Государственное устройство хуннов

ГУННЫ

Ранняя история гуннов в письменных источниках

Шаньюй Модэ – основатель гуннского государства

Государственное устройство гуннов

Объединение гуннских племен

Дополнительная информация

Глоссарий

Используемая литература

Ранняя история гуннов в письменных источниках

В Iтысячелетии до н. э. огромные пространства Центральной Азии от юга Монголии до Каспия населяли различные племена. Одно из них – гунны. В истории хорошо известно имя гуннов – историческое название этого исчезнувшего народа – хунну. По китайским источникам, сло­во «хунну», или «сюнну», т.е. «гунн» происходит от названия реки Орхон, находящейся в современной Монголии.

Основателем изучения истории хунну можно считать гениального автора «Исторических записок» Сыма Цяня, жившего во II в. до н. э. Текст «Ши-цзи» («Исторические записки») – наиболее старый источник о гуннах. Как известно, Сыма Цянь давал описание событий в «Исторических записках» до 99 г. до н.э. и сам был, таким образом, современником первых этапов истории гуннского племенного союза.

В китайских источниках об истории гуннов го­ворится, что гунны подчинили соседние племена, жившие по берегам Енисея и в горах Алтая.

Что же касается западных гуннов, названных так в отличие от своих восточных предков, то первое место принадлежит труду римского историка Аммиана Марцеллина, давшего красочное описание народа хунну. Марцеллин так описывает их:

« …все они отличаются плотными и крепкими руками и ногами, толстыми затылками и вообще столь чудовищным и страшным видом, что их можно принять за двуногих зверей или уподобить сваям, которые грубо вытёсываются при постройке мостов..»

«Гунны никогда не прикрываются никакими строениями, питая к ним отвращение как к гробницам… Кочуя по горам и лесам, они с колыбели приучаются переносить холод, голод и жажду; и на чужбине они не входят в жилища за исключением крайней необходимости; у них даже не считается безопасным спать под кровлей.

…но зато, как бы приросшие к своим выносливым, но безобразным на вид лошадёнкам и иногда сидя на них по-женски, они исполняют все свои обычные дела; на них каждый из этого племени ночует и днюет… ест и пьёт и, пригнувшись к узкой шее своей скотины, погружается в глубокий чуткий сон…».

Ис­торические источники по-разному описывают жизнь и нравы гуннов. А. Марцеллин подчер­кивал их воинственность: «Не знают они над собой строгой царской власти, но довольствуются случай­ными предводительствами кого-нибудь из своих ста­рейшин, сокрушая все, что им попадется на пути».

Римский историк Приск писал о гуннах: «Пос­ле войны живут спокойно и беззаботно, каждый пользуется тем, что у него есть». Приск характе­ризует гуннов как мирный народ: «В особенности же обращают внимание своим искренним ласко­вым обхождением и любовью к ближнему».

Шаньюй Модэ – основатель гуннского государства

 В III в. до н. э. во главе хуннских племен стал шаньюй (правитель) по имени Модэ.

При Модэ и начинается период гуннских завоевательных походов. После победы над соседними племенами Модэ вторгается в Китай, затем покоряет динлинов (племена Южной Сибири по северной границе гуннов) и занимает нынешнюю Джунгарию. 

В 197 и 176 гг. до н. э. Модэ организует два похода в Китай, в результате которых гунны получают дань от Ханьской династии и заключают договор с Китаем на основе «мира и родства», скреплённый, как обычно, браком Модэ с китайской царевной. Китайцы обязаны были поставлять гуннам шелка, продукты земледельческого производства и т.д. 

Под властью хунну оказалась огромная территория от Забайкалья на севере до Тибета на юге, от восточного Туркестана на западе до среднего течения реки Хуанхэ.

С именем Модэ связывается «реформа»: создание 24-классной системы управления и установление четырёх верховных должностей (восточного и западного чжуки-князя, восточного и западного лули-князя), а также выделение земель, в пределах которых гунны, вернее, три их рода, «перекочёвывают с места на место, смотря по приволью в траве и воде». Можно предполагать, что с именем Модэ связывается процесс сложения в кочевом гуннском обществе свобразного типа «сельских» кочевых общин, над которыми стоят их начальники «старосты», власть которых при Модэ передается по наследству.

