Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

Конспект урока: «А.А. Фет

Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

Учитель: Макрова Т.П.

Тема урока. «А.А. Фет «Мама! Глянь-ка из окошка…», «Кот поёт, глаза прищуря» (слайд-1)

Цель: знакомство и анализ стихотворений А.А. Фета «Мама! Глянь-ка из окошка», «Кот поёт глаза прищуря».

Задачи: (слайд-2)

познакомить с творчеством А. Фета; формировать умения анализировать текст;

создать условия для выразительного чтения детьми лирического стихотворения;

познакомить с особенностями чтения стихотворения – просьбы;

добиваться искреннего, заинтересованного отношения к изучаемому тексту;

способствовать расширению и обогащению словарного запаса детей;

способствовать развитию эмоций и чувства детей.

Планируемые результаты

Личностные: осознание себя гражданином своего Отечества, проявление интереса и уважения к другим народам, признание общепринятых морально-этических норм.

Метапредметные:

познавательные: выполняет учебно-познавательные действия в материализованной и умственной форме, осуществляет для решения учебных задач операции анализа, синтеза, сравнения, устанавливает причинно-следственные связи, делает обобщения, выводы;

коммуникативные: вступает в учебный диалог с учителем, одноклассниками, участвует в общей беседе, слушает и отвечает на вопросы, формулирует собственные мысли, высказывает и обосновывает свою точку зрения, строит небольшие монологические высказывания, осуществляет совместную деятельность в рабочих группах с учётом конкретных учебно-познавательных задач;

регулятивные: принимает и сохраняет учебную задачу, планирует (в сотрудничестве с учителем и одноклассниками или самостоятельно) необходимые действия, операции, действует по плану;

личностные: осознаёт свои трудности и стремится их преодолевать, имеет способность к самооценке своих действий, поступков.

Предметные: знание содержания изучаемого произведения, умение воспринимать и анализировать текст, умение определять жанр литературного произведения, формулировать идею, проблематику произведения, умение давать характеристику героям.

Основные понятия: лирика, лирическое произведение, ритм, звукопись, эпитет, метафора, заимствованные и устаревшие слова

Оборудование: презентация к уроку; аудиозаписи; компьютер и проектор.

Ход урока

I. Мотивирование к учебной деятельности

— В мире много интересного,

Нам порою неизвестного.

Миру знаний нет предела.

Так скорей, друзья за дело.

— Какой сейчас начался урок?

— Что мы уже умеем делать на уроке литературного чтения?

  1. Разминка – игра: «Складно – нескладно»

Учитель.

— Я буду называть вам пары слов. Если они рифмуются, вы хлопаете в ладоши, если не рифмуются, поднимаете руки над головой.

«нос – мороз (хлопки), вода – коса(поднимают руки), дни – они (хлопки), игра – земля (поднимают руки)

— Я вижу, что вы поняли, что такое рифма.

Подберите рифму:

Грязи нет, весь двор одело,

Посветлело, …(побелело)

Не колючий, светло – синий

По ветвям развешан … (иней)

Уж теперь не будет спору:

За салазки, да и …(в гору) —

II.Актуализация знаний

Работа в парах. Карточка №1.

это художественно-образное определение, подчеркивающее наиболее существенный в данном контексте признак предмета или явлений

Рифма

Если в строфе четыре строки , то её называют

Четверостишием

— это сочетание двух или нескольких стихотворных строк, объединённых рифмой или интонацией

Эпитет

— звуковой повтор,  традиционно используемый в поэзии и, как правило, расположенный и ожидаемый на концах строк в стихах.

— Соедините стрелками понятия.

— С чем мы знакомимся, когда встречаем эти понятия?

Посмотрите на репродукцию. Как вы думаете, глядя на репродукцию, о чём мы будем говорить на уроке?

Учитель: На этом уроке вы познакомитесь с особенностями творчества А.А Фета, проведёте анализ его стихотворения.

Карточка №2 Прочитайте текст. Что вы узнали о биографии поэта, о его отце, матери?

Биография

Афанасий Афанасьевич Фет– известный русский поэт с немецкими корнями, переводчик, лирик, автор мемуаров. Член-корреспондент Академии наук Петербурга.

Родился  5 декабря  1820 года в усадьбе Новосёлки Орловской губернии. Отец — орловский помещик, отставной ротмистр Афанасий Неофитович Шеншин. Мать — Шарлотта-Елизавета Беккер. Фамилия матери, немки Каролины Фёт, стала его литературным именем.

Рассказывая о своем детстве, Фет вспоминал, как летом с деревенскими ребятами ходил в лес, ловил чижей, лазил по деревьям, ездил верхом. С детства будущий поэт полюбил стихи, переписывал их в тетрадь, особенно его привлекали стихи Пушкина.

В 1835—1837 годах Афанасий учился в немецком частном пансионе. В это время он начал писать стихи, проявлять интерес к классической филологии.

В 1838 году поступил в Московский университет, сначала на юридический факультет, затем — на историко-филологическое (словесное) отделение философского факультета. Учился 6 лет: 1838—1844 гг.

Первый сборник своих стихотворений выпустил, когда ещё был студентом

Во время учебы начал печататься в журналах. В 1840 году вышел сборник стихов Фета «Лирический пантеон» при участии Аполлона Григорьева, друга Фета по университету. В 1842 году — публикации в журналах «Москвитянин» и «Отечественные записки».

Окончив университет, Афанасий Фет в 1845 году поступил на военную службу, стал кавалеристом. В 1846 году ему присвоено первое офицерское звание.

Долгое время Фет находился на военной службе, затем вышел в отставку, переехал в Орловскую губернию и начал заниматься хозяйством в своём имении, но до конца жизни писал стихи.

Источник: https://infourok.ru/konspekt-uroka-aa-fet-mama-glyanka-iz-okoshka-kot-poyot-glaza-prischurya-2302110.html

Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

Ранчин А. М.

Кот поет, глаза прищуря,

Мальчик дремлет на ковре,

На дворе играет буря,

Ветер свищет на дворе.

«Полно тут тебе валяться,

Спрячь игрушки да вставай!

Подойди ко мне прощаться,

Да и спать себе ступай».

Мальчик встал. А кот глазами

Поводил и всё поет;

В окна снег валит клоками,

Буря свищет у ворот.

Композиция стихотворения

Стихотворение «Кот поет, глаза прищуря…» состоит из трех частей, соответствующих элементам строфической структуры – трем строфам – четверостишиям с перекрестной рифмовкой АБАБ: прищуря (А) – ковре (Б) – буря (А) – дворе (Б); в нечетных строках – женская рифма (ударение приходится на предпоследний от конца стиха слог: прищуря – буря), в четных – мужская (ударение падает на последний от конца слог: ковре – дворе).

Первая строфа стихотворения – сценка, картинка в комнате дома, очевидно, в детской и описание мира вне дома, природы. Предметы поэтического изображения — отличительные для Фета. Как замечал В.П. Боткин в статье «Стихотворения А.А.

Фета» (1857), «большая часть поэтов любит воспроизводить только сильные эффектные явления природы; у г. Фета, напротив, находят себе отзыв самые обыденные, которые пролетают мимо нас, не оставляя в душе нашей никакого следа .

Такую наивную внимательность чувства и глаза найдешь разве только у первобытных поэтов» (Библиотека русской критики / Критика 50-х годов XIX века. М., 2003. С. 316).

Первая строфа построена по принципу строгой симметрии. Первые два стиха посвящены дому, комнате:

Кот поет, глаза прищуря,

Мальчик дремлет на ковре.

Это двустишие разделяется на две части: на первую строку, говорящую о коте, и на вторую строку, упоминающую о мальчике. Обе строки – предложения с похожей основой синтаксической структуры: подлежащее (выраженное именем существительным муж. рода в имен. падеже) + сказуемое (выраженное глаголом в форме наст. времени единств. числа третьего лица).

Третья и четвертая строки – описание бури за пределами дома:

На дворе играет буря,

Ветер свищет на дворе.

https://www.youtube.com/watch?v=jDj-jT2SRF4

Однако этот фрагмент стихотворения уже не разделяется надвое так, как первая и вторая строки: если в первой и второй строках сказано о двух разных существах изображаемого поэтом мира (о коте и о мальчике), то в третьей и четвертой строках говорится об одном и том же явлении – о буре; только в третьем стихе она обозначена именно словом «буря», а в четвертом – словом «ветер». Таким образом, третья и четвертая строки содержат смысловой повтор. Цель этого повтора – выразительная: усилить представление о разгулявшейся стихии.

Синтаксически третья и четвертая строки похожи, но их похожесть – «обратная». Третья открывается обстоятельством места (выраженным существительным муж. рода единств. числа в предложном падеже) «на дворе», за которым следуют сказуемое (выраженное глаголом в форме наст. времени единств.

числа третьего лица) «играет» и подлежащее (выраженное существительным женского рода в именит. падеже). Четвертая же строка, наоборот, открывается подлежащим (выраженным существительным мужск. рода в именит. падеже) «ветер», за которым стоит сказуемое (выраженное глаголом в форме наст. времени единств.

числа третьего лица) «свищет», а закрывает строку тот же оборот «на дворе», которым начинался предыдущий стих. Посредством такого «обратного» построения двух соседних стихов, своеобразного их «завихрения», вероятно, передается кружение ветра-метели.

Но одновременно зеркальная синтаксическая симметрия этих строк, может быть, ассоциируется с замкнутым пространством комнаты, границы которой не может нарушить разыгравшийся ветер.

Дом в стихотворении – это, почти несомненно, помещичья усадьба с окружающим ее двором; менее вероятно, что это городская усадьба, окруженная забором с воротами. (Такая деталь, как ковер, исключает возможность понимания дома как крестьянской избы, — в крестьянских домах ковров не было.)

Центральная часть стихотворения – приказание, обращенное к мальчику и, по-видимому, принадлежащее его матери или, скорее, — если принять во внимание строгость и повелительность тона, — отцу. Б.Я. Бухштаб приписывает это обращение матери или няне мальчика (Бухштаб Б.Я. А.А. Фет // Фет А.А.

Полное собрание стихотворений / Вступ. ст., подг. текста и примеч. Б.Я. Бухштаба. Л., 1959 («Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание»). С. 35). Едва ли эти слова принадлежат няне: и повелевающая интонация, и приказание прийти попрощаться перед сном этому противоречат.

Категорично-жесткая интонация также вряд ли может ассоциироваться с речью матери.

Кто произносит эти слова, неизвестно: читатель слышит их, но «не видит» говорящего.

Такой прием «умолчания», может быть, мотивирован дремотным восприятием мальчика и/или кота (ведь дальше говорится о его взгляде: «А кот глазами / Поводил»).

Строфа состоит из четырех обращений-приказаний, три из которых выражены глаголами в повелительном наклонении. Эти категоричные обращения нарушает мирную дремоту в комнате.

Третья, последняя строфа соотнесена с первой по принципу неполной зеркальной симметрии: в первой строке говорится о вставшем мальчике и назван кот, но о его продолжающемся пении упоминается только в следующем стихе: вторжение повелительного голоса нарушило сонный покой в детской:

Мальчик встал. А кот глазами

Поводил и всё поет…

Нарушение блаженного покоя передается стихотворным переносом: «А кот глазами / Поводил и все поет». Границы синтаксической основы предложения (подлежащее. + сказ.: кот поет) не совпадают с межстиховой паузой.

Но вскоре прежнее состояние дремоты восстанавливается: по-прежнему «кот поет», как и в первой строке произведения.

В третьей и четвертой строках описывается, как и в третьем и четвертом стихах первой главы, буря:

В окна снег валит клоками,

Буря свищет у ворот.

Однако и здесь нет тождества с описанием бури в первой строфе. С одной стороны, стихия, кажется, разыгралась еще сильнее: она уже пытается проникнуть внутрь дома, «атакует» его границу – окно: «В окна снег валит клоками». Только из этой, предпоследней, строки становится ясно, что непогода – зимняя.

С другой стороны, теперь сказано, что «буря свищет» уже не «на дворе», а «у ворот», то есть дальше от дома, за пределами двора. Уюту и покою дома ничто не угрожает.

При этом синтаксис последних двух строк текста почти тождествен с синтаксисом последних строк первой строфы: обстоятельство места + подлежащее + сказуемое + обстоятельство образа действия (клоками – этого элемента в первой строфе не было) + подлежащее + сказуемое + обстоятельство места.

У Фета «часты повторы целых стихов – обычно в конце строф, без изменений (как в стихотворении “Мы встретились вновь после долгой разлуки…”) или с вариациями (как в стихотворении “Фантазия”, где последняя строфа повторяет первую, или как в стихотворениях “Я тебе ничего не скажу…”, “Месяц зеркальный плывет по лазурной пустыне…”), где два начальных стиха в обратном порядке повторяются в двух конечных стихах. Нередки и более сложные повторы, как в стихотворении “Певице”, где последняя строфа объединяет (с вариациями) первые два стиха первой строфы с двумя последними стихами второй строфы» (Бухштаб Б.Я. А.А. Фет. С. с. 49-50). В стихотворении «Кот поет, глаза прищуря…» поэт тонко играет на повторах и на их неполном сходстве повторяющихся слов, выражений, строк.

В стихотворении дается изображение простой сценки, облеченное в форму фрагмента: сценка-миниатюра словно вырвана из повседневности, неизвестно ничего ни о времени, ни о месте этого эпизода, ни о мальчике, ни о взрослом.

Мир, воссозданный в стихотворении, — обыденный.

Фет неоднократно настойчиво утверждал, что источником поэтического произведения могут быть самые обыкновенные случайно увиденные вещи и явления: «К чему искать сюжеты для стихов, сюжеты эти на каждом шагу – брось на стул женское платье или погляди на двух ворон, которые уселись на заборе, вот тебе и сюжеты», — объяснял он еще в юности другу поэту Я.П. Полонскому (Я.П. Полонский, «Мои студенческие воспоминания» // Полонский Я.П. Сочинения: В 2 т. / Сост., вступ. ст., коммент. И.Б. Мушиной. М.,1986. Т. 2. С. 444).

А в статье «О стихотворениях Ф.

Тютчева» (1859) он замечал в таком же роде: «…Самая высокая мысль о человеке, душе или природе, предлагаемая поэту как величайшая находка, может возбудить в нем только смех, тогда как подравшиеся воробьи могут внушить ему мастерское произведение» (Фет А. Стихотворения. Проза. Письма / Вступ. ст. А.Е. Тархова; Сост. и примеч. Г.Д. Аслановой, Н.Г. Охотина и А.Е. Тархова. М., 1988. С. 284).

Обыденность изображенной в стихотворении ситуации была истолкована пародистом Д.Д. Минаевым как «ничтожность» содержания; в его пародии (1863) обыкновенность заменена грубой натуралистичностью, мальчик – нерадивым слугою-подростком (казачком):

На дворе мычит корова,

Ждет на крыше кошку кот.

Небо темно и сурово,

Буря плачет и ревет.

«Что валяешься в прихожей!

Самовар нести пора…

Наказанье с этой рожей:

Дрыхнет с самого утра».

Казачок вскочил. Сурово

Буря рвется в ворота,

Но молчит в хлеве корова,

И на крыше нет кота.

Образная структура

Стихотворение построено на антитезе «внешний мир – дом». Холоду и свисту противопоставлено мерное, ровное мурлыканье («пение») кота, дисгармоничному движению – покой дремоты и сна. Кот как образ, воплощающий уют и покой, встречается также в стихотворении Фета «Не ворчи, мой кот-мурлыка…», написанном почти в одно время (1843 г.) с «Кот поет, глаза прищуря…»:

Не ворчи, мой кот-мурлыка,

В неподвижном полусне:

Без тебя темно и дико

В нашей стороне;

Без тебя всё та же печка,

Те же окна, как вчера,

Те же двери, та же свечка,

И опять хандра.

Дом в поэзии Фета «окружает личность он является у Фета средоточием пейзажа, центром того пространства, которое сродни лирическому субъекту» (Лотман Л.М. А Фет. «Не спрашивай, над чем задумываюсь я…» // Поэтический строй русской лирики. Л., 1973. С. 193).

Оттенки значения ‘тепло, уют’ присущи слову «ковер». В стихотворении сосуществуют большой и неспокойный мир природы (или всего, что не есть дом) и теплый, родной для мальчика и кота мир детской. Но эти два мира не только противопоставлены.

Для описания мира разгулявшейся стихии использован глагол «играет», но с помощью родственного ему однокоренного слова «игрушки» характеризуется мир мальчика. Мир этот отнюдь не столь безмятежен, как может показаться на первый взгляд.

«Как и в жизни маленького героя, в природе идет “игра” (“Спрячь игрушки” – “играет буря”, “кот поет”, “ветер свищет”) В отличие от человека, кот, буря не могут “спрятать игрушки”, отдохнуть от своего предназначения» (Буслакова Т.П. Русская литература XIX века: Учебный минимум для абитуриентов. М., 2005. С. 238).

По свидетельству Фета, А.А. Григорьев, восхищавшийся этим стихотворением, восклицал: «Боже мой, какой счастливец этот кот и какой несчастный мальчик!» (Фет А. Ранние годы моей жизни. М., 1893. С. 152-153).

Как понять это замечание проницательного литературного критика и внимательного читателя? Почему мальчик несчастлив? Очевидно, потому, что он несвободен в отличие от играющей стихии, которой никто не вправе приказать спрятать игрушки и, встав с ковра, идти в спальню.

Несвободен он и в отличие от безмятежно и самозабвенно поющего кота. Игра стихии и пение кота свободны, игры и поступки мальчика подчинены воле взрослых.

Повторяющийся, устойчивый образ фетовской лирики – окно. «…Уютный мир дома, комнаты обычно соотносится с миром в окне.

Окно – живая, символическая граница комнаты и мироздания, неизменно напоминающего о себе то лунным лучом, идущим из бесконечности, то далеким, расплывающимся в ночи звуком.

Это не всегда открыто выраженное присутствие , в дальнейшем, особенно в его поздних философских элегиях, получит структурообразующее значение.

Окно как деталь, соединяющая камерный мир комнаты и мир Вселенной, проходит через все творчество Фета» (Сухова Н.П. Лирика Афанасия Фета. М., 2000. С. 53).

Н.П.

Сухова, замечая, что в произведениях Фета «поэт стоит перед окном в Мир, который чаще всего дает о себе знать беспокойными, тревожными сигналами», приводит цитату из «Кот поет, глаза прищуря…» и еще ряд примеров: «И крупный дождь в стекло моих окон / Стучится глухо» («Хандра», 1840), «Вот утро севера – сонливое, скупое – Лениво смотрится в окно волоковое (узкое, щелевидное окно крестьянского дома. – А. Р.)» («Вот утро севера – сонливое, скупое…», 1841), «Люблю я немятого луга / К окну подползающий пар» («Деревня», 1842), «Печальная береза / У моего окна» («Печальная береза…», 1841), «Те же окна, как вчера, / Те же двери, та же свечка, / И опять хандра…» («Не ворчи, мой кот-мурлыка…», 1843). По мнению исследовательницы, «окно, распахнутое в мир, отсекает своей четырехугольной рамкой часть бесконечности и таким образом делает ее конечной, подразумевая в то же время продолжение “конечного” за пределами своей рамки. То есть “окно в мир” – это прекрасный пример стыка, борения конечного с бесконечным» (Сухова Н.П. Лирика Афанасия Фета.С. 67-68).

Образ окна встречается и в других лирических произведениях Фета.

Например, в стихотворении «Безмолвные поля оделись темнотою…» (1842) распахнутое окно символизирует открытость «я» миру природы, их отрадное слияние: «И снова тихо всё.

Уж комары устали / Жужжа влетать ко мне в открытое окно: / Всё сном упоено…». А в стихотворении «Ласточки пропали…» (1854), как и в «Кот поет, глаза прищуря…», природа за окном – стихия хаоса, враждебная человеку:

С вечера всё спится,

На дворе темно.

Лист сухой валится,

Ночью ветер злится

Да стучит в окно.

Иная, гармоническая природа, но также стремящаяся проникнуть через окно в мир дома, представлена в стихотворении «Знакомке с юга» (1854):

И грезит пруд, и дремлет тополь сонный

И грудь дрожит от страсти неминучей,

И веткою всё просится пахучей

Акация в раскрытое окно!

Особенное значение образ окна приобретает в стихотворении «Не спрашивай, над чем задумываюсь я…» (1854), где в окно бьется не стихия, а живое существо — голубь, символизирующий мир и покой, но попавший в губительную бурю: «Так голубь, бурею застигнутый, в стекло, / Как очарованный, крылом лазурным бьется».

Но в отличие от остальных примеров в стихотворении «Кот поет, глаза прищуря…» мир за окном не увиден взором наблюдателя, бесспорно находящегося в доме.

Мирная картина с поющим котом и дремлющим мальчиком может открываться как условному наблюдателю, находящемуся в комнате, так и взгляду, проникающему в комнату извне, через окно.

(Мнение, что в стихотворении мир показан в восприятии мальчика (Буслакова Т.П. Русская литература XIX века. С. 238), излишне категорично.)

Точное указание «буря свищет у ворот» и умолчание о том, кто именно произносит повеление мальчику, позволяет предположить, что пространственная точка зрения скорее находится вне уютного дома, — условный наблюдатель слышит голос, но не может увидеть взрослого, прерывающего своим приказанием сладкую дремоту ребенка.

Метр и ритм

Стихотворение написано четырехстопным хореем с чередующимися женскими и мужскими окончаниями стихов – размером семантически нейтральным, за которым в русской литературе не были закреплены какие-то определенные темы и смыслы.

Метрическая схема четырехстопного хорея: 10/10/10/10 (в четных строках стихотворения Фета последняя, четвертая, стопа усечена и имеет вид: /1).

Цифрой «1» обозначены позиции (слоги) в стихе, на которые согласно метрической схеме должно падать ударение, а цифрой «0» – позиции, которые должны быть безударными (в реальности в поэтических текстах обычны отступления от метрической схемы, обычно – пропуски ударений). Знак «/» отмечает границу между стопами.

В русской литературе XVIII в.

четырехстопным хореем писались иногда так называемые духовные оды (подражания библейской поэзии – псалмам, поэтические философские размышления), четырехстопный хорей преимущественно употреблялся в так называемой легкой поэзии (прежде всего в любовной лирике, создаваемой в подражание древнегреческому стихотворцу Анакреону, или Анакреонту), в песнях и романсах, связь этого размера с анакреонтическими мотивами веселья, упоения жизнью и любовью и с народной песней сохраняется и в первые три десятилетия XIX столетия, когда этот размер также используют в своих стихотворных сказках В.А. Жуковский, А.С. Пушкин и автор «Конька-горбунка» П.П. Ершов. Также этот размер был характерен для некоторых баллад (см. подробнее: Гаспаров М.Л. Очерк истории русского стиха: Метрика. Ритмика. Рифма. Строфика. М., 1984. С. 54-55, 63-65, 113-115).

Нейтральность размера, как и строгость композиционной структуры, призвана создать ощущение уравновешенности. Упорядоченная поэтическая форма словно противостоит одной из тем стихотворения — дисгармонии, разгулу стихии.

Вместе с тем для Фета, очевидно, была значима связь этого размера с некоторыми темами и жанрами. «Кот поет, глаза прищуря…» – своеобразная сценка с пунктирно намеченным сюжетом, а образ домовитого кота характерен для народной поэзии.

Поэтому автор стихотворения мог учитывать соотнесенность четырехстопного хорея с литературными стихотворными сказками и с литературными песнями – подражаниями народной поэзии. Но несомненна сохраненная в фетовском произведении память о «Зимнем вечере» А.С.

Пушкина, также написанном четырехстопным хореем с рифмовкой АБАБ и с таким же чередованием женских и мужских рифм: «Буря мглою небо кроет, / Вихри снежные крутя, / То, как зверь, она завоет, / То заплачет, как дитя».

Однако явное тематическое сходство двух текстов (зимняя буря, вой или свист ветра) сочетается с разительным отличием: Фет заменяет печальный тон пушкинского стихотворения («горькая подруга бедной юности моей», «выпьем с горя»), в котором нет антитезы «вьюга на дворе – уют дома», настроением, исполненным покоя и отрешенности, на первый взгляд почти безмятежной.

В ритмическом отношении стихотворении Фета традиционно для образцов четырехстопного хорея: «II стопа чаще несет ударения, чем I-я, а I-я – чаще, чем III-я» (Гаспаров М.Л. Очерк истории русского стиха: Метрика. Ритмика. Рифма. Строфика. М., 1984. С. 76, подробнее об этой тенденции см.

: Там же. С. 77, 134).

Так и в стихотворении «Кот поет, глаза прищуря…» ударение на первой стопе пропущено в третьей, седьмой, восьмой строках, в то время как на второй стопе ударение сохранено во всех строках, а на третьей стопе оно пропущено во второй, четвертой, шестой и двенадцатой строках.

Звуковой строй

В стихотворении используется повтор согласных звуков (аллитерация) в изобразительной функции:

Кот поет, глаза прищуря,

Мальчик дремлет на ковре,

На дворе играет буря,

Ветер свищет на дворе.

«Полно тут тебе валяться,

Спрячь игрушки да вставай!

Подойди ко мне прощаться,

Да и спать ступай».

Мальчик встал. А кот глазами

Поводил и всё поет;

В окна снег валит клоками,

Буря свищет у ворот.

Повтор звука «р», очевидно, подражает и урчанию кота, и вою бури («р» — так называемый опорный согласный в рифме «буря – прищуря»). Особенно показательно скопление примеров звука «р» в третьей строке, изображающей «игру» бури.

Благодаря такому звуковому оформлению двух разных мотивов (разгула стихии и домашнего уюта, которое символизирует пение кота) в них обнаруживается нечто общее – голос природы, в одном случае разыгравшейся, в другом – «прирученной»). Мотив бури (свиста) также оформлен звуком «с».

Однако наибольшее скопление (шесть случаев) примеров звука «с» и похожего на него «ц», являющегося вариантом исконного (присутствующего морфологически – в постфиксе, частице -ся) «с», содержится во второй строфе, передающей не игру стихии, а речь, обращенную к мальчику.

Очевидно, это не случайно: повеление взрослого обнаруживает для ребенка что-то угрожающее, наподобие бури.

Источник: http://znakka4estva.ru/dokumenty/literatura-russkiy-yazyk/iz-razborov-liriki-a-a-feta-kot-poet-glaza-prischurya/

Сочинения по литературе и русскому языку. Неразобранное. Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

1

Ранчин А. М. Кот поет, глаза прищуря, Мальчик дремлет на ковре, На дворе играет буря, Ветер свищет на дворе. . Мальчик встал. А кот глазами Поводил и всё поет; В окна снег валит клоками, Буря свищет у ворот.

Композиция стихотворения Стихотворение состоит из трех частей, соответствующих элементам строфической структуры — трем строфам — четверостишиям с перекрестной рифмовкой АБАБ: прищуря (А) — ковре (Б) — буря (А) — дворе (Б); в нечетных строках — женская рифма (ударение приходится на предпоследний от конца стиха слог: прищуря — буря), в четных — мужская (ударение падает на последний от конца слог: ковре — дворе). Первая строфа стихотворения — сценка, картинка в комнате дома, очевидно, в детской и описание мира вне дома, природы. Предметы поэтического изображения — отличительные для Фета. Как замечал В.П. Боткин в статье (1857), > (Библиотека русской критики / Критика 50-х годов XIX века. М., 2003. С. 316). Первая строфа построена по принципу строгой симметрии. Первые два стиха посвящены дому, комнате: Кот поет, глаза прищуря, Мальчик дремлет на ковре. Это двустишие разделяется на две части: на первую строку, говорящую о коте, и на вторую строку, упоминающую о мальчике. Обе строки — предложения с похожей основой синтаксической структуры: подлежащее (выраженное именем существительным муж. рода в имен. падеже) + сказуемое (выраженное глаголом в форме наст. времени единств. числа третьего лица). Третья и четвертая строки — описание бури за пределами дома: На дворе играет буря, Ветер свищет на дворе. Однако этот фрагмент стихотворения уже не разделяется надвое так, как первая и вторая строки: если в первой и второй строках сказано о двух разных существах изображаемого поэтом мира (о коте и о мальчике), то в третьей и четвертой строках говорится об одном и том же явлении — о буре; только в третьем стихе она обозначена именно словом , а в четвертом — словом . Таким образом, третья и четвертая строки содержат смысловой повтор. Цель этого повтора — выразительная:

усилить представление о разгулявшейся стихии. Синтаксически третья и четвертая строки похожи, но их похожесть — . Третья открывается обстоятельством места (выраженным существительным муж. рода единств. числа в предложном падеже) , за которым следуют сказуемое (выраженное глаголом в форме наст. времени единств.

числа третьего лица) и подлежащее (выраженное существительным женского рода в именит. падеже). Четвертая же строка, наоборот, открывается подлежащим (выраженным существительным мужск. рода в именит. падеже) , за которым стоит сказуемое (выраженное глаголом в форме наст. времени единств. числа третьего лица) , а закрывает строку тот же оборот , которым начинался предыдущий стих.

Посредством такого построения двух соседних стихов, своеобразного их , вероятно, передается кружение ветра-метели. Но одновременно зеркальная синтаксическая симметрия этих строк, может быть, ассоциируется с замкнутым пространством комнаты, границы которой не может нарушить разыгравшийся ветер.

Дом в стихотворении — это, почти несомненно, помещичья усадьба с окружающим ее двором; менее вероятно, что это городская усадьба, окруженная забором с воротами. (Такая деталь, как ковер, исключает возможность понимания дома как крестьянской избы, — в крестьянских домах ковров не было.

) Центральная часть стихотворения — приказание, обращенное к мальчику и, по-видимому, принадлежащее его матери или, скорее, — если принять во внимание строгость и повелительность тона, — отцу. Б.Я. Бухштаб приписывает это обращение матери или няне мальчика (Бухштаб Б.Я. А.А. Фет // Фет А.А. Полное собрание стихотворений / Вступ. ст., подг. текста и примеч. Б.Я. Бухштаба. Л.

, 1959 (). С. 35). Едва ли эти слова принадлежат няне: и повелевающая интонация, и приказание прийти попрощаться перед сном этому противоречат. Категорично-жесткая интонация также вряд ли может ассоциироваться с речью матери. Кто произносит эти слова, неизвестно: читатель слышит их, но говорящего.

Такой прием , может быть, мотивирован дремотным восприятием мальчика и/или кота (ведь дальше говорится о его взгляде: ). Строфа состоит из четырех обращений-приказаний, три из которых выражены глаголами в повелительном наклонении. Эти категоричные обращения нарушает мирную дремоту в комнате.

Третья, последняя строфа соотнесена с первой по принципу неполной зеркальной симметрии: в первой строке говорится о вставшем мальчике и назван кот, но о его продолжающемся пении упоминается только в следующем стихе: вторжение повелительного голоса нарушило сонный покой в детской: Мальчик встал. А кот глазами Поводил и всё поет…

Нарушение блаженного покоя передается стихотворным переносом: . Границы синтаксической основы предложения (подлежащее. + сказ.: кот поет) не совпадают с межстиховой паузой. Но вскоре прежнее состояние дремоты восстанавливается: по-прежнему >, как и в первой строке произведения.

В третьей и четвертой строках описывается, как и в третьем и четвертом стихах первой главы, буря: В окна снег валит клоками, Буря свищет у ворот. Однако и здесь нет тождества с описанием бури в первой строфе. С одной стороны, стихия, кажется, разыгралась еще сильнее: она уже пытается проникнуть внутрь дома, его границу — окно: .

Только из этой, предпоследней, строки становится ясно, что непогода — зимняя. С другой стороны, теперь сказано, что уже не , а , то есть дальше от дома, за пределами двора. Уюту и покою дома ничто не угрожает.

При этом синтаксис последних двух строк текста почти тождествен с синтаксисом последних строк первой строфы: обстоятельство места + подлежащее + сказуемое + обстоятельство образа действия (клоками — этого элемента в первой строфе не было) + подлежащее + сказуемое + обстоятельство места. У Фета (Бухштаб Б.Я. А.А. Фет. С. с. 49-50).

В стихотворении поэт тонко играет на повторах и на их неполном сходстве повторяющихся слов, выражений, строк. В стихотворении дается изображение простой сценки, облеченное в форму фрагмента: сценка-миниатюра словно вырвана из повседневности, неизвестно ничего ни о времени, ни о месте этого эпизода, ни о мальчике, ни о взрослом. Мир, воссозданный в стихотворении, — обыденный.

Фет неоднократно настойчиво утверждал, что источником поэтического произведения могут быть самые обыкновенные случайно увиденные вещи и явления: , — объяснял он еще в юности другу поэту Я.П. Полонскому (Я.П. Полонский, // Полонский Я.П. Сочинения: В 2 т. / Сост., вступ. ст., коммент. И.Б. Мушиной. М.,1986. Т. 2. С. 444). А в статье (1859) он замечал в таком же роде: (Фет А.

Стихотворения. Проза. Письма / Вступ. ст. А.Е. Тархова; Сост. и примеч. Г.Д. Аслановой, Н.Г. Охотина и А.Е. Тархова. М., 1988. С. 284). Обыденность изображенной в стихотворении ситуации была истолкована пародистом Д.Д.

Минаевым как содержания; в его пародии (1863) обыкновенность заменена грубой натуралистичностью, мальчик — нерадивым слугою-подростком (казачком): На дворе мычит корова, Ждет на крыше кошку кот. Небо темно и сурово, Буря плачет и ревет. . Казачок вскочил. Сурово Буря рвется в ворота, Но молчит в хлеве корова, И на крыше нет кота.

Образная структура Стихотворение построено на антитезе . Холоду и свисту противопоставлено мерное, ровное мурлыканье () кота, дисгармоничному движению — покой дремоты и сна. Кот как образ, воплощающий уют и покой, встречается также в стихотворении Фета , написанном почти в одно время (1843 г.

) с : Не ворчи, мой кот-мурлыка, В неподвижном полусне: Без тебя темно и дико В нашей стороне; Без тебя всё та же печка, Те же окна, как вчера, Те же двери, та же свечка, И опять хандра. Дом в поэзии Фета > (Лотман Л.М. А Фет. // Поэтический строй русской лирики. Л., 1973. С. 193). Оттенки значения 'тепло, уют' присущи слову .

В стихотворении сосуществуют большой и неспокойный мир природы (или всего, что не есть дом) и теплый, родной для мальчика и кота мир детской. Но эти два мира не только противопоставлены. Для описания мира разгулявшейся стихии использован глагол , но с помощью родственного ему однокоренного слова характеризуется мир мальчика. Мир этот отнюдь не столь безмятежен, как может показаться на первый взгляд. > (Буслакова Т.П. Русская литература XIX века: Учебный минимум для абитуриентов. М., 2005. С. 238). По свидетельству Фета, А.А. Григорьев, восхищавшийся этим стихотворением, восклицал: (Фет А. Ранние годы моей жизни. М., 1893. С. 152-153). Как понять это замечание проницательного литературного критика и внимательного читателя? Почему мальчик несчастлив? Очевидно, потому, что он несвободен в отличие от играющей стихии, которой никто не вправе приказать спрятать игрушки и, встав с ковра, идти в спальню. Несвободен он и в отличие от безмятежно и самозабвенно поющего кота. Игра стихии и пение кота свободны, игры и поступки мальчика подчинены воле взрослых. Повторяющийся, устойчивый образ фетовской лирики — окно. > (Сухова Н.П. Лирика Афанасия Фета. М., 2000. С. 53). Н.П. Сухова, замечая, что в произведениях Фета

1

Источник: https://referat.xyz/essay/other/111546/1

Нод для детей средней группы с онр. заучивание стихотворения а. фета «кот поёт, глаза прищуря…»

Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

Ольга Янишевская
Нод для детей средней группы с онр. заучивание стихотворения а. фета «кот поёт, глаза прищуря…»

НОД для детей средней группы с ОНР

Тема: Заучивание стихотворения А. Фета «Кот поёт, глаза прищуря…»

Цель: развитие речи

Задачи:

-Формировать навык мягкого едения.

-Воспитывать правильный умеренный темп речи.

-Развивать интонационную выразительность речи.

-Работать над соблюдением единства и адекватности речи, мимики, пантомимики, жестов- выразительных речевых средств.

-Продолжать развивать умение поддерживать беседу, задавать вопросы и отвечать на них, выслушивать друг друга до конца.

-Продолжать развивать мелкую моторику.

портрет поэта А. Фета, картинки — раскраски с изображением кота, цветные ребристые карандаши.

Словарь: дремлет, прищурил, свищет, валит клоками, буря.

Ход НОД:

Логопед:

Дети, посмотрите на портрет поэта, который писал очень хорошие стихи о нашей русской природе. Это А. Фет. Благодаря его стихам мы внимательнее вглядываемся в то, что происходит в природе и начинаем больше любить и понимать то, что нас окружает, видеть красоту полей, лесов, всего живого вокруг нас. Послушайте замечательное стихотворение :

«Кот поёт, глаза прищуря…»

Кот поёт, глаза прищуря;

Мальчик дремлет на ковре.

На дворе играет буря,

Ветер свищет на дворе.

«Полно тут тебе валяться,

Спрячь игрушки да вставай!

Подойди ко мне прощаться,

Да и спать себе ступай.»

Мальчик встал, а кот глазами

Проводил и всё поёт;

В окна снег валит клоками,

Буря свищет у ворот.

Логопед:

-Дети, подумайте и скажите, какое время года описал А. Фет в своём стихотворении?

-Что делает кот?

-Что делает мальчик?

-Что делает буря?

-Что делает ветер?

-Что произошло дальше?

-Как вы думаете, кто мог предложить мальчику отправиться спать?

-Что мальчик должен сделать прежде, чем лечь спать?

Молодцы! Вы многое запомнили из того, что я вам прочитала и то, что в стихотворении говорится о буре.

Давайте сделаем дыхательную гимнастику «Буря». Приготовьте пальчики и, выдыхая воздух, не забывайте показывать бурю.

(дети под чётким контролем логопеда выполняют дыхательную гимнастику с участием движения руки- вверх и более резкого движения вниз)

Логопед:

Мне очень понравилась ваша «буря».А теперь послушайте стихотворение ещё раз и постарайтесь запомнить то, какими словами поэт описывает бурю.

(повторное чтение стихотворения)

Логопед:

-Кто запомнил слова о буре? Что она делает?

Правильно. «Буря свищет у ворот.»

-А как поэт говорит о буре в самом начале? «Во дворе играет буря.»

-Как вы думаете, почему вначале буря играла, а в конце стихотворения она уже свищет? Я вам подскажу. Поэт показывает, что буря становится всё сильнее.

-Мальчик встал, чтобы уйти спать, а что делает кот? Правильно. Он проводил мальчика глазами и «всё поёт». Это он поёт потому, что ему тепло и он не боится бури. Дети, пройдите за столы. Я приготовила для вас весь необходимый материал и предлагаю потренировать свои пальчики и раскрасить котика.

(дети выполняют задание под руководством педагога и развешивают свои работы на мольберте)

Логопед:

Какие чудесные котики. У каждого из вас получился котик, который не похож на всех остальных. Сразу видно, что вы очень старались. Мне нравятся все ваши работы.

А сейчас послушайте ещё раз стихотворение и если вспомните слова, можете произносить их вместе со мной.

(логопед третий раз читает стихотворение и даёт возможность детям вместе с ней договаривать строки)

Логопед:

-Дети, кто из вас решил, что уже запомнил стихотворение и может его прочитать?

(С помощью логопеда стихотворение читают 2-3 ребёнка, получая хвалу и одобрение. Особое внимание уделяется выразительным средствам языка.)

-Сегодня вы все очень хорошо себя проявили. Мне понравились ваши котики, но больше всего мне запомнилось, как хорошо вы отвечали на вопросы.

-А что вам понравилось и запомнилось на нашем занятии?

-Что нового вы узнали?

-Дети, а что бы вы ещё хотели узнать?

Я обещаю вам прочитать ещё много стихов о нашей замечательной русской природе.

Источник: https://www.maam.ru/detskijsad/nod-dlja-detei-srednei-grupy-s-onr-zauchivanie-stihotvorenija-a-feta-kot-poyot-glaza-prischurja.html

Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря» (стр. 1 из 2)

Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

Ранчин А. М.

Кот поет, глаза прищуря,

Мальчик дремлет на ковре,

На дворе играет буря,

Ветер свищет на дворе.

«Полно тут тебе валяться,

Спрячь игрушки да вставай!

Подойди ко мне прощаться,

Да и спать себе ступай».

Мальчик встал. А кот глазами

Поводил и всё поет;

В окна снег валит клоками,

Буря свищет у ворот.

Композиция стихотворения

Стихотворение «Кот поет, глаза прищуря…» состоит из трех частей, соответствующих элементам строфической структуры – трем строфам – четверостишиям с перекрестной рифмовкой АБАБ: прищуря (А) – ковре (Б) – буря (А) – дворе (Б); в нечетных строках – женская рифма (ударение приходится на предпоследний от конца стиха слог: прищуря – буря), в четных – мужская (ударение падает на последний от конца слог: ковре – дворе).

Первая строфа стихотворения – сценка, картинка в комнате дома, очевидно, в детской и описание мира вне дома, природы. Предметы поэтического изображения — отличительные для Фета. Как замечал В.П. Боткин в статье «Стихотворения А.А.

Фета» (1857), «большая часть поэтов любит воспроизводить только сильные эффектные явления природы; у г. Фета, напротив, находят себе отзыв самые обыденные, которые пролетают мимо нас, не оставляя в душе нашей никакого следа .

Такую наивную внимательность чувства и глаза найдешь разве только у первобытных поэтов» (Библиотека русской критики / Критика 50-х годов XIX века. М., 2003. С. 316).

Первая строфа построена по принципу строгой симметрии. Первые два стиха посвящены дому, комнате:

Кот поет, глаза прищуря,

Мальчик дремлет на ковре.

Это двустишие разделяется на две части: на первую строку, говорящую о коте, и на вторую строку, упоминающую о мальчике. Обе строки – предложения с похожей основой синтаксической структуры: подлежащее (выраженное именем существительным муж. рода в имен. падеже) + сказуемое (выраженное глаголом в форме наст. времени единств. числа третьего лица).

Третья и четвертая строки – описание бури за пределами дома:

На дворе играет буря,

Ветер свищет на дворе.

https://www.youtube.com/watch?v=jDj-jT2SRF4

Однако этот фрагмент стихотворения уже не разделяется надвое так, как первая и вторая строки: если в первой и второй строках сказано о двух разных существах изображаемого поэтом мира (о коте и о мальчике), то в третьей и четвертой строках говорится об одном и том же явлении – о буре; только в третьем стихе она обозначена именно словом «буря», а в четвертом – словом «ветер». Таким образом, третья и четвертая строки содержат смысловой повтор. Цель этого повтора – выразительная: усилить представление о разгулявшейся стихии.

Синтаксически третья и четвертая строки похожи, но их похожесть – «обратная». Третья открывается обстоятельством места (выраженным существительным муж. рода единств. числа в предложном падеже) «на дворе», за которым следуют сказуемое (выраженное глаголом в форме наст. времени единств.

числа третьего лица) «играет» и подлежащее (выраженное существительным женского рода в именит. падеже). Четвертая же строка, наоборот, открывается подлежащим (выраженным существительным мужск. рода в именит. падеже) «ветер», за которым стоит сказуемое (выраженное глаголом в форме наст. времени единств.

числа третьего лица) «свищет», а закрывает строку тот же оборот «на дворе», которым начинался предыдущий стих. Посредством такого «обратного» построения двух соседних стихов, своеобразного их «завихрения», вероятно, передается кружение ветра-метели.

Но одновременно зеркальная синтаксическая симметрия этих строк, может быть, ассоциируется с замкнутым пространством комнаты, границы которой не может нарушить разыгравшийся ветер.

Дом в стихотворении – это, почти несомненно, помещичья усадьба с окружающим ее двором; менее вероятно, что это городская усадьба, окруженная забором с воротами. (Такая деталь, как ковер, исключает возможность понимания дома как крестьянской избы, — в крестьянских домах ковров не было.)

Центральная часть стихотворения – приказание, обращенное к мальчику и, по-видимому, принадлежащее его матери или, скорее, — если принять во внимание строгость и повелительность тона, — отцу. Б.Я. Бухштаб приписывает это обращение матери или няне мальчика (Бухштаб Б.Я. А.А. Фет // Фет А.А.

Полное собрание стихотворений / Вступ. ст., подг. текста и примеч. Б.Я. Бухштаба. Л., 1959 («Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание»). С. 35). Едва ли эти слова принадлежат няне: и повелевающая интонация, и приказание прийти попрощаться перед сном этому противоречат.

Категорично-жесткая интонация также вряд ли может ассоциироваться с речью матери.

Кто произносит эти слова, неизвестно: читатель слышит их, но «не видит» говорящего.

Такой прием «умолчания», может быть, мотивирован дремотным восприятием мальчика и/или кота (ведь дальше говорится о его взгляде: «А кот глазами / Поводил»).

Строфа состоит из четырех обращений-приказаний, три из которых выражены глаголами в повелительном наклонении. Эти категоричные обращения нарушает мирную дремоту в комнате.

Третья, последняя строфа соотнесена с первой по принципу неполной зеркальной симметрии: в первой строке говорится о вставшем мальчике и назван кот, но о его продолжающемся пении упоминается только в следующем стихе: вторжение повелительного голоса нарушило сонный покой в детской:

Мальчик встал. А кот глазами

Поводил и всё поет…

Нарушение блаженного покоя передается стихотворным переносом: «А кот глазами / Поводил и все поет». Границы синтаксической основы предложения (подлежащее. + сказ.: кот поет) не совпадают с межстиховой паузой.

Но вскоре прежнее состояние дремоты восстанавливается: по-прежнему «кот поет», как и в первой строке произведения.

В третьей и четвертой строках описывается, как и в третьем и четвертом стихах первой главы, буря:

В окна снег валит клоками,

Буря свищет у ворот.

Однако и здесь нет тождества с описанием бури в первой строфе. С одной стороны, стихия, кажется, разыгралась еще сильнее: она уже пытается проникнуть внутрь дома, «атакует» его границу – окно: «В окна снег валит клоками». Только из этой, предпоследней, строки становится ясно, что непогода – зимняя.

С другой стороны, теперь сказано, что «буря свищет» уже не «на дворе», а «у ворот», то есть дальше от дома, за пределами двора. Уюту и покою дома ничто не угрожает.

При этом синтаксис последних двух строк текста почти тождествен с синтаксисом последних строк первой строфы: обстоятельство места + подлежащее + сказуемое + обстоятельство образа действия (клоками – этого элемента в первой строфе не было) + подлежащее + сказуемое + обстоятельство места.

У Фета «часты повторы целых стихов – обычно в конце строф, без изменений (как в стихотворении “Мы встретились вновь после долгой разлуки…”) или с вариациями (как в стихотворении “Фантазия”, где последняя строфа повторяет первую, или как в стихотворениях “Я тебе ничего не скажу…”, “Месяц зеркальный плывет по лазурной пустыне…”), где два начальных стиха в обратном порядке повторяются в двух конечных стихах. Нередки и более сложные повторы, как в стихотворении “Певице”, где последняя строфа объединяет (с вариациями) первые два стиха первой строфы с двумя последними стихами второй строфы» (Бухштаб Б.Я. А.А. Фет. С. с. 49-50). В стихотворении «Кот поет, глаза прищуря…» поэт тонко играет на повторах и на их неполном сходстве повторяющихся слов, выражений, строк.

В стихотворении дается изображение простой сценки, облеченное в форму фрагмента: сценка-миниатюра словно вырвана из повседневности, неизвестно ничего ни о времени, ни о месте этого эпизода, ни о мальчике, ни о взрослом.

Мир, воссозданный в стихотворении, — обыденный.

Фет неоднократно настойчиво утверждал, что источником поэтического произведения могут быть самые обыкновенные случайно увиденные вещи и явления: «К чему искать сюжеты для стихов, сюжеты эти на каждом шагу – брось на стул женское платье или погляди на двух ворон, которые уселись на заборе, вот тебе и сюжеты», — объяснял он еще в юности другу поэту Я.П. Полонскому (Я.П. Полонский, «Мои студенческие воспоминания» // Полонский Я.П. Сочинения: В 2 т. / Сост., вступ. ст., коммент. И.Б. Мушиной. М.,1986. Т. 2. С. 444).

А в статье «О стихотворениях Ф.

Тютчева» (1859) он замечал в таком же роде: «…Самая высокая мысль о человеке, душе или природе, предлагаемая поэту как величайшая находка, может возбудить в нем только смех, тогда как подравшиеся воробьи могут внушить ему мастерское произведение» (Фет А. Стихотворения. Проза. Письма / Вступ. ст. А.Е. Тархова; Сост. и примеч. Г.Д. Аслановой, Н.Г. Охотина и А.Е. Тархова. М., 1988. С. 284).

Обыденность изображенной в стихотворении ситуации была истолкована пародистом Д.Д. Минаевым как «ничтожность» содержания; в его пародии (1863) обыкновенность заменена грубой натуралистичностью, мальчик – нерадивым слугою-подростком (казачком):

На дворе мычит корова,

Ждет на крыше кошку кот.

Небо темно и сурово,

Буря плачет и ревет.

«Что валяешься в прихожей!

Самовар нести пора…

Наказанье с этой рожей:

Дрыхнет с самого утра».

Казачок вскочил. Сурово

Буря рвется в ворота,

Но молчит в хлеве корова,

И на крыше нет кота.

Образная структура

Стихотворение построено на антитезе «внешний мир – дом». Холоду и свисту противопоставлено мерное, ровное мурлыканье («пение») кота, дисгармоничному движению – покой дремоты и сна. Кот как образ, воплощающий уют и покой, встречается также в стихотворении Фета «Не ворчи, мой кот-мурлыка…», написанном почти в одно время (1843 г.) с «Кот поет, глаза прищуря…»:

Не ворчи, мой кот-мурлыка,

В неподвижном полусне:

Без тебя темно и дико

В нашей стороне;

Без тебя всё та же печка,

Те же окна, как вчера,

Те же двери, та же свечка,

И опять хандра.

Дом в поэзии Фета «окружает личность он является у Фета средоточием пейзажа, центром того пространства, которое сродни лирическому субъекту» (Лотман Л.М. А Фет. «Не спрашивай, над чем задумываюсь я…» // Поэтический строй русской лирики. Л., 1973. С. 193).

Источник: https://mirznanii.com/a/356769/iz-razborov-liriki-aa-feta-kot-poet-glaza-prishchurya

Анализ стихотворения Кот поет, глаза прищуря Фета

Из разборов лирики А.А. Фета: «Кот поет, глаза прищуря»

Стихотворение А.А. Фета «Кот поёт, глаза прищуря…» написано в 1843 году и названо по первой строке. От прочтения стиха веет теплом, уютом, спокойствием.

Картина разворачивается в детской, где мальчик дремлет на ковре. Рядом лежит «поющий» кот. Кот – животное, которое любит дом и чувствует обстановку в нем.

Если дома всё благополучно, то и кот мягко, спокойно мурлычет, наблюдая за хозяевами. Автор олицетворяет кота, делая его таким же членом семьи.

В противовес теплой спокойной обстановке в комнате, за окном «играет буря», «ветер свищет», чувствуются нотки тревоги и ожидания.

Во второй строфе кто-то добрый, близкий для мальчика, скорее всего бабушка, мягким тоном, но повелительно, призывает его собрать игрушки и ложиться спать. Видно, из-за непогоды, мальчик играл весь день дома, к вечеру притомился, что стал дремать.

Заботливо зовет его голос, просит подойти к человеку, которого мы не видим, он не может ходить, не может сам подойти к мальчику, либо ложится спать раньше мальчика, давая полную самостоятельность ему лечь спать самому.

Об этом мы можем лишь догадываться по строке «Да и спать себе ступай».

В последнем четверостишии сделана вынужденная пауза разрывом одного предложения на две строки. Прозвучал голос, мальчик встает, эти звуки и движения на мгновение нарушают тишину и спокойствие в комнате.

Кот улавливает движение, «поводил взглядом», но свою песнь не прекратил, значит, всё так же спокойно. Мурлыканье кота создает душевную атмосферу в доме, доброта и любовь согревают в любую непогоду, а дом становится надежным убежищем.

Свистящая буря у ворот не проникает в дом. Снег, который валит, тоже не попадает за окна в дом.

Несмотря на тепло домашней картины, проскальзывает нотка грусти. Быть может от того, что мальчик должен подчиниться воле взрослых, в отличие от стихии природы, которая никому не подчиняется.

«Буря играет», природа играет во вселенной снегом, мальчик играет дома с игрушками. Как легко убрать игрушки с пола, и как тяжело убрать «игрушки» природы: она не подвластна человеку. Взрослые находятся в ожидании прекращения стихии.

Ничто не нарушает порядок и послушание, заведенные у людей, у природы все наоборот.

Стихотворение написано четырехстопным хореем. Использована перекрестная рифма, мужская и женская формы.

Последняя строфа по смыслу повторяет первую, чтобы усилить величие разгулявшейся бури и теплоту домашнего очага. Художественный образ рисуется антитезой, которая содержится в каждой строфе.

На звучание стиха указывают такие слова, как «поет», «свищет». Воссоздается ощутимая обстановка, куда попадает читатель.

В своем стихотворении Фет описал самую обыкновенную бытовую картину.  Сюжет стиха он мог увидеть в любом обычном движении, и выразить это в красоте своих строк.

Вариант 2

У Фета есть ряд стихотворений, которые представляют собой картину, когда лирический герой наблюдает зимний пейзаж из теплого помещения.

Если более поздние такие творения, вероятнее всего, связаны с приобретением поэтом своего имения и работой там, то «Кот поет, глаза прищуря…» относится к ранним стихам.

Оно написано в 1942 году и является, пожалуй, самым ранним стихотворением на тему зимнего пейзажа, где субъект речи располагается в пространстве теплого дома.

Стихотворение относится к поэтическому циклу «Снега», который вполне соответствует своему названию и рассматривает по большей части красоту и особенности зимней природы.

Особенный акцент делается на базовых свойствах зимы – безжизненность, полный покой и подобное.

При этом «Кот поет, глаза прищуря…» выделяется из общего ряда, так как здесь присутствуют элементы уюта и домашнего тепла, ощущения, которое называют в северных странах хюгге.

В пространстве дома, из которого и ведется повествование, разворачивается вполне типичная картина. Ребенка отправляют вечером спать. Помимо этой антитезы взрослый/ребенок основным контрастом в стихотворении также является буря/комфорт.

Как сказано ранее в анализе этого произведения, здесь поэт рассматривает зимнюю бурю из дома. Поэтому поэт делает довольно интересные сравнения и в каком-то смысле даже поэтически обдумывает разницу между бытием и небытием.

Например, в доме, где есть жизненность и уют, «поет» кот, но также и за окном поет и буря, которая представляет собой гибельные мотивы, для того чтобы дополнительно подчеркнуть разгул стихии звуковым рядом, поэт использует максимальное количество согласных «р» и «с».

Помимо этого, если рассматривать смысловое различие между бурей и домашним комфортом, то мы видим разницу между хаосом и порядком, соответственно. Стихия за окном и ненастье являются элементами созданного художественного пространства, которые олицетворяют собой хаотические силы как таковые. В свою очередь в доме повсюду порядок, который выражается просто через порядок в комнатах.

Фет умело использует идентичные слова в разных смыслах. Стихия «играет» за окном и читатель понимает суть этой игры, которая является бурей.

При этом в доме есть «игрушки», которые подчеркивают безопасность и защищенность, являются элементом комфортного существования, по сути, в доме любая игра подчинена порядку, человек управляет этими игрушками, то есть в каком-то смысле взял стихии под собственный контроль.

Анализ стихотворения Кот поет, глаза прищуря по плану

Источник: http://sochinite.ru/analiz-stihotvoreniya/fet/kot-poet-glaza-prishchurya

Refy-free
Добавить комментарий