, в точности повторить сотни таких же квартир.

Так же это было во времена «застоя» — ковры, хрусталь, стенка; так и в наше время — евроремонт. У всех. Главное — престижно и достойно.

Но есть ли счастье у этих людей? Прасковья Федоровна, жена, постоянно «пилит» Ивана Ильича, чтобы тот продвигался по службе, как другие. У детей свои интересы. А Иван Ильич находит радость во вкусном обеде и успехах на работе.

Толстой пишет не о какой-то случайной семье. Он показывает поколения таких людей. Их большинство. В чем-то рассказ Толстого — это проповедь духовной мысли. Может быть, такой вот Иван Ильич, прочитав сегодня эту книгу, задумается, кто же он есть на самом деле: только ли чиновник, муж, отец- или есть у него более высокое предназначение?

Наш Иван Ильич только перед самой смертью обнаруживает это великое. А вот за все время болезни, да и вообще за всю жизнь не приходит ему такая мысль.

Украшая свое новое жилище, Иван Ильич подвешивал модную картину, но сорвался и упал с высоты. «Совершенно удачно упал», только немного повредил бок. Наш герой беззаботно смеется, но до читателя уже доносится грозная музыка, лейтмотив провидения, смерти. Сцена съеживается, герои становятся мультипликационными, ненастоящими.

Задетый бок время от времени стал напоминать о себе. Скоро даже вкусная еда перестала радовать члена Судебной палаты. После еды он стал испытывать ужасную боль. Его жалобы страшно раздражали Прасковью Федоровну. Никакой жалости, а тем более любви к мужу она не испытывала.

Но зато чувствовала огромную жалость к себе. Ей, с ее благородным сердцем, приходится переносить все дурацкие капризы своего избалованного мужа, и только ее чуткость позволяет ей сдержать раздражение и благосклонно отвечать на его глупое нытье.

Каждый сдержанный упрек казался ей огромным подвигом и самопожертвованием.

Не видя ласки, муж тоже старался не заводить речь о болезни, но когда, исхудавший, с постоянными болями, он уже не мог ходить на службу и различные бездарные врачи назначали ему припарки, все уже начали понимать, что дело серьезное.

И в семье складывается еще более душная атмосфера, поскольку не совсем уснувшая совесть мешает детям и жене спокойно развлекаться, как раньше.

Дети, в душе обиженные на отца, лицемерно спрашивают его о здоровье, жена тоже считает своей обязанностью поинтересоваться, но единственный, кто действительно сочувствует больному, — буфетный мужик Герасим. Он становится и сиделкой возле постели умирающего, и утешителем в его страданиях.

Нелепая просьба барина — держать его ноги, мол, так ему легче, не вызывает ни удивления, ни раздражения мужика. Он видит перед собой не чиновника, не хозяина, а прежде всего умирающего человека, и рад хоть как-то послужить ему.

Чувствуя себя обузой, Иван Ильич еще больше раздражался и капризничал, но вот наконец-то смерть-избавительница приблизилась к нему.

После долгой агонии вдруг произошло чудо — никогда не задумывавшийся о том самом «великом», Иван Ильич ощутил неведомое для него чувство всеобъемлющей любви и счастья.

Он больше не был обижен на черствость родных, напротив, он чувствовал к ним нежность и с радостью прощался с ними. С радостью же он и отправился в чудесный, сверкающий мир, где, он знал, его любят и встречают. Только теперь обрел он свободу.

Но остался его сын, встреча с которым после похорон мимолетна, но ужасающе конкретна: «Это был маленький Иван Ильич, каким Петр Иванович помнил его в Правоведении. Глаза у него были и заплаканные и такие, какие бывают у нечистых мальчиков в тринадцать-четырнадцать лет».

Каждый день на планете умирают тысячи Иванов Ильичей, но так же продолжают люди жениться и выходить замуж по расчету, ненавидеть друг друга и растить таких же детей. Каждый думает, что способен на подвиг. А подвиги кроются в самой обыкновенной жизни, если она освещена, пронизана любовью и заботой о ближних.

Источник: https://www.bestreferat.ru/referat-283260.html

Сочинение на тему

Величайшие истины - самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. -

Действительно великая, философская мысль Л.Н.Толстого передана через рассказ о самых неинтересных, самых типичных обывателях того времени. Глубина этой мысли идет через весь рассказ грандиозным фоном для незначительного, маленького театра кукол, какими являются герои этого произведения.

Член Судебной палаты Иван Ильич Головин, женившись в свое время без любви, но весьма выгодно для собственного положения, делает очень важный шаг в жизни — переезд. Дела его на службе идут хорошо, и, на радость жены, они переезжают в более достойную и престижную квартиру.

Все хлопоты и переживания по поводу покупки мебели, обстановки квартиры занимают первое место в помыслах семьи: «Чтобы было не хуже, чем у других». Какие должны быть стулья в столовой, обить ли розовым кретоном гостиную, но все это должно быть непременно «на уровне», а другими словами, в точности повторить сотни таких же квартир.

Так же это было во времена «застоя» — ковры, хрусталь, стенка; так и в наше время — евроремонт. У всех. Главное — престижно и достойно. Но есть ли счастье у этих людей? Прасковья Федоровна, жена, постоянно «пилит» Ивана Ильича, чтобы тот продвигался по службе, как другие. У детей свои интересы. А Иван Ильич находит радость во вкусном обеде и успехах на работе.

Толстой пишет не о какой-то случайной семье. Он показывает поколения таких людей. Их большинство. В чем-то рассказ Толстого — это проповедь духовной мысли.

Может быть, такой вот Иван Ильич, прочитав сегодня эту книгу, задумается, кто же он есть на самом деле: только ли чиновник, муж, отец- или есть у него более высокое предназначение? Наш Иван Ильич только перед самой смертью обнаруживает это великое. А вот за все время болезни, да и вообще за всю жизнь не приходит ему такая мысль.

Украшая свое новое жилище, Иван Ильич подвешивал модную картину, но сорвался и упал с высоты. «Совершенно удачно упал», только немного повредил бок. Наш герой беззаботно смеется, но до читателя уже доносится грозная музыка, лейтмотив провидения, смерти. Сцена съеживается, герои становятся мультипликационными, ненастоящими. Задетый бок время от времени стал напоминать о себе.

Скоро даже вкусная еда перестала радовать члена Судебной палаты. После еды он стал испытывать ужасную боль. Его жалобы страшно раздражали Прасковью Федоровну. Никакой жалости, а тем более любви к мужу она не испытывала. Но зато чувствовала огромную жалость к себе.

Ей, с ее благородным сердцем, приходится переносить все дурацкие капризы своего избалованного мужа, и только ее чуткость позволяет ей сдержать раздражение и благосклонно отвечать на его глупое нытье. Каждый сдержанный упрек казался ей огромным подвигом и самопожертвованием.

Не видя ласки, муж тоже старался не заводить речь о болезни, но когда, исхудавший, с постоянными болями, он уже не мог ходить на службу и различные бездарные врачи назначали ему припарки, все уже начали понимать, что дело серьезное. И в семье складывается еще более душная атмосфера, поскольку не совсем уснувшая совесть мешает детям и жене спокойно развлекаться, как раньше.

Дети, в душе обиженные на отца, лицемерно спрашивают его о здоровье, жена тоже считает своей обязанностью поинтересоваться, но единственный, кто действительно сочувствует больному, — буфетный мужик Герасим. Он становится и сиделкой возле постели умирающе го, и утешителем в его страданиях.

Нелепая просьба барина — держать его ноги, мол, так ему легче, не вызывает ни удивления, ни раздражения мужика. Он видит перед собой не чиновника, не хозяина, а прежде всего умирающего человека, и рад хоть как-то послужить ему. Чувствуя себя обузой, Иван Ильич еще больше раздражался и капризничал, но вот наконец-то смерть-избавительница приблизилась к нему.

После долгой агонии вдруг произошло чудо — никогда не задумывавшийся о том самом «великом», Иван Ильич ощутил неведомое для него чувство всеобъемлющей любви и счастья. Он больше не был обижен на черствость родных, напротив, он чувствовал к ним нежность и с радостью прощался с ними. С радостью же он и отправился в чудесный, сверкающий мир, где, он знал, его любят и встречают. Только теперь обрел он свободу. Но остался его сын, встреча с которым после похорон мимолетна, но ужасающе конкретна: «Это был маленький Иван Ильич, каким Петр Иванович помнил его в Правоведении. Глаза у него были и заплаканные и такие, какие бывают у нечистых мальчиков в тринадцать-четырнадцать лет». Каждый день на планете умирают тысячи Иванов Ильичей, но так же продолжают люди жениться и выходить замуж по расчету, ненавидеть друг друга и растить таких же детей. Каждый думает, что способен на подвиг. А подвиги кроются в самой обыкновенной жизни, если она освещена, пронизана любовью и заботой о ближних.

Сочинение на тему «Величайшие истины — самые простые» Л.Н.Толстой (По одному из произведений русской литературы — Л.Н.Толстой
Толстой Л.Н.
Стр. 1

Сочинение на тему «Величайшие истины — самые простые» Л.Н.Толстой (По одному из произведений русской литературы — Л.Н.Толстой
Толстой Л.Н.
Стр. 2

Источник: https://my-soch.ru/sochinenie/sochinenie-na-temu-quotvelichajshie-istiny--samye-prostyequot-lntolstoj-po-odnomu-iz-proizvedenij-russkoj-literatury--lntolstoj

Лев Толстой. Величайшие истины самые простые

Величайшие истины - самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. -

Максим Гулин: литературный дневник

Материал из Викицитатника

Доктора ездили к Наташе и отдельно и консилиумами, говорили много по-французски, по-немецки и по-латыни, осуждали один другого, прописывали самые разнообразные лекарства от всех им известных болезней; но ни одному из них не приходила в голову та простая мысль, что им не может быть известна та болезнь, которой страдала Наташа, как не может быть известна ни одна болезнь, которой одержим живой человек: ибо каждый живой человек имеет свои особенности и всегда имеет особенную и свою новую, сложную, неизвестную медицине болезнь, не болезнь легких, печени, кожи, сердца, нервов и т. д., записанных в медицине, но болезнь, состоящую из одного из бесчисленных соединений в страданиях этих органов. Эта простая мысль не могла приходить докторам (так же, как не может прийти колдуну мысль, что он не может колдовать) потому, что их дело жизни состояло в том, чтобы лечить, потому, что за то они получали деньги, и потому, что на это дело они потратили лучшие годы своей жизни. Но главное — мысль эта не могла прийти докторам потому, что они видели, что они несомненно полезны, и были действительно полезны для всех домашних Ростовых. Они были полезны не потому, что заставляли проглатывать больную большей частью вредные вещества (вред этот был мало чувствителен, потому что вредные вещества давались в малом количестве), но они полезны, необходимы, неизбежны были (причина — почему всегда есть и будут мнимые излечители, ворожеи, гомеопаты и аллопаты) потому, что они удовлетворяли нравственной потребности больной и людей, любящих больную. Они удовлетворяли той вечной человеческой потребности надежды на облегчение, потребности сочувствия и деятельности, которые испытывает человек во время страдания. Они удовлетворяли той вечной, человеческой — заметной в ребенке в самой первобытной форме — потребности потереть то место, которое ушиблено. Ребенок убьется и тотчас же бежит в руки матери, няньки для того, чтобы ему поцеловали и потерли больное место, и ему делается легче, когда больное место потрут или поцелуют. Ребенок не верит, чтобы у сильнейших и мудрейших его не было средств помочь его боли. И надежда на облегчение и выражение сочувствия в то время, как мать трет его шишку, утешают его.

По жизни человека, по делам его, как теперь, так и тогда никак нельзя узнать, православно-верующий он или нет.

Даже напротив в большей части случаев: нравственная жизнь, честность, правдивость, доброта к людям встречались и встречаются чаще в людях неверующих.

Напротив, признание своего православия и исполнение наглядное его обрядов большей частью встречается в людях безнравственных, жестоких, высокопоставленных, пользующихся насилием для своих похотей — богатства, гордости, сластолюбия.

Филадельфия

Я ни за русское, ни за японское правительства, но за обманутый рабочий народ обеих стран, вынужденный воевать против своего благополучия, совести и религии.

Толстой 1904. Февраля 9/22 — Из письма Л. Н. Толстого в американскую газету «North American Newspaper» Любить — значит жить жизнью того, кого любишь. Чтобы жить честно, надо рваться, путаться, ошибаться, начинать и бросать… и вечно бороться и лишаться.

А спокойствие — душевная подлость. Величайшие истины — самые простые. Для того чтобы жить доброй жизнью, нет надобности знать о том, откуда ты явился и что будет на том свете. Где любовь, там и Бог. Мир движется вперед благодаря тем, кто страдает.

Истинная сила человека не в порывах, а в нерушимом спокойствии.

Детей не отпугнешь суровостью, они не переносят только лжи.

Мы знаем, что с заряженными ружьями надо обращаться осторожно. А не хотим знать того, что так же надо обращаться и со словом. Слово может и убить, и сделать зло хуже смерти.

У меня от Думы три впечатления: комичное, возмутительное и отвратительное. Комичное в том понимании, какое оттенял Шопенгауэр, то есть противоположное естественному, нужному. Вот как если упал человек, когда он должен идти и не падать. Делается именно то, чего не нужно делать.

Комичное, потому что мне все кажется, будто эти дети играют во взрослых. Ничего нового, оригинального и интересного нет в думских прениях. Все это слышано-переслышано. Никто не выдумал и не сказал ничего своего.

У депутатов все перенято с европейского, и говорят они по-перенятому, вероятно, от радости, что у них есть «кулуары», «блоки» и прочее и что можно все это выговаривать. Наша Дума напоминает мне провинциальные моды.

Платья и шляпки, которые перестали носить в столице, сбываются в провинцию, и там их носят, воображая, что это модно. Наша Дума — провинциальная шляпка.

Возмутительным в ней кажется то, что, по справедливым словам Спенсера, особенно справедливо для России: все парламентские люди стоят ниже среднего уровня своего общества и вместе с тем берут на себя самоуверенную задачу разрешить судьбу стомиллионного народа. Наконец, Дума отвратительна — по грубости, неправдивости выставляемых мотивов, ужасающей самоуверенности, а главное, озлобленности. Такая Дума никому не нужна.

Дело не в том чтобы знать много, а в том, чтобы знать из всего того, что можно знать, самое нужное.

Я серьезно убежден, что миром правят совсем сумасшедшие. (Дневник: 12 июля 1900 г.)

Сумасшедшие всегда лучше, чем здоровые, достигают своих целей, Происходит это оттого, что для них нет никаких нравственных преград, ни стыда, ни справедливости, ни даже страха. (Дневник)

Степень правдивости человека есть указатель степени его нравственного совершенства.

Верующим в троичность бога нельзя доказать того, что этого нет, но можно показать им, что утверждение их есть утверждение не знания, а веры, что если они утверждают, что богов три, то я с таким же правом могу утверждать, что их 17 1/2.

Физический труд не только не исключает возможность умственной деятельности, не только улучшает ее достоинство, но поощряет ее.

Любовь? Что такое любовь? Любовь мешает смерти. Любовь есть жизнь. Все, все что я понимаю, я понимаю только потому, что люблю. Все есть, все существует только потому, что я люблю. Все связано одною ею. Любовь есть Бог, и умереть — значит мне, частице любви, вернуться к общему и вечному источнику.

Я умер — я проснулся. Да, смерть — пробуждение!

Если дикарь перестал верить в своего деревянного бога, то это не значит того, что Бога нет, а только то, что Бог не деревянный. (Суратская кофейня)

Если человек научился думать, — про что бы он ни думал, — он всегда думает о своей смерти.

В мечте есть сторона, которая лучше действительности; в действительности есть сторона лучше мечты. Полное счастье было бы соединение того и другого.

Ценность жизни обратно пропорциональна квадрату расстояния до смерти.

Если можно признать, что что бы то ни было важнее чувства человеколюбия, хоть на один час и хоть в каком-нибудь одном, исключительном случае, то нет преступления, которое нельзя бы было совершать над людьми, не считая себя виноватым.

Все люди живут и действуют отчасти по своим мыслям, отчасти по мыслям других людей. В том, насколько люди живут по своим мыслям и насколько по мыслям других людей, состоит одно из главных различий людей между собою.

Люди часто гордятся чистотой своей совести только потому, что они обладают короткой памятью.

Жизнь есть неперестающее изменение: ослабление плотской и усиление, увеличение духовной жизни.

Ничто так не ослабляет силы человека, как надежда в чем-либо, кроме своего усилия, найти спасение и благо.

Знания — орудие, а не цель.

Для того чтобы продолжать жить, зная неизбежность смерти есть только два средства; одно — не переставая так сильно желать и стремиться достижению радостей этого мира, чтоб всё время заглушать мысль о смерти, другое — найти в этой временной жизни, короткой или долгой, такой смысл, который не уничтожался бы смертью.

Все истины — парадоксы. Прямые выводы разума ошибочны, нелепые выводы опыта — безошибочны.

Нет того негодяя, который, поискав, не нашел бы негодяев в каком-нибудь отношении хуже себя и который поэтому не мог бы найти повода гордиться и быть довольным собой.
Дневник. 24 августа 1854.

Жизнь истинная — есть только та, которая продолжает прошедшую, содействует благу жизни современной и благу жизни будущей.

Старость — самая большая неожиданность в жизни.

Как можно надеяться, что на земле воцарится мир и процветание, если наши тела являются живыми могилами, в которых погребены убитые животные?

Другие статьи в литературном дневнике:

  • 31.03.2014. Квасной и сивушный патриотизм. Фантазия и человек.

Источник: https://www.proza.ru/diary/maxsimgulin/2014-03-16

“Величайшие истины – самые простые”. Л. Н. Толстой. (По одному из произведений русской литературы. – Л. Н. Толстой. “Смерть Ивана Ильича”.)

Величайшие истины - самые простые. Л.Н.Толстой. По одному из произведений русской литературы. -

Действительно великая, философская мысль Л. Н. Толстого передана через рассказ о самых неинтересных, самых типичных обывателях того времени.

Глубина этой мысли идет через весь рассказ грандиозным фоном для незначительного, маленького театра кукол, какими являются герои этого произведения.

Член Судебной палаты Иван Ильич Головин, женившись в свое время без любви, но весьма выгодно для собственного положения, делает очень важный шаг в жизни – переезд.

Дела его на службе идут хорошо, и, на радость жены, они переезжают в более достойную и престижную квартиру.
Все хлопоты и переживания по поводу покупки мебели, обстановки квартиры занимают первое место в помыслах семьи: “Чтобы было не хуже, чем у других”.

Какие должны быть стулья в столовой, обить ли розовым кретоном гостиную, но все это должно быть непременно “на уровне”, а другими словами, в точности повторить сотни таких же квартир.

Так же это было во времена “застоя” – ковры, хрусталь, стенка; так и в наше время – евроремонт. У всех.

Главное – престижно и достойно.
Но есть ли счастье у этих людей? Прасковья Федоровна, жена, постоянно “пилит” Ивана Ильича, чтобы тот продвигался по службе, как другие. У детей свои интересы.

А Иван Ильич находит радость во вкусном обеде и успехах на работе.
Толстой пишет не о какой-то случайной семье. Он показывает поколения таких людей. Их большинство. В чем-то рассказ Толстого – это проповедь духовной мысли.

Может быть, такой вот Иван Ильич, прочитав сегодня эту книгу, задумается, кто же он есть на самом деле: только ли чиновник, муж, отец – или есть у него более высокое предназначение? Наш Иван Ильич только перед самой смертью обнаруживает это великое.

А вот за все время болезни, да и вообще за всю жизнь не приходит ему такая мысль. Украшая свое новое жилище, Иван Ильич подвешивал модную картину, но сорвался и упал с высоты. “Совершенно удачно упал”, только немного повредил бок.

Наш герой беззаботно смеется, но до читателя уже доносится грозная музыка, лейтмотив провидения, смерти. Сцена съеживается, герои становятся мультипликационными, ненастоящими.

Задетый бок время от времени стал напоминать о себе. Скоро даже вкусная еда перестала радовать члена Судебной палаты. После еды он стал испытывать ужасную боль. Его жалобы страшно раздражали Прасковью Федоровну.

Никакой жалости, а тем более любви к мужу она не испытывала. Но зато чувствовала огромную жалость к себе. Ей, с ее благородным сердцем, приходится переносить все дурацкие капризы своего избалованного мужа, и только ее чуткость позволяет ей сдержать раздражение и благосклонно отвечать на его глупое нытье.

Каждый сдержанный упрек казался ей огромным подвигом и самопожертвованием.
Не видя ласки, муж тоже старался не заводить речь о болезни, но когда, исхудавший, с постоянными болями, он уже не мог ходить на службу и различные бездарные врачи назначали ему припарки, все уже начали понимать, что дело серьезное.

И в семье складывается еще более душная атмосфера, поскольку не совсем уснувшая совесть мешает детям и жене спокойно развлекаться, как раньше. Дети, в душе обиженные на отца, лицемерно спрашивают его о здоровье, жена тоже считает своей обязанностью поинтересоваться, но единственный, кто действительно сочувствует больному, – буфетный мужик Герасим.

Он становится и сиделкой возле постели умирающего, и утешителем в его страданиях.

Нелепая просьба барина – держать его ноги, мол, так ему легче, не вызывает ни удивления, ни раздражения мужика. Он видит перед собой не чиновника, не хозяина, а прежде всего умирающего человека, и рад хоть как-то послужить ему.

Чувствуя себя обузой, Иван Ильич еще больше раздражался и капризничал, но вот наконец-то смерть-избавительница приблизилась к нему. После долгой агонии вдруг произошло чудо – никогда не задумывавшийся о том самом “великом”, Иван Ильич ощутил неведомое для него чувство всеобъемлющей любви и счастья.

Он больше не был обижен на черствость родных, напротив, он чувствовал к ним нежность и с радостью прощался с ними.

С радостью же он и отправился в чудесный, сверкающий мир, где, он знал, его любят и встречают. Только теперь обрел он свободу.

Но остался его сын, встреча с которым после похорон мимолетна, но ужасающе конкретна: “Это был маленький Иван Ильич, каким Петр Иванович помнил его в Правоведении.

Глаза у него были и заплаканные и такие, какие бывают у нечистых мальчиков в тринадцать-четырнадцать лет”.

Каждый день на планете умирают тысячи Иванов Ильичей, но так же продолжают люди жениться и выходить замуж по расчету, ненавидеть друг друга и растить таких же детей. Каждый думает, что способен на подвиг. А подвиги кроются в самой обыкновенной жизни, если она освещена, пронизана любовью и заботой о ближних.

Loading…
“Величайшие истины – самые простые”. Л. Н. Толстой. (По одному из произведений русской литературы. – Л. Н. Толстой. “Смерть Ивана Ильича”.)« Оценка “Князя Серебряного” А. К. Толстого как исторического романа

Источник: https://lit.ukrtvory.ru/velichajshie-istiny-samye-prostye-l-n-tolstoj-po-odnomu-iz-proizvedenij-russkoj-literatury-l-n-tolstoj-smert-ivana-ilicha/

Refy-free
Добавить комментарий