Спор Лаврецкого и Паншина. По роману Тургенева Дворянское гнездо

Спор Лаврецкого и Паншина (анализ эпизода из 33 главы романа И. С. Тургенева “Дворянское гнездо”)

Спор Лаврецкого и Паншина. По роману Тургенева Дворянское гнездо

В романе И. С. Тургенева “Дворянское гнездо” одно из ведущих мест занимает тема русской интеллигенции, ее положения в 30-40 годы Х1Х века. Писатель рассматривает вопросы, связанные с основными путями ее развития. Также Тургенев описывает типичные черты интеллигентов того времени, представленных, прежде всего, в образах Паншина и Лаврецкого.

Эти герои занимают в романе противоположные позиции по многим вопросам. Они не сходятся во мнении в важных вопросах о дальнейшем развитии страны, о судьбе народа, то есть по тем проблемам, которые волновали русское общество.

Наиболее ярко противоположность их точек зрения выражена в сцене спора Паншина и Лаврецкого (глава 33-я). Этот спор является отражением существовавших в 40-е годы разногласий между “западниками” и славянофилами. Спор затевает Паншин.

Он, прочитав стихотворение Лермонтова “Дума”, приходит к выводу об отсталости России от Европы.

Паншин отказывает молодому поколению в изобретательности. Герой приводит в пример Хомякова – одного из лидеров западнического движения, говорит о необходимости “заимствований” у Европы. Однако все его утверждения пусты, так как он не приводит ни одного довода, ни одного доказательства в пользу своей точки зрения. Слова Паншина пусты, пуст и он сам.

Ему поддакивает Марья Дмитриевна, вообще не имеющая представления, о чем идет речь. Но Паншин говорит так красиво, что слушательница и не задумывается над смыслом его слов.

Забегая вперед, нужно отметить, что в этом споре выигрывает Лаврецкий, рассуждающий в духе славянофилов. Интересен тот факт, что сам Тургенев был “неисправимым коренным западником”, как он сам себя называл.

Писатель прекрасно понимал огромное значение передовых идей Запада для крепостной России.

Поэтому он обличал тех, кто усваивал не новые идеи, а внешние формы культуры, кто был враждебен ко всему русскому, национальному. Таким перед нами предстает Паншин. Неслучайно Тургенев в следующей, 34-ой главе, приводит такую деталь: “Паншин разбудил своего кучера, толкнув его концом палки в шею, сел на дрожки и покатил”.

Таким образом, Паншин представляет собой западника на словах и лжезападника на деле.
В споре ему противостоит Лаврецкий. По отношению к этому герою сам Тургенев употребляет понятие “славянофил”. Однако, на мой взгляд, ничего славянофильского в Лаврецком нет. Он не восхваляет отсталые стороны русского быта, как это делали славянофилы.

Лаврецкий выступает в споре как патриот. Он отстаивает перед Паншиным идею самостоятельности России, самобытности ее культуры. Патриотизм этого героя сливается у него с идеей необходимости прогрессивного развития России.

Лаврецкий искренне стремится быть полезным и нужным Родине. Он не тешит себя иллюзиями, его мысли обращены к реальной жизни, к сближению с народом: “Надо землю пахать, – говорит Лаврецкий, – и стараться как можно лучше ее пахать”.

Этим он как бы пытается вернуть Паншина и подобных ему людей с небес к реальной действительности.

Но сам герой, возвращаясь к реальности, не предлагает каких-либо определенных действий, то есть не выдвигает ничего нового.

Таким образом, в отличие от Паншина, Лаврецкий четко представляет свои обязанности, но, по свойственному русским людям качеству, долго собирается взяться за дело.

Поэтому он слишком часто мешкает и бесполезно тратит время. В итоге Лаврецкий выглядит и является тем же Паншиным, у которого слова расходятся с делом.

В этом отношении показательно некоторое сходство тургеневских героев с героем романа И. А. Гончарова Обломовым.
Понимая свое невыгодное положение, Паншин пытается перевести разговор на другую тему. Лаврецкий этому не препятствует. В конце концов, в итоге спора в более выигрышном положении оказывается Лаврецкий.

Об этом свидетельствуют и слова Марфы Тимофеевны: “Отделал умника, спасибо”. Итак, данный эпизод – сцена спора Паншина и Лаврецкого – помогает нам не только увидеть и уяснить взгляды обоих участников на определенные общественные вопросы, но и разглядеть по позициям героев сущность их характеров.

Оторванный от народа, Паншин под личиной западника скрывает свое хищническое нутро. Лаврецкий же, тесно связанный с народом, все же представляет собой человека уходящего прошлого. Это объясняется его недеятельной натурой.

Лаврецкий правильно мыслит, но ничего не делает для того, чтобы его слова превращались в конкретные дела. Эта черта свойственна многим русским интеллигентам, о чем будут писать еще многие великие художники слова.

Нужно отметить, что и тот, и другой тип людей был характерен для дворянской интеллигенции 30-40-х годов Х1Х века. Однако ни паншины, ни лаврецкие не способны были изменить существующее в то время положение России.

Таким образом, сцена спора Лаврецкого и Паншина играет значительную роль в произведении, так как во многом помогает понять идейное содержание романа, конкретизирует многие темы и проблемы, освещает обстановку, сложившуюся в России середины Х1Х века.

Loading…
Спор Лаврецкого и Паншина (анализ эпизода из 33 главы романа И. С. Тургенева “Дворянское гнездо”)« Природа в творчестве А. А. ФетаПостать Данили Заболотного »

Источник: https://lit.ukrtvory.ru/spor-lavreckogo-i-panshina-analiz-epizoda-iz-33-glavy-romana-i-s-turgeneva-dvoryanskoe-gnezdo/

Своеобразие конфликта в романе Тургенева «Дворянское гнездо»

Спор Лаврецкого и Паншина. По роману Тургенева Дворянское гнездо

(выписка из учебника. Тут сюжет и основные конфликты)

Роман «Дворянское гнездо» глубже, художественнее предыдущего. Здесь в основу положен один из результатов недавних сложнейших споров «западников» и «славянофилов» о путях России. Время действия в «Дворянском гнезде» — 1842 год, самый разгар споров.

Тургенев по всем своим убеждениям, конечно, — «западник» за вычетом неприятия отдельных отрицательных сторон европейской цивилизации, которую он по опыту знал, так как подолгу жил за границей.

Он желал все же, чтобы Россия пошла по этому пути цивилизации, чтобы крепостничество было ликвидировано и началась свободная конкуренция, сулящая расцвет личности, предпринимательства, достатка. Поменьше «байбаков» и побольше деловых людей (из споров Лаврецкого со студенческим другом Михалевичем).

В центре романа образ молодого образованного помещика Федора Лаврецкого, слушавшего лекции в Московском университете, но не на гуманитарном, а на физико-математическом отделении, заранее подготавливавшего себя к «дельной» жизни, как ему казалось.

Впрочем, Федор Лаврецкий не чужд был всех увлечений своего времени: смотрел в театре Мочалова в роли Гамлета, романтически влюбился в молодую красавицу, сиявшую в театральной ложе, дочь генерала, Варвару Павловну, и женился на ней. А затем она разбила жизнь.

Бывал Лаврецкий в Париже и Берлине, много повидал, слушал лекции ученых, переводил сочинения об ирригации. Чисто русская натура, он к тому же был сыном крепостной женщины, на которой женился его отец.

Здоровый, полный энергии, он рвался к делу, Тургенев не показывает самую борьбу «славянофилов» и «западников», а избирает один из конечных ее результатов.

В Лаврецком много такого, что роднит его со славянофилами. Тургенев, вопреки собственным политическим пристрастиям, избирает в качестве героя романа человека чуждого себе, но старается объективно выделить все добрые, ценные качества в нем. В конце концов важна не межгрупповая возня, а практический ее результат для России. А здесь крайности сходились.

В романе выделен образ камер-юнкера Паншина, рьяного реформатора, карьериста, довольно циничного поклонника всего западного. Вслед за своим отцом он хотел бы пойти по пути чистого стяжательства, отбросив мораль и прочие помехи для достижения целей. Паншин — предельно заостренный образ вульгарного «западника».

Он назойливо приставал к Лаврецкому с вопросом: «…Что же Вы намерены делать?» Лаврецкий отвечал, учитывая уровень понимания собеседника: «Пахать землю… и стараться как можно лучше ее пахать».

Лаврецкий в пух разбил Паншина в завязавшемся споре: «Он доказал ему невозможность скачков и надменных переделок с высоты чиновничьего самосознания — переделок, не оправданных ни знанием родной земли, ни действительной верой в идеал, хотя бы отрицательный; привел в пример свое собственное воспитание, требовал прежде всего признания народной правды и смирения перед нею, — того смирения, без которого и смелость противу лжи невозможна; не отклонился, наконец, от заслуженного, по его мнению, упрека в легкомысленной растрате времени и сил». Это не бравада.

Тургенев показывает не соблазны, которые несет с собой образованный ум для обывателей «дворянского гнезда», а корневое, национальное, русское значение этих «гнезд», усадебной культуры, в которой закладывались основы общенациональных ценностей.

Главной сюжетной пружиной в романе являются личные взаимоотношения Лаврецкого с Лизой Калитиной. Они полюбили друг друга, и Паншин, претендовавший на руку Лизы, оказывается оттесненным.

По мастерству изображения чувств героев, передаче глубокого лиризма их взаимной симпатии, драматизма переживаемых перипетий взаимоотношений «Дворянское гнездо» — одно из самых выдающихся произведений русской литературы. Есть роковое препятствие, мешающее счастью Лизы Калитиной и Лаврецкого.

Лаврецкий женат, но он порвал с Варварой Павловной все отношения, когда случайно в Париже узнал о ее измене с любовником-французом. Напряженная коллизия временно ослабевает, поскольку Лаврецкий из газет узнает о неожиданной смерти своей бывшей жены. Чистая и честная Лиза, к тому же глубоко религиозная, не может строить.

своего счастья на несчастье другого человека. Она выслушала глубокие признания Лаврецкого в любви к ней, ответила на них взаимностью, но не может сделать решительного шага еще и потому, что видит, как мучается и сам Лаврецкий. Какое-то смутное роковое предчувствие мешает ему поверить, что он может быть счастлив в жизни.

И действительно, в час, когда должна была решиться судьба Лаврецкого и Лизы — они должны пойти под венец, неожиданно в его имение приехала Варвара Павловна. Слухи о ее смерти оказались ложными. И вот она, с чувством раскаяния, бросается к ногам великодушного Теодора (так она на французский манер произносила имя Федор).

Приехала она не одна, а с прижитой маленькой дочкой Адой, которая должна считаться законной дочерью Лаврецкого. Происшедшее сокрушает Лизу Калитину, и она уходит в монастырь.

Отнюдь не из внешних причин Лиза считала необходимым молиться, исповедываться и приносить покаяния. Она сознавала неблаговидное устройство мира.

Уходила в монастырь с сознанием важной цели: «Я все знаю, и свои грехи, и чужие, и как папенька богатство нажил; я знаю все. Все это отмолить надо».

А папенька — бывший губернский прокурор, известный в свое время делец, человек желчный и упрямый, о его способах приобретать богатство ходили злые слухи в округе.

Из благородных побуждений — не унижать дальше поверженного человека, а также ради Ады, Лаврецкий говорит Варваре Павловне знакомые уже нам слова «надо покориться».

Но эти слова означают здесь не то, что в «Рудине». Лаврецкий по-прежнему считает себя в разрыве с женой, но назначает ей отдаленное имение.

Варвара Павловна разыграла сцену благодарности: она из тех женщин, которые по-своему умеют ценить доброту и великодушие.

В романе есть эпилог: Лаврецкий посетил тот монастырь, в который постриглась Лиза, чтобы поклониться ей хотя бы издали. Она прошла близко мимо него и не взглянула, только ресницы обращенного к нему глаза чуть-чуть дрогнули.

Лиза и Лаврецкий по натуре во многом — однотипные люди и казалось, что самой природой созданы друг для друга. Но странное Дело: они постоянно спорят друг с другом. И эти страницы — самые глубокие в романе, и едва ли удовлетворительно объяснены до сегодняшнего дня критикой.

В христовой вере Лизы нет ничего фанатического и аскетического. Естественно и свободно Лиза несет свою веру. Она недоумевает, Что такой хороший человек, как Лаврецкий, не ходит в церковь, не соблюдает праздники.

С обыкновенной светской развязностью он просит Лизу помолиться и за него, а она отвечает, что уже молилась, и добавляет: «Напрасно Вы смеетесь над этим». Лиза — такая же «русская душою», как и пушкинская Татьяна.

(Дальнейшее развитие этого образа в русской литературе — княжна Мария Волконская у Толстого.)

Вера объединяла господ с крестьянами. Престольные и иные праздники возвышали душу, очищали от греха и скверны, поддерживали милосердие. Лиза и хотела привести Лаврецкого к богу.

Общепринятые слова вежливости, признания Лаврецкого в любви всегда в восприятиях Лизы имеют какой-то высший смысл, словно они адресованы не именно ей, Лизе, а к беспредельной святости, на которой держится мир.

Лизе стыдно было за Лаврецкого, что он так равнодушно переносит кончину жены.

Недаром она сказала ему, что «он ей страшен», потому что в нем еще много господского, навеянного со стороны, и мало связей с корнями русской жизни, тысячелетним укладом.

Безучастно слоняется Лаврецкий по дому Калитиных, в котором с такой важностью идут приготовления ко всенощной: в столовой, на белоснежной скатерти, уже расставлены прислоненные к стене образа в золотых окладах; старый слуга, в сером фраке и башмаках, чинно прошел не спеша и поставил еще две восковые свечи, перекрестился и вышел. Лаврецкий как-то бестолково спросил: «Не именинница ли кто?» Ему шепотом разъяснили, что всенощную заказали Лизавета Михайловна, то есть Лиза, и ее тетка Марфа Тимофеевна Пестова. Прибыли дьячки и священник, все подошли под благословение. Лаврецкий молча обошелся поклоном, чего удостоился и с их стороны.

Началось облачение, запахло ладаном: «Из передней вышли горничные и лакеи и остановились сплошной кучкой перед дверями» Лаврецкий обратил внимание на Лизу, которая как бы не замечала его и ни разу не взглянула на него. Он видел, что какая-то важная восторженность снизошла на нее. Ему, желавшему сказать что-то веселое, шутливое из бренной здешней жизни, пришлось убраться восвояси.

Перед ним раскрывались страницы вечной книги бытия. Все казалось тленом и пустяковой мелочью по сравнению с тем, что в ней написано.

«Дворянское гнездо» — наиболее лиричный роман Тургенева.

Автор оставляет широкое пространство интуитивному, подсознательному в человеческих чувствах, позволяет поступать героям по наитию, когда сами они не всегда понимают смысл своих слов и поступков.

Принесен в роман сюжетно мало связанный с ним образ музыканта Лемма. Божественные импровизации этого немца и особенно исполнение сонаты Бетховена создают общую атмосферу в романе, в котором так много любви и страданий и порывов в горние выси.

В тургеневедении сложились два иронических представления: У знаменитого романиста женщины всегда сильнее мужчин, и девушки никак не могут выйти замуж. Может, это отчасти и правда.

В своем втором романе автор продолжает всматриваться в социальное явление, которое породило многих е героев: дворянскую усадьбу со всем тем комплексом черт семейно-бытовых, культурных, эстетических, психологических, которые она в себе заключала.

Предыстории Лаврецкого и Лизы, главных героев, занимают в романе большое место. Их характеры прослежены от истоков.

Социальная типизация получает в романах Тургенева дальнейшее развитие. История рода Лаврецких не могла не отражать те сдвиги, которые переживались страной. Не меньшее значение имели и специфические условия формирования личности: мать Лаврецкого была крепостной крестьянкой, отец дал ему спартанское воспитание.

Много переживший, Лаврецкий вступает в роман человеком, выработавшим свои взгляды на смысл и задачи человеческого существования, взгляды, отдаляющие его от отцов и дедов. События романа выявляют и проверяют его концепцию жизни. У Лаврецкого есть общие с «лишними» людьми черты, Но есть и основополагающее различие: высокая этика героя всегда определяет его поступки.

Вот почему отношение, которое Лаврецкий вызывает к себе у читателя, отличается от отношения к тому же Рудину.

Лаврецкому присуще чувство ответственности перед Ролиной, желание принести ей реальную пользу. Трагически обстоятельства ставят перед Лаврецким и Лизой необходимость решения проблемы долга, возможности личного счастья. Они решают, чих, пойдя путем самоотвержения, смирения перед судьбой. Нравственная красота героев, их жертвенность придали образам своеобразную действенную силу.

Простота композиции романа, поэтическое изящество его языка, психологизм, отличающийся не столько детальным воссозданием психологического процесса, сколько изображением общего эмоционального состояния героя, замечательные тургеневские пейзажи – все это создает тот, по выражению Добролюбова, «общий стой» «Дворянского гнезда», с помощью которого он производит такое чистое впечатление.

Источник: https://cyberpedia.su/12x5e23.html

Краткое содержание «Дворянское гнездо»

Спор Лаврецкого и Паншина. По роману Тургенева Дворянское гнездо

Роман «Дворянское гнездо» Тургенева был написан в 1858 году, опубликован в январе 1859 года в журнале «Современник». Сразу после публикации роман приобрел большую популярность в обществе, поскольку автором были затронуты глубокие социальные проблемы. В основу книги легли размышления Тургенева о судьбе русского дворянства.

На нашем сайте можно читать онлайн краткое содержание «Дворянского гнезда» по главам, а также пройти тест для проверки полученных знаний.

Лаврецкий Федор Иванович – богатый помещик, честный и порядочный человек.

Варвара Павловна – супруга Лаврецкого, двуличная и расчетливая особа.

Лиза Калитина – старшая дочь Марьи Дмитриевны, чистая и глубоко порядочная девушка.

Марья Дмитриевна Калитина – вдова, чувствительная женщина.

Марфа Тимофеевна Пестова – родная тетка Марии Дмитриевны, честная и независимая женщина.

Лена Калитина – младшая дочь Марьи Дмитриевны.

Сергей Петрович Гедеоновский – статский советник, друг семьи Калитиных

Владимир Николаевич Паншин – красивый молодой человек, чиновник.

Христофор Федорович Лемм – старый учитель музыки сестер Калитиных, немец.

Ада – дочь Варвары Павловны и Федора Ивановича.

На «одной из крайних улиц губернского города О…» расположен красивый дом, где проживает Марья Дмитриевна Калитина – миловидная вдова, которая «легко раздражалась и даже плакала, когда нарушались ее привычки». Сын ее воспитывается в одном из лучших учебных заведений в Петербурге, а две дочери живут с ней.

Компанию Марье Дмитриевне составляет родная тетка, сестра ее отца, Марфа Тимофеевна Пестова, которая «нрав имела независимый, говорила всем правду в глаза».

Сергей Петрович Гедеоновский – добрый друг семейства Калитиных –  рассказывает, что в город вернулся Лаврецкий Федор Иванович, которого он «самолично видел».

Из-за какой-то некрасивой истории с женой молодой человек был вынужден покинуть родной город и отправиться за границу. Но теперь он вернулся и, по словам Гедеоновского, стал еще лучше выглядеть – «в плечах еще шире стали, и румянец во всю щеку».

К дому Калитиных лихо скачет красивый молодой всадник на горячем скакуне. Владимир Николаевич Паншин легко усмиряет ретивого жеребца и позволяет Лене погладить его. В гостиной одновременно появляется он и Лиза – «стройная, высокая, черноволосая девушка лет девятнадцати».

Главы IV-VII

Паншин – блестящий молодой чиновник, избалованный вниманием светского общества, который очень быстро «прослыл одним из самых любезных и ловких молодых людей в Петербурге». В городок О. он направлен по делам службы, и в доме Калитиных успел стать своим человеком.

Паншин исполняет присутствующим свой новый романс, который те находят восхитительным. Тем временем к Калитиным приходит старый учитель музыки, мосье Лемм. Весь его вид показывает, что музыка Паншина не произвела на него никакого впечатления.

Христофор Федорович Лемм родился в семье бедных музыкантов, а в возрасте «восьми лет он осиротел, а с десяти начал зарабатывать себе кусок хлеба своим искусством». Он много путешествовал, писал прекрасную музыку, но так и не смог прославиться.

Страшась нищеты, Лемм согласился возглавить оркестр одного русского барина. Так он оказался в России, где прочно обосновался.

Христофор Федорович «один, с старой кухаркой, взятой им из богадельни» живет в маленьком домике, зарабатывая на жизнь частными уроками музыки.

Лиза провожает до крыльца Лемма, окончившего урок, где встречает высокого статного незнакомца. Им оказывается Федор Лаврецкий, которого Лиза после восьмилетней разлуки не узнала. Марья Дмитриевна радостно встречает гостя и представляет его всем присутствующим.

Покидая дом Калитиных, Паншин объясняется в любви Лизе.

Главы VIII-XI

Федор Иванович «происходил от старинного дворянского племени». Его отец, Иван Лаврецкий, влюбился в дворовую девушку и женился на ней. Получив дипломатическую должность, он отправился в Лондон, откуда и узнал о рождении сына Федора.

Родители Ивана смягчили свой гнев, помирились с сыном и приняли в дом безродную невестку с годовалым сыном. После смерти стариков барин почти не занимался хозяйством, и домом управляла его старшая сестра Глафира – надменная и властная старая дева.

Вплотную занявшись воспитанием сына, Иван Лаврецкий поставил перед собой цель – сделать из хилого ленивого мальчика настоящего спартанца. Его будили в 4 часа утра, обливали холодной водой, заставляли усиленно заниматься гимнастикой, ограничили в еде. Подобные меры положительно сказались на здоровье Федора – «сначала он схватил горячку, но вскоре оправился и стал молодцом».

Отрочество Федора прошло под постоянным гнетом деспотичного отца. Лишь в 23 года, после смерти родителя, молодой человек смог вздохнуть полной грудью.

Главы XII-XVI

Молодой Лаврецкий, в полной мере осознавая «недостатки своего воспитания», отправился в Москву и поступил в университет на физико-математическое отделение.

Бессистемное и противоречивое воспитание отца сыграло с Федором злую шутку: «он не умел сходиться с людьми», «еще ни одной женщине не смел взглянуть в глаза», «не знал многого, что каждому гимназисту давным-давно известно».

В университете замкнутый и нелюдимый Лаврецкий завел дружбу со студентом Михалевичем, который познакомил его с дочерью отставного генерала – Варварой Коробьиной.

Отец девушки, генерал-майор, после некрасивой истории с растратой казенных денег был вынужден переехать с семейством из Петербурга в «Москву на дешевые хлеба». К тому времени Варвара  успела кончить институт благородных девиц, где слыла лучшей ученицей. Она обожала театр, старалась часто бывать на представлениях, где впервые и увидел ее Федор.

Девушка настолько очаровала Лаврецкого, что «полгода спустя он объяснился Варваре Павловне и предложил ей свою руку». Она согласилась, поскольку знала, что жених ее богат и знатен.

Первые дни после свадьбы Федор «блаженствовал, упивался счастием». Варвара Павловна искусно выжила из собственного дома Глафиру, а опустевшее место управляющего поместьем было тут же занято ее отцом, мечтавшим запустить руки в имение богатого зятя.

Переехав в Петербург, молодожены «много выезжали и принимали, давали прелестнейшие музыкальные и танцевальные вечеринки», на которых Варвара Павловна блистала во всем своем великолепии.

После смерти их первенца супружеская чета по совету врачей отправилась на воды, затем в Париж, где Лаврецкий случайно узнал об измене жены. Предательство любимого человека сильно подкосило его, но он нашел в себе силы вырвать из сердца образ Варвары. Не смягчило его и известие о рождение дочери. Назначив изменнице приличное годовое содержание, он разорвал с ней любые отношения.

Федор «не был рожден страдальцем», и спустя четыре года вернулся на Родину.

XVII-XXI

Лаврецкий заходит к Калитиным попрощаться перед отъездом. Узнав, что Лиза направляется в церковь, просит помолиться о нем. От Марфы Тимофеевны он узнает, что за Лизой ухаживает Паншин, и мать девушки не против этого союза.

Приехав в Васильевское, Федор Иванович отмечает, что в доме и во дворе царит сильное запустение, и после смерти тетки Глафиры здесь ничего не переменилось.

Слуги недоумевают, отчего барин решил поселиться в Васильевском, а не в богатых Лавриках. Однако Федор не в состоянии жить в поместье, где все напоминает ему о былом супружеском счастье. В течение двух недель Лаврецкий навел порядок в доме, обзавелся «всем нужным и начал жить — не то помещиком, не то отшельником».

Спустя некоторое время он навещает Калитиных, где заводит дружбу со стариком Леммом. Федор, который «страстно любил музыку, музыку дельную, классическую», проявляет искренний интерес к музыканту и приглашает его к себе немного погостить.

Главы XXII-XXVIII

По дороге в Васильевское Федор предлагает Лемму сочинить оперу, на что старик отвечает, что слишком стар для этого.

За утренним чаем Лаврецкий сообщает немцу, что тому все-таки придется написать торжественную кантату в честь предстоящего «бракосочетания господина Паншина с Лизой». Лемм не скрывает своей досады, поскольку уверен, что молодой чиновник не достоин такой чудесной девушки как Лиза.

Федор предлагает пригласить Калитиных в Васильевское, на что Лемм отвечает согласием, но только без господина Паншина.

Лаврецкий передает свое приглашение, и, воспользовавшись случаем, остается с Лизой наедине. Девушка «боится его рассердить», но, набравшись смелости, расспрашивает о причинах расставания с женой. Федор пытается объяснить ей всю низость поступка Варвары, на что Лиза отвечает, что ему нужно непременно простить ее и забыть об измене.

Спустя два дня в гости к Федору приезжает Марья Дмитриевна с дочерьми. Вдова считает свой визит «знаком великого снисхожденья, чуть не добрым поступком». По случаю приезда своей любимой ученицы Лизы Лемм сочиняет романс, но музыка оказывается «запутанной и неприятно напряженной», что очень огорчает старика.

К вечеру собираются «всем обществом ловить рыбу». У пруда Федор беседует с Лизой. Он чувствует «потребность говорить с Лизой, сообщить ей все, что приходило ему в душу». Это его удивляет, поскольку до этого он считал себя конченым человеком.

С наступлением сумерек Марья Дмитриевна собирается домой. Федор вызывается проводить своих гостей. По дороге он продолжает беседовать с  Лизой, и они расстаются друзьями. Во время вечернего чтения Лаврецкий замечает «в фельетоне одной из газет» сообщение о смерти своей супруги.

Лемм собирается домой. Федор едет с ним и заезжает к Калитиным, где тайком передает журнал с некрологом Лизе. Он шепчет девушке, что завтра нанесет визит.

Главы XXIX-XXXII

На следующий день Марья Дмитриевна с плохо скрываемым раздражением встречает Лаврецкого – он ей не нравится, да и Пашин отзывается о нем совсем не лестно.

Во время прогулки по аллее Лиза интересуется, как Федор отреагировал на смерть жены, на что тот честно отвечает, что практически не расстроился. Он намекает девушке, что знакомство с ней затронуло в  нем глубоко дремавшие струны.

Лиза признается, что получила от Пашина письмо с предложением руки и сердца. Она не знает, что ответить, поскольку совсем не любит его. Лаврецкий умоляет девушку не спешить с ответом и не обирать «у себя лучшего, единственного счастья на земле» – любить и быть любимой.

Вечером Федор вновь идет к Калитиным, чтобы узнать о решении Лизы. Девушка сообщает ему, что не дала Паншину однозначного ответа.

Будучи взрослым, зрелым человеком, Лаврецкий отдает себе отчет в том, что он влюблен в Лизу, но «не много радости принесло ему это убеждение». Он не смеет надеяться на взаимность девушки. К тому же он терзается мучительным ожиданием официального известия о смерти жены.

Главы XXXIII-XXXVII

Вечером у Калитиных Паншина принимается пространно рассуждать о том, «как бы он все повернул по-своему, если б власть у него была в руках». Он считает Россию отсталой страной, которой следует поучиться у Европы. Лаврецкий ловко и уверенно разбивает все доводы своего оппонента. Федора во всем поддерживает Лиза, поскольку теории Паншина ее пугают.

Между Лаврецким и Лизой происходит объяснение в любви. Федор не верит своему счастью. Он идет на звуки необыкновенно прекрасной музыки, и узнает, что это Лемм играет свое произведение.

На следующий день после признания в любви счастливый Лаврецкий приходит к Калитиным, но впервые за все время его не принимают. Он возвращается домой и видит женщину в «черном шелковом платье с воланами», в которой с ужасом узнает свою жену Варвару.

Со слезами на глазах супруга просит его о прощении, обещая «разорвать всякую связь с прошедшим». Однако Лаврецкий не верит притворным слезам Варвары. Тогда женщина начинает манипулировать Федором, взывая к его отцовским чувствам и показывая ему его дочь Аду.

В полном смятении Лаврецкий бродит по улицам и заходит к Лемму. Через музыканта он передает записку Лизе с сообщением о неожиданном «воскрешении» жены и просит о свидании. Девушка отвечает, что встретиться с ним сможет только на следующий день.

Федор возвращается домой и с трудом выдерживает разговор с женой, после чего уезжает в Васильевское. Варвара Павловна, узнав, что Лаврецкий каждый день бывал у Калитиных, направляется к ним с визитом.

Главы XXXVIII-XL

В день возвращения Варвары Павловна у Лизы происходит тягостное для нее объяснение с Паншиным. Она отказывает завидному жениху, чем чрезвычайно огорчает свою мать.

Марфа Тимофеевна заходит в комнату к Лизе и заявляет, что ей все известно о ночной прогулке с неким молодым человеком. Лиза признается, что любит Лаврецкого, и никто не стоит на пути к их счастью, поскольку его супруга мертва.

На приеме у Калитиных Варваре Павловне удается очаровать Марью Дмитриевну рассказами о Париже и задобрить флаконом модных духов.

Узнав о приезде жены Федора Петровича, Лиза уверена, что это наказание всем ее «преступным надеждам». Внезапная перемена в судьбе потрясает ее, но она «она и слезинки не проронила».

Марфе Тимофеевне удается быстро раскусить лживую и порочную натуру Варвары Павловны. Она уводит Лизу в ее комнату и долго плачет, целуя ее руки.

К ужину приезжает Паншин, и заскучавшая было Варвара Павловна мгновенно оживляется. Она очаровывает молодого человека во время совместного исполнения романса. И даже Лиза, «которой он накануне предлагал руку, — исчезала как бы в тумане».

Варвара Павловна не брезгует испробовать свои чары даже на старичке Гедеоновском, чтобы окончательно завоевать место первой красавицы в уездном городке.

Главы XLI-XLV

Лаврецкий не находит себе места в деревне, терзаясь от «непрестанных, стремительных и бессильных порывов». Он понимает, что все кончено, и последняя робкая надежда на счастье ускользнула навеки. Федор пробует взять себя в руки и покориться судьбе. Он запрягает тарантас и отправляется в город.

Узнав, что Варвара Павловна направилась к Калитиным, он спешит туда. Поднявшись по задней лестнице к Марфе Тимофеевне, он просит ее о свидании с Лизой. Несчастная девушка умоляет его помириться с женой ради дочери. Навеки расставаясь, Федор просит дать ему на память платок. Входит лакей и передает Лаврецкому просьбу Марьи Дмитриевны срочно зайти к ней.

Калитина со слезами на глазах умоляет Федора Ивановича простить супругу, и выводить из-за ширмы Варвару Петровну. Однако Лаврецкий неумолим. Он ставит супруге условие – она должна безвыездно жить в Лавриках, а он будет соблюдать все внешние приличия. Если же Варвара Петровна покинет имение, договор этот можно считать расторгнутым.

В надежде увидеть Лизу, Федор Иванович отправляется в церковь. Девушка не хочет с ним ни о чем говорить, и просит оставить ее. Лаврецкие отправляются в имение, и Варвара Павловна клянется мужу спокойно жить в глуши ради счастливого будущего дочери.

Федор Иванович отправляется в Москву, а на следующий же день после отъезда в Лавриках появляется Паншин, «которого Варвара Павловна просила не забывать ее в уединении».

Лиза, невзирая на мольбы родных, принимает твердое решение уйти в монастырь. Тем временем Варвара Павловна, «запасшись денежками», переезжает в Петербург и полностью подчиняет своей воле Паншина. Год спустя Лаврецкий узнает, что «Лиза постриглась в Б……М монастыре, в одном из отдаленнейших краев России».

Эпилог

По прошествии восьми лет Паншин удачно построил карьеру, но так и не женился. Варвара Павловна, переехав в Париж,  «постарела и потолстела, но все еще мила и изящна». Число ее поклонников заметно сократилось, и она полностью отдалась новому увлечению – театру. Федор Иванович стал прекрасным хозяином, и успел многое сделать для своих крестьян.

Марфа Тимофеевна и Марья Дмитриевна давно скончались, но дом Калитиных не опустел. Он даже «как будто помолодел», когда в нем поселилась беззаботная, цветущая молодежь. Повзрослевшая Леночка собралась замуж, из Петербурга приехал ее брат с молодой супругой и ее сестрой.

Однажды Калитиных навещает постаревший Лаврецкий. Он долго бродит по саду,  и его наполняет «чувство живой грусти об исчезнувшей молодости, о счастье, которым когда-то обладал».

Лаврецкий все же находит отдаленный монастырь, в котором скрылась ото всех Лиза. Она проходит мимо него, не поднимая глаз. Лишь по движению ресниц и стиснутым пальцам рук можно понять, что она узнала Федора Ивановича.

В центре романа И. С. Тургенева – история трагической любви Федора и Лизы. Невозможность личного счастья, крушение их светлых надежд перекликается с социальным крахом русского дворянства.

Краткий пересказ «Дворянского гнезда» будет полезен для читательского дневника и при подготовке к уроку литературы.ю

Проверьте запоминание краткого содержания тестом:

Средняя оценка: 4.5. Всего получено оценок: 242.

Источник: https://obrazovaka.ru/books/turgenev/dvoryanskoe-gnezdo

Образ и характеристика Паншина в романе

Спор Лаврецкого и Паншина. По роману Тургенева Дворянское гнездо
страницаТургенев

Паншин. Художник В. Домогацкий

Господин Паншин является одним из центральных персонажей романа «Дворянское гнездо» Тургенева. В этой статье представлен цитатный образ и характеристика Паншин в романе «Дворянское гнездо»: описание внешности и характера героя в цитатах.

Смотрите:
Краткое содержание романа «Дворянское гнездо»
Все материалы по роману «Дворянское гнездо»
Полное имя героя — Владимир Николаевич Паншин.

Знакомые называют его по-французски Волдемаром (Woldemar):

«Молодой человек, с которым мы только что познакомили читателей, прозывался Владимиром Николаичем Паншиным.»

«Здравствуйте, Woldemar! Ax, какая славная лошадь!» 

Возраст Паншина — 27 лет:

«Ему всего пошел двадцать восьмой год…» О внешности Паншина известно следующее:
«…этот красивый, умный и непринужденно изящный человек…» «…стройный всадник на красивом гнедом коне показался на улице…»«…он был очень недурен собою…»  «…его умный карий глазок все караулил…»  «Появился Паншин, в черном фраке, в высоких английских воротничках, застегнутый доверху…»«…посмотрел, как‑то скосясь, на свои руки. Они у него были очень красивы и белы; на большом пальце левой руки носил он винтообразное золотое кольцо.»

У Паншина звучный приятный голос:

«Здравствуйте, Марья Дмитриевна! – воскликнул звучным и приятным голосом всадник.»

Паншин служит чиновником в Петербурге в министерстве внутренних дел. Он приезжает по служебным делам в город О…, где знакомится с семьей Калитиных. Паншин влюбляется в Лизу Калитину: 

«Он служил в Петербурге чиновником по особым поручениям в министерстве внутренних дел. В город О… он приехал для исполнения временного казенного поручения…»

Паншин носит придворное звание камер-юнкером и довольно высокий чин:

«…а он был уже камер‑юнкером и чин имел весьма изрядный.» 

Паншин — дворянин с небольшим состоянием, принадлежащий к хорошей фамилии:

«…оставил своему единственному сыну состояние небольшое и расстроенное.» «Он хорошей фамилии…»Господин Паншин закончил университет:
«…во время пребывания в университете, откуда он вышел с чином действительного студента…»

Паншин прекрасно говорит по-французски, хорошо по-английски и плохо по-немецки:

«…Владимир Николаич говорил по‑французски прекрасно, по‑английски хорошо, по‑немецки дурно.»

Паншин имеет много связей в высшем обществе и бывает в лучших домах:

«Владимир Николаич с пятнадцатилетнего возраста уже умел не смущаясь войти в любую гостиную, приятно повертеться в ней и кстати удалиться. Отец Паншина доставил сыну своему много связей…»«…во время пребывания в университете, откуда он вышел с чином действительного студента, познакомился с некоторыми знатными молодыми людьми и стал вхож в лучшие дома. Его везде охотно принимали…»«Камер‑юнкер, в лучшем обществе принят.»  Господин Паншин — очаровательный, развязный и забавный молодой человек:«…он был очень недурен собою, развязен, забавен, всегда здоров и на все готов; где нужно – почтителен, где можно – дерзок, отличный товарищ, un charmant garçon*.»(*очаровательный мальчик (фр.))

Паншина на службе считают дельным чиновником:

«Паншина и в Петербурге считали дельным чиновником: работа кипела у него в руках; он говорил о ней шутя, как оно и следует светскому человеку, не придающему особенного значения своим трудам, но был «исполнитель». Начальники любят таких подчиненных; сам он не сомневался в том, что, если захочет, будет со временем министром.»«…он заискивал в молодом блестящем чиновнике из Петербурга, губернаторском любимце.»  «…служит прекрасно, умен, ну, камер‑юнкер, и если на то будет воля божия…»  Господин Паншин — блестящий молодой чиновник. Он отлично танцует и одевается модно, по-английски:
«…танцевал отлично, одевался по‑английски.»  Паншина — любезный и ловкий молодой человек:
«В короткое время он прослыл одним из самых любезных и ловких молодых людей в Петербурге. Паншин был действительно очень ловок, – не хуже отца…» «Артист в душе, и такой любезный. Вы его увидите.»

Господин Паншин — очень даровитый человек. Он неплохо поет, рисует и сочиняет стихи и т.д.:

«…но он был также очень даровит. Все ему далось: он мило пел, бойко рисовал, писал стихи, весьма недурно играл на сцене.» 

Паншин — уверенный в себе человек:

«Паншин твердо верил в себя, в свой ум, в свою проницательность…»

Господин Паншин — смелый и веселый человек. Его жизнь течет как по маслу:

«…он шел вперед смело и весело, полным махом; жизнь его текла как по маслу.»

Паншин привык нравиться всем. Он ведет себя вольно и просто с людьми:

«Он привык нравиться всем, старому и малому, и воображал, что знает людей, особенно женщин…» «…и вообще держался вольно и просто…» 

В душе Паншин является холодным и хитрым человеком:

«…в душе он был холоден и хитер, и во время самого буйного кутежа его умный карий глазок все караулил и высматривал; этот смелый, этот свободный юноша никогда не мог забыться и увлечься вполне.»

Паншин никогда не хвастается своими победами:

«К чести его должно сказать, что он никогда не хвастался своими победами.»По мнению Лизы Калитиной, Паншин — добрый, хороший человек:
«У Владимира Николаича доброе сердце, – заговорила Лиза, – он умен: maman его очень любит.» «Он хороший человек; отчего же мне его не любить?»По мнению Лаврецкого, у Паншина нет сердца:
«Мне кажется, сердца‑то у него и нету.»Паншин — красивый, умный и изяшный человек:
«Лаврецкий холодно слушал разглагольствования Паншина: не нравился ему этот красивый, умный и непринужденно изящный человек, с своей светлой улыбкой, вежливым голосом и пытливыми глазами.» По мнению Марьи Дмитриевны, Паншин — приятный, превосходный молодой человек со счастливой наружностью:
«Не правда ли, – спросила она его, – какой Владимир Николаич приятный молодой человек!»«Двадцати восьми лет – и самой счастливой наружности. Un jeune homme accompli*…» (*превосходный молодой человек (фр.))По мнению Гедеоновского, господин Паншин — образцовый юноша:
«Образцовый, можно сказать, юноша, – заметил Гедеоновский.»Паншин — проницательный человек. Он хорошо понимает ощущения других людей:«Паншин скоро догадался, с свойственным ему быстрым пониманием ощущений другого, что не доставляет особенного удовольствия своему собеседнику…» Паншин признает, что ему свойственна необдуманность, из-за которой его считают эгоистом:
«Вы правы, Лизавета Михайловна, – промолвил он. – Всему виною – моя вечная необдуманность. Нет, не возражайте мне; я себя хорошо знаю. Много зла мне наделала моя необдуманность. По ее милости я прослыл за эгоиста.»«…думайте обо мне, что хотите, называйте меня даже эгоистом – так и быть! но не называйте меня светским человеком: эта кличка мне нестерпима…»Паншин любит говорить о себе:
«С чего бы ни начинал он разговор, он обыкновенно кончал тем, что говорил о самом себе, и это выходило у него как‑то мило и мягко, задушевно, словно невольно.» «…по обыкновению своему, ловко перейдя к самому себе, начал говорить о своих занятиях, о воззрениях своих на жизнь, на свет и на службу…»По мнению Паншина, в жизни главное — легкость и смелость:
«В рисунке, да и вообще в жизни, – говорил Паншин, сгибая голову то направо, то налево, – легкость и смелость – первое дело.»

Паншин играет на фортепиано, сочиняет романсы и поет:

«Кстати, – продолжал он, – я написал вчера новый романс; слова тоже мои. Хотите, я вам спою?» «…пододвинул коленом стул, сел за фортепьяно и, взявши несколько аккордов, запел, четко отделяя слова, следующий романс…»«Это – артист в душе и сочиняет премило.» Паншин влюбляется в Лизу Калитину и делает ей предложение:«…он просто без ума от моей Лизы.» «…Лиза, та самая Лиза, которую он все‑таки любил, которой он накануне предлагал руку…»Однако Лиза, влюбленная в Лаврецкого, отказывает Паншину. В конце концов отношения Лизы и Лаврецкого заканчиваются разрывом, после чего девушка уходит в монастырь:
«Лиза собралась с духом и объявила ему, что не может быть его женой.» «…что Лиза постриглась в Б…м монастыре, в одном из отдаленнейших краев России.»

После отказа Лизы Паншин сближается с Варварой Павловной, женой господина Лаврецкого. Судя по всему, между Паншиным и Варварой Павловной завязываются отношения:

«Варвара Павловна его поработила, именно поработила: другим словом нельзя выразить ее неограниченную, безвозвратную, безответную власть над ним.»Спустя 8 лет Паншин по-прежнему служит чиновником в Петербурге. Он так и не женится из-за отношений с Варварой Павловной:
«Паншин сильно подвинулся в чинах и метит уже в директоры; ходит несколько согнувшись: должно быть, Владимирский крест, пожалованный ему на шею, оттягивает его вперед. Чиновник в нем взял решительный перевес над художником; его все еще моложавое лицо пожелтело, волосы поредели, и он уже не поет, не рисует, но втайне занимается литературой: написал комедийку, вроде «пословиц», и так как теперь все пишущие непременно «выводят» кого‑нибудь или что‑нибудь, то и он вывел в ней кокетку и читает ее исподтишка двум‑трем благоволящим к нему дамам. В брак он, однако, не вступил, хотя много представлялось к тому прекрасных случаев: в этом виновата Варвара Павловна.»Это был цитатный образ и характеристика Паншин в романе «Дворянское гнездо» Тургенева: описание внешности и характера героя в цитатах.

Смотрите:
Все материалы по роману «Дворянское гнездо»
Все материалы по творчеству Тургенева

«,»author»:null,»date_published»:null,»lead_image_url»:»https://3.bp.blogspot.com/-GF9lLk_Vl6M/WRXA4OgtF-I/AAAAAAAAMmU/TFQZgxfNHXE8lmm0ONT4E111DSm77-7ggCLcB/w1200-h630-p-k-no-nu/illjustracija-dvorjanskoe-gnezdo-liza-panshin-hudozhnik-v-domogackij.jpg»,»dek»:null,»next_page_url»:null,»url»:»https://www.literaturus.ru/2017/05/panshin-dvorjanskoe-gnezdo-obraz-harakteristika.html»,»domain»:»www.literaturus.ru»,»excerpt»:»ÐŸÐ°Ð½ÑˆÐ¸Ð½ Дворянское гнездо, Образ Паншина Дворянское гнездо, характеристика Паншина Дворянское гнездо»,»word_count»:1346,»direction»:»ltr»,»total_pages»:1,»rendered_pages»:1}

Источник: https://www.literaturus.ru/2017/05/panshin-dvorjanskoe-gnezdo-obraz-harakteristika.html

Спор Лаврецкого и Паншина (анализ эпизода из 33 главы романа И.С.Тургенева «Дворянское гнездо»)

Спор Лаврецкого и Паншина. По роману Тургенева Дворянское гнездо

/ Сочинения / Тургенев И.С. / Дворянское гнездо / Спор Лаврецкого и Паншина (анализ эпизода из 33 главы романа И.С.Тургенева «Дворянское гнездо»).

  Скачать сочинение
Тип: Анализ эпизода

    В романе И.С.Тургенева «Дворянское гнездо» одно из ведущих мест занимает тема русской интеллигенции, ее положения в 30-40 годы Х1Х века. Писатель рассматривает вопросы, связанные с основными путями ее развития. Также Тургенев описывает типичные черты интеллигентов того времени, представленных, прежде всего, в образах Паншина и Лаврецкого.

Эти герои занимают в романе противоположные позиции по многим вопросам. Они не сходятся во мнении в важных вопросах о дальнейшем развитии страны, о судьбе народа, то есть по тем проблемам, которые волновали русское общество.     Наиболее ярко противоположность их точек зрения выражена в сцене спора Паншина и Лаврецкого (глава 33-я).

Этот спор является отражением существовавших в 40-е годы разногласий между «западниками» и славянофилами. Спор затевает Паншин. Он, прочитав стихотворение Лермонтова «Дума», приходит к выводу об отсталости России от Европы. Паншин отказывает молодому поколению в изобретательности.

Герой приводит в пример Хомякова – одного из лидеров западнического движения, говорит о необходимости «заимствований» у Европы. Однако все его утверждения пусты, так как он не приводит ни одного довода, ни одного доказательства в пользу своей точки зрения. Слова Паншина пусты, пуст и он сам. Ему поддакивает Марья Дмитриевна, вообще не имеющая представления, о чем идет речь.

Но Паншин говорит так красиво, что слушательница и не задумывается над смыслом его слов.     Забегая вперед, нужно отметить, что в этом споре выигрывает Лаврецкий, рассуждающий в духе славянофилов. Интересен тот факт, что сам Тургенев был «неисправимым коренным западником», как он сам себя называл.

Писатель прекрасно понимал огромное значение передовых идей Запада для крепостной России. Поэтому он обличал тех, кто усваивал не новые идеи, а внешние формы культуры, кто был враждебен ко всему русскому, национальному. Таким перед нами предстает Паншин.

Неслучайно Тургенев в следующей, 34-ой главе, приводит такую деталь: «Паншин разбудил своего кучера, толкнув его концом палки в шею, сел на дрожки и покатил». Таким образом, Паншин представляет собой западника на словах и лжезападника на деле.     В споре ему противостоит Лаврецкий. По отношению к этому герою сам Тургенев употребляет понятие «славянофил».

Однако, на мой взгляд, ничего славянофильского в Лаврецком нет. Он не восхваляет отсталые стороны русского быта, как это делали славянофилы. Лаврецкий выступает в споре как патриот. Он отстаивает перед Паншиным идею самостоятельности России, самобытности ее культуры. Патриотизм этого героя сливается у него с идеей необходимости прогрессивного развития России.

    Лаврецкий искренне стремится быть полезным и нужным Родине. Он не тешит себя иллюзиями, его мысли обращены к реальной жизни, к сближению с народом: «Надо землю пахать, — говорит Лаврецкий, — и стараться как можно лучше ее пахать». Этим он как бы пытается вернуть Паншина и подобных ему людей с небес к реальной действительности.

Но сам герой, возвращаясь к реальности, не предлагает каких-либо определенных действий, то есть не выдвигает ничего нового.     Таким образом, в отличие от Паншина, Лаврецкий четко представляет свои обязанности, но, по свойственному русским людям качеству, долго собирается взяться за дело. Поэтому он слишком часто мешкает и бесполезно тратит время.

В итоге Лаврецкий выглядит и является тем же Паншиным, у которого слова расходятся с делом. В этом отношении показательно некоторое сходство тургеневских героев с героем романа И.А. Гончарова Обломовым.     Понимая свое невыгодное положение, Паншин пытается перевести разговор на другую тему. Лаврецкий этому не препятствует.

В конце концов, в итоге спора в более выигрышном положении оказывается Лаврецкий. Об этом свидетельствуют и слова Марфы Тимофеевны: «Отделал умника, спасибо».

    Итак, данный эпизод – сцена спора Паншина и Лаврецкого – помогает нам не только увидеть и уяснить взгляды обоих участников на определенные общественные вопросы, но и разглядеть по позициям героев сущность их характеров.     Оторванный от народа, Паншин под личиной западника скрывает свое хищническое нутро.

Лаврецкий же, тесно связанный с народом, все же представляет собой человека уходящего прошлого. Это объясняется его недеятельной натурой. Лаврецкий правильно мыслит, но ничего не делает для того, чтобы его слова превращались в конкретные дела. Эта черта свойственна многим русским интеллигентам, о чем будут писать еще многие великие художники слова.     Нужно отметить, что и тот, и другой тип людей был характерен для дворянской интеллигенции 30-40-х годов Х1Х века. Однако ни паншины, ни лаврецкие не способны были изменить существующее в то время положение России.

    Таким образом, сцена спора Лаврецкого и Паншина играет значительную роль в произведении, так как во многом помогает понять идейное содержание романа, конкретизирует многие темы и проблемы, освещает обстановку, сложившуюся в России середины Х1Х века.

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Тургенев И.С. / Дворянское гнездо / Спор Лаврецкого и Паншина (анализ эпизода из 33 главы романа И.С.Тургенева «Дворянское гнездо»)

Источник: http://www.litra.ru/composition/get/coid/00016601184864240409

Паншин, Владимир Николаевич (

Спор Лаврецкого и Паншина. По роману Тургенева Дворянское гнездо
Смотри также Литературные типы произведений Тургенева

«Ему всего пошел двадцать восьмой год, а он был уже камер-юнкером и чин имел весьма изрядный. Твердо верил в себя, в свой ум, в свою проницательность; он шел вперед смело и весело, полным махом; жизнь его текла как по маслу.

Он привык нравится всем, старому и малому, и воображал, что знает людей, особенно женщин: он хорошо знал их обыденные слабости.

Как человек, не чуждый художеству, он чувствовал в себе и жар, и некоторое увлечение, и восторженность и вследствие этого позволял себе разные отступления от правил: кутил, знакомился с лицами, не принадлежащими к свету, и вообще держался вольно и просто; но в душе он был холоден и хитр, и во время самого буйного кутежа его умный карий глазок все караулил и высматривал; этот смелый, этот свободный юноша никогда не мог забыться и увлечься вполне. К чести его должно сказать, что он никогда не хвастался своими победами». Он был всегда полон «новостями», которые с удовольствием рассказывал «и сам громко смеялся тому, что рассказывал» «С чего бы ни начинал он разговор — он обыкновенно кончал тем, что говорил о самом себе, и это выходило у него как-то мило и мягко, задушевно, словно невольно», «с какой-то светлой и сладкой улыбкой, которая у него и появлялась, и пропадала вдруг». П. сам себя не считал эгоистом, но во всем винил свою «вечную необдуманность, по милости которой он прослыл эгоистом». П. «говорил по-французски прекрасно, по-английски хорошо, по-немецки дурно. Так оно и следует: порядочным людям стыдно говорить хорошо по-немецки; но пускать в ход германское словцо в некоторых, большею частью забавных, случаях — можно; c'est m?me tr?s chic, ?ак выражаются петербургские парижане». В. Н. с пятнадцатилетнего возраста уже умел не смущаясь войти в любую гостиную, приятно повертеться в ней и кстати удалиться». Он умел поддержать всякий разговор. Так, в беседе с Лаврецким он навел речь на выгоды сахароварения, о котором недавно прочел две французские брошюрки, и с спокойной скромностью принялся излагать их содержание, не упоминая, впрочем, о них ни единым словом». В университете, «откуда он вышел с чином действительного студента, познакомился с некоторыми знатными молодыми людьми и стал вхож в лучшие дома. Его везде охотно принимали; он был очень недурен собою, развязен, забавен, всегда здоров, на все готов; где нужно — почтителен, где можно — дерзок, отличный товарищ, un charmant gar?on: заветная область раскрылась перед ним. П. скоро понял тайну светской науки; он умел проникнуться действительным уважением к ее уставам, умел с полунасмешливой важностью заниматься вздором и показать вид, что почитает все важное за вздор, — танцевал отлично, одевался по-английски. В короткое время он прослыл одним из самых любезных и ловких молодых людей в Петербурге. П. был действительно очень ловок, но он был также очень даровит. Все ему далось: он мило пел, бойко рисовал, писал стихи, весьма недурно играл на сцене. Лемм считал его дилетантом. «Да, все второй нумер, легкий товар, спешная работа. Это нравится, и он нравится, и сам он этим доволен — ну и браво». «Марья Дмитриевна Калитина называла П. неизменно: «приятным», «умным молодым человеком», прекрасным служакой. Действительно, П. и в Петербурге считали дельным чиновником: работа кипела у него в руках; он говорил о ней шутя, как оно и следует светскому человеку, не придающему особенного значения своим трудам, но был «исполнитель». «Сам он не сомневался в том, что, если захочет, будет со временем министром». Действительно, через 8 лет «П. сильно подвинулся в чинах и метит уже в директоры; ходит несколько согнувшись; должно быть, Владимирский крест, пожалованный ему на шею, оттягивает его вперед. Чиновник в нем взял решительный перевес над художником; его все еще моложавое лицо пожелтело, волосы поредели, и он уже не поет, не рисует, но втайне занимается литературой: написал комедийку в роде «пословиц», — и так как теперь все пишущие непременно «выводят» кого-нибудь или что-нибудь, то и он вывел в ней кокетку и читает ее исподтишка двум-трем благоволящим к нему дамам». «Легкость и смелость», по его убеждению, «первое дело». «Если бы власть у него была о руках», он ее бы «повернул по-своему!» России нужны не люди, а «хорошие учреждения». Иногда, как напр. в споре с Лаврецким, увлекался до того желанием все «переделать», что забывал даже и свое камер-юнкерское звание и чиновничью карьеру. Отказ Лизы опечалил ненадолго П.; через день образ Лизы «исчез как бы в тумане» пред чарами Варвары Павловны. Она быстро и прочно поработила П.

Критика: Удивительный представитель русской полуобразованности и русского фальшивого развития, которые так изумляют иностранцев, он наделен всеми возможными талантами: талантом живописца, музыкальным, чиновничьим, но в той степени, какая нужна, чтобы занимать, тешить людей и никогда не приносить им ни духовной, ни вещественной пользы.

Он и оратор, и берейтор, и светский человек — и все это в меру, так, чтобы ничто не походило на настоящее дело или призвание. Всякое дело или призвание требует участия души и мысли, а душа и мысль Паншина обращены только к самому себе.

Лизавета Михайловна находит, что он добрый человек, и он может играть, пожалуй, и доброго человека очень натурально, покуда мелкие страсти, единственно доступные ему, спят спокойно в недрах его пустой груди.

Это совершеннейший тип выправки, которым наполнены канцелярии и салоны Петербурга, смешной и позорный в одно время, если рассмотреть его ближе, но очень годный на выставку, когда нужно обмануть глаза образованного мира, чего, как известно, все мы крепко добиваемся.

В провинции он еще и представитель столичного прогресса, высокого морального и общественного развития, которое там совершилось или совершается». [П. Анненков. Восп. и кр. ст. 2.]. П.

не служит никакому делу, не предан никакой идее, не выработал себе никакого твердого, дорогого убеждения; прожить весело и спокойно, нравиться окружающим людям, рисоваться перед ними разнообразными дарованиями и чистотою нравственных правил, возбуждать их изумление и благоговение вычитанною и кстати приведенною мыслию и, наконец, путями всех этих разнородных, пустых, но в сущности безгрешных успехов достигнуть под старость высокого чина и обеспеченного состояния — вот цель Паншина в жизни; и этой цели он наверное достигнет, потому что он человек умный, не настолько безнравственный или смелый, чтобы оскорбить какою-нибудь проделкою даже самое чуткое общественное мнение, и не настолько благородный и пылкий, чтобы всею душою принять какое-нибудь убеждение и во имя этого убеждения пожертвовать карьерою и временными выгодами. Паншин — сухой человек, применяющий и общие идеи и высшие стремления к мелким выгодам своего я, но в то же время тщательно скрывающий от всех других свой узкий эгоизм. Он драпируется и постоянно играет роль». На самом деле П. человек одного разбора с Молчалиным («Горе от ума») и Чичиковым («Мертвые души»); он приличнее их обоих и несравненно умнее первого. Поэтому, чтобы достигнуть тех же целей, к которым идут и Молчалин и Чичиков, чтобы далеко обогнать того и другого, П. не нужно будет ни ползать, ни мошенничать: достаточно будет улыбнуться в одном месте, сказать ловкую фразу в другом, почтительно выслушать нелепое рассуждение в третьем, прикинуться рыцарем чести в четвертом — и на избранника судьбы широкою рекою польются земные блага. Чичиков и Молчалин мелкие торгаши, оттого к ним и прилипает грязь их ремесла; П. промышленник большой руки, и потому он останется барином и честным человеком, не по убеждению, а потому, что оно и выгодно и спокойно. По внутренним свойствам души он ничем не лучше обоих своих предшественников, цель в жизни у них одна; все различие заключается только во внешнем образовании да во внешней обстановке. Таких людей формирует наше общество, оно воспитывает их с малых лет в своих салонах или канцеляриях; оно потворствует им своим благоволением и позволяет им достигнуть желанной цели, ежели они идут к ней осторожно и прилично, не производя скандала и не марая себя вопиющею безнравственностию». [Писарев. Соч. 1].

Словарь литературных типов. — Пг.: Издание редакции журнала «Всходы». Под редакцией Н. Д. Носкова. 1908-1914.

Источник: https://literary_types.academic.ru/1832/%D0%9F%D0%B0%D0%BD%D1%88%D0%B8%D0%BD%2C_%D0%92%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87_%28%22%D0%94%D0%B2%D0%BE%D1%80%D1%8F%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B5_%D0%B3%D0%BD%D0%B5%D0%B7%D0%B4%D0%BE%22%29

Refy-free
Добавить комментарий