Государственное устройство гуннов

 В гунн­ское объединение входили различные племена. Го­сударство гуннов строилось по военному принци­пу: оно было разделено на левое, центральное и правое крылья.

 Вторыми лицами государства пос­ле шаньюя были «туменбасы» –темники. Ими яв­лялись обычно сыновья правителя или его близ­кие родственники. Они возглавляли 24 рода, а все 24 темника подчинялись лично шаньюю.

У каждого темника имелось по 10 000 вооруженных всадников. Темник назначал тысячников, сотников и десятников. Каждому из них определял территорию с кочу­ющим населением. Все мужчины были приписаны к какому-нибудь отряду. Каждый должен был зани­маться воинскими упражнениями, иметь при себе оружие – лук со стрелами, саблю и копье.

Правящий слой империи состоял из родоплеменной знати. Три раза в год все вожди, военачаль­ники собирались у шаньюя для «принесения жертв предкам, Небу, Земле, духам людей и небесным ду­хам». Все собравшиеся были родственниками ша­ньюя. Они обсуждали государственные дела.

В гуннском обществе были сильны черты патриархально-родовых отношений. При существующем еще родовом строе в гуннском обществе начали формироваться новые отношения.

Появились частно-семейная и личная собственность на скот и на землю. У гуннов имелись рабы из числа военнопленных и населения подвластных областей.

Рабы использовались в качестве домашней прислуги, пастухов, ремесленников, землепашцев.

Для содержания аппарата управления взимались налоги. Имелась у гуннов и письменность.

Объединение гуннских племен

По сведени­ям китайских хроник, в IV-II вв. до н. э. гуннские племена, жившие на землях севернее Китая от Бай­кала до Ордоса, создали свое объединение. Гунны не только захватывали земли соседних племен и народов, но даже вторгались в пределы Китайско­го государства. Войны гуннов с китайцами растя­нулись на более чем 300 лет.

В III в. до н. э. правители Китайского государ­ства Цинь для защиты от гуннов начали строить Великую китайскую стену. Оборонительная стена растянулась на 4 тысячи км. Высота ее была от 6,6 до 10 м. Через каждые 60-100 метров возвы­шались сторожевые башни.

Наибольшего усиления гунны достигли во время объединения в государство во II- вв. до н. э., при правлении шаньюя Моде. Проведенные им во­дные реформы превратили государство гуннов в сильнейшее государство Евразии. На юге они покорили племена дунху.

В середине I в. до н. э., или точнее в 55 году до н. э., гуннское государство разделилось на южных и северных гуннов. Южные гунны потеряли свою независимость и попали под власть китайской династии Хань. Северные гунны в конце I в. до н. э.

, чтобы сохра­нить независимость, во главе с шаньюем Чжи-чжи двинулись на запад. Гунны дошли до земель кангюев в Южном Казахстане, заключили с ними мир­ное соглашение и таким образом получили возмож­ность кочевать к востоку от реки Талас.

Начало второй волны массового передвижения гуннских племен на юго-запад Казахстана и в Приаралье относится к I в. н. э. Появление их в этих местах заставило местные племена аланов и асовперекочевать дальше на запад, к берегам Каспия.

Однако гунны и здесь надолго не остались. Они про­двигались дальше на Запад и, переправившись че­рез реку Дунай, вторглись в Европу, тем самым начав Великое переселение народов.

Таким образом, основными источниками по истории гуннов являются древние китайские тексты. К III в. до н. э.

под властью гуннов оказалась огромная территория от Забайкалья на севере до Тибета на юге, от восточного Туркестана на западе до среднего течения реки Хуанхэ.

Государственное устройство гуннов имело сложную социальную структуру и было основано на имущественном и социальном неравенстве членов гуннского общества.

Дополнительная информация

 Из китайских источников. Совет китайского сановника:

«Если Вы, наш Господин, сможе­те предложить Маодуню в жены стар­шую дочь от своей главной жены и послать ему щедрые подарки, он пой­мет, что дочь ханьского императора может принести варварам богатства. И, соблазнившись этим, непременно сделает ее своей женой, а когда у нее родится сын, непременно объявит его наследником, который станет вместо него шаньюем.

Почему произойдет так? Из жадности к дорогим подаркам. Вы же, наш Повелитель, отправляйте подарки в соответствии с сезонами года, т.е. то, что имеется в избытке у Хань, но недостает сюнну, справляйтесь о здоровье шаньюя и, пользуясь по­добными случаями, посылайте лиц, обладающих красноречием, чтобы они незаметно наставляли Маодуня в пра­вилах поведения.

Пока Маодунь жив, он, разумеет­ся, будет Вашим зятем, когда же ум­рет, шаньюем станет сын вашей доче­ри. А разве когда-нибудь было такое, чтобы внук относился к деду как к рав­ному? Так можно без войны постепен­но превратить сюнну в своих слуг».

Глоссарий

Сыма Цянь – потомственный историограф династии Хань, писатель, астроном. Родился в 145 или ок. 135 г. до н. э., умер около 90 г. до н. э. Известен как создатель «Ши-цзи» –грандиозного труда, описывающего историю Китая от мифических родоначальников и до современных Сыма Цяню времен.

Аммиа́н Марцелли́н – древнеримский историк. Участвовал в войнах Рима с персами в середине IV века, также служил в западной части Империи. По происхождению сирийский грек, однако своё единственное произведение, «Деяния», написал на латыни.

Сохранившаяся часть исторического труда (книги XIV-XXXI) охватывает период 353-378 годов, вообще же повествование начиналось с правления императора Нервы (96 год н. э.).

Аммиана Марцеллина иногда характеризуют как последнего крупного римского античного историка.

Шаньюй–правитель гуннов

Реформа – изменения в политической, культурной, военной сфере.

Туменбасы–темники

Великая китайская стена –оборонительная стена Китая от набегов гуннов растянулась на 4 тысячи км. Высота ее была от 6,6 до 10 м. Через каждые 60-100 метров возвы­шались сторожевые башни.

Налоги –сбор денежных средств или продуктов в пользу государства или верховного правителя.

Гумилёв Лев Николаевич (1912-1992 гг.) – русский учёный, историк-этнолог (доктор исторических и географических наук), поэт.

Используемая литература и источники

1.      Агапов П., Кадырбаев М. Сокровища древнего Казахстана. – Алма-Ата: Жалын, 1979.

2.      Байпаков К.М. История древнего Казахстана: Учебник для 6 класса общеобразовательной школы. – Алматы: Рауан, 1994.

3.      Барфилд Т. Мир кочевников-скотоводов //Кочевая альтернатива социальной эволюции. – М., 2002. – С. 77-78

4.      Бернштам А.Н. Очерк истории гуннов. – Л.: ЛГУ,1951.

5.      Гумилев Л.Н. Древняя Русь и Великая степь.

6.      Гумилев Л.Н. История народа хунну.

7.      Древний Казахстан. Детская энциклопедия Казахстана. – Алматы: Аруна, 2002.

8.      Кляшторный С. Г., Султанов Т. И. Казахстан. Летопись трех тысячелетий. – Алма-Ата: Рауан, 1992.

9.      Поляков С. П. Историческая этнография Средней Азии и Казахстана. – М., 1980.

10.  Садыков Т.С., Толеубаев А.Т., Халидуллин Г., Сарсекеев Б.С. История древнего Казахстана: Учебник для 6 класса общеобразовательной школы. – Алматы: Атамура, 2006.

11.  Сказания Приска Панийского / Пер. С. Дестуниса. – СПб., 1860. 112 стр. (оттиск из: Ученые записки Второго отделения Императорской Академии Наук. Кн. 7, вып. 1. – СПб., 1861. – С. 408-457)

12.  Справочник школьника: 5-11классы.1 том. – Астана:Арман-ПВ,2009

13.  Сыма Цянь. Избранное. Пер. В. А. Панасюка, предисл. и комм. В. И. Думана. –М.: Гослитиздат, 1956.

14.  Сыма Цянь. Исторические записки. В 9 т. – М.: Наука ( редакция восточной литературы). Восточная литература, 1972—2010. (Серия «Памятники письменности Востока». Вып. XXXII, 1-9).

15.  Томпсон. Э. А. Грозные воины степей / Пер. с англ. Л. А. Игоревского. — М.: ЗАО Центрполиграф, 2008.

16.  http://admw.ru/books/gunny—groznye-voiny-stepey.

17.  http://www..com. фильм: «Сокровище сарматов». «Скифы и сарматы.flv.».

18.  http://ru.wikipedia.

19.  http://kazakhstan.awd.kz

20.  http://www.kazakhistory.ru

21.  http://www.unesco.kz

Источник: https://e-history.kz/media/scorm/70/text/text.htm

Степные империи: рождение, триумф, гибель

Государственное устройство хуннов

I. Жуны, юэчжи и гунны: рождение степной империи.

[ 5 ] Хозяйство, общественное и государственное устройство гуннов.

Даров, которые получали шаньюи от ханьского двора, было совершенно недостаточно для удовлетворения потребностей значительного кочевого населения в продуктах осёдлого хозяйства. Так, по подсчётам Т.

 Барфилда, фиксированных в китайских источниках поставок зерновых продуктов («даров») могло хватить, и то только в качестве добавки к основному рациону, для 700-800 человек в течение года, т.е. практически только для ближайшего окружения шаньюя (Barfield, 1992, р. 47; Крадин, Данилов, Коновалов, 2004, с.

13-14). Поэтому для гуннов более существенным было установление пограничной торговли, которую, однако, не разрешало императорское правительство, видевшее в торговле только инструмент давления на варваров.

Позднее суть этой политики чётко сформулировал один из китайских историографов: «Нет дани (от варваров) — нет и торговли с ними, есть дань — есть и вознаграждение (т.е. торговля)» (цит. по: Мартынов, 1970, с. 234).

Добиваясь открытия рынков на границе, шаньюй начал в 158 г. до н.э. новую серию набегов и опустошил несколько северных округов. «После этого (в 152 г. до н.э.

) император Сяо-цзин снова заключил с гуннами мир, основанный на родстве, открыл рынки на пограничных пропускных пунктах, послал гуннам подарки и отправил принцессу, согласно прежнему договору».

«Отличаясь алчностью, — добавляет Сыма Цянь, — гунны ценили рынки на пограничных пропускных пунктах и любили китайские изделия» (Таскин, 1968, вып. 1, с. 49-50).

Экономика гуннского общества, по описанию Сыма Цяня, весьма примитивна: «В мирное время они следуют за скотом и одновременно охотятся на птиц и зверей, поддерживая таким образом своё существование, а в тревожные годы каждый обучается военному делу для совершения нападений.

Таковы их врождённые свойства… Начиная от правителей, все питаются мясом домашнего скота, одеваются в его шкуры и носят шубы из войлока» (там же, с. 34-35).

Столь же простой кажется и проистекающая из характера экономики программа отношений с Китаем, сформулированная одним из шаньюев: «Я хочу открыть вместе с Хань большие заставы для торговли, взять в жёны дочь из дома Хань, хочу, чтобы мне ежегодно посылали 10 тыс. даней рисового вина, 5 тыс.

ху (мер) проса, 10 тыс. кусков различных шёлковых тканей, а также всё остальное, и в этом случае на границе не будет взаимных грабежей» (там же).

Однако с представлениями о чисто кочевом характере гуннского общества никак не вяжутся неоднократные упоминания о городках в глубине гуннских земель, о хранимых там запасах зерна; сообщая о суровых для гуннов зиме и лете 89-88 гг.

до н.э., летописец замечает: «В это время начался снегопад, длившийся несколько месяцев подряд, скот падал, среди населения начались болезни, хлеба не вызрели, напуганный шаньюй построил молельню» (Таскин, 1973, вып. 2, с. 28).

В Забайкалье археологи исследовали один из гуннских городков у впадения р. Иволги в Селенгу и примыкающий к нему некрополь (Давыдова, 1995; 1996).

(27/28)

Иволгинское городище, окружённое четырьмя рвами и четырьмя валами, имеет площадь в 75 гектаров, застроенных полуземлянками (открыто около 80 жилищ); там обнаружены следы железоделательного и бронзолитейного производства, а главное — сошники из чугуна и литейные формы для них, железные серпы и каменные зернотёрки.

Судя по размерам сошников, плуги у гуннов были небольшие, деревянные, и земля вскапывалась неглубоко. Хотя таких городков у гуннов было несколько десятков (Psarras, 2003, р.

76-101), развитию земледелия, однако, препятствовали суровые природные условия страны, и собственное производство зерна (главным образом, проса и ячменя) никогда не удовлетворяло потребностей довольно многочисленного населения (по расчётам исследователей, около 1,5 миллиона человек).

Рис. 3. Сяньбийские воины V в

Основным видом хозяйственной деятельности гуннов всегда было кочевое скотоводство, что подтверждают как сообщения письменных источников, так и результаты археологических раскопок. Первостепенную роль у гуннов играли лошади.

При экстенсивном скотоводческом хозяйстве, когда корма для скота на зиму не заготовлялись, лошади имели и то преимущество, что они могли круглый год находиться на подножном корму, тебеневать, добывая траву из-под неглубокого снега.

Судя по костям, найденным в гуннских погребениях, лошади были типичными монгольскими — небольшого роста (135-140 см в холке), грубого, но мускулистого сложения, с короткой и широкой мордой.

(28/29)

Кроме огромных табунов лошадей основным богатством гуннов были стада быков, яков и верблюдов, громадные отары овец и коз. По современным подсчётам, хотя и весьма приблизительным, гунны в пору расцвета имели 19 голов скота на душу населения, в пору упадка — 5-9 голов.

Для сравнения заметим, что в предреволюционной Монголии (1918 г.) на душу населения приходилось около 17 голов всех видов домашнего скота. Скот находился в семейной собственности; каждая семья имела право на определённую часть родовой территории для выпаса скота и пользовалась защитой всего рода.

Для сохранения численности и нераздельности имущества семьи гунны, как отмечает Сыма Цянь, «после смерти отца берут в жёны мачех, после смерти старшего или младшего брата женятся на их жёнах» (у гуннов, как и у многих кочевников, существовало многожёнство).

Предусматривалась и семейная ответственность за кражу чужого имущества, прежде всего скота, — семья виновного могла быть обращена в рабство.

Социальное устройство гуннского общества и его государственная организация не могут быть реконструированы с достаточной полнотой, но социально развитой характер гуннской империи несомненен.

Верхушку гуннского общества составляли четыре аристократических рода, связанных между собой брачными отношениями: мужчины любого из этих родов брали себе жён только из трёх знатных родов. Глава государства, шаньюй, мог быть только из рода Люаньди, самого знатного из четырёх. Позднейшие источники упоминают и другие знатные роды.

Очевидно, что иерархия родов и племён играла в гуннском обществе немалую роль, причем на низшей ступени находились покорённые племена, адаптированные в гуннскую родоплеменную систему. Ниже них были покорённые племена, не включённые в состав гуннских; они подвергались особенно безжалостной эксплуатации.

Так, подвластные гуннам дунху выплачивали постоянную дань тканями, овчиной и кожей. Если дань задерживалась, то гунны казнили родовых старейшин, отнимали и обращали в рабство женщин и детей данников, требуя особый выкуп за их освобождение.

Рабство у гуннов часто упоминается во многих источниках. Рабами были пленные, но в рабство за различные преступления попадали и сами гунны.

Рабы-иноплеменники использовались прежде всего в осёдлом хозяйстве, они жили вместе с гуннами в укреплённых городках, копали оросительные каналы, пахали землю, участвовали в строительных и горных работах, в различных ремесленных промыслах.

Положение рабов-гуннов неясно; возможно, они составляли низшую часть большой патриархальной семьи.

Устройство гуннского государства было столь же строго иерархично, как и их общественная структура. Держава гуннов, выросшая из племенных союзов жунских племён V-IV вв. до н.э., сложилась в борьбе не на жизнь, а на смерть с соседними племенными союзами и китайскими царствами.

Основатели страны и их преемники видели свою главную цель в господстве над «всеми народами, натягивающими лук» (т.е. над кочевниками) и превосходстве над «людьми, живущими в земляных домах» (т.е.

над осёдлыми землепашцами); такое государство могло существовать только как централизованная империя, организованная на военно-административных принципах. Не

(29/30)

следует, по мнению Т. Барфилда, преуменьшать и сохранявшегося значения племенной аристократии, а саму гуннскую державу лучше обозначить термином «имперская конфедерация».

Барфилд полагает, что для внутреннего развития кочевого общества государственные структуры не нужны, и они возникают у кочевников только в результате воздействия внешних обстоятельств, исключительно для военного принуждения соседних осёдлых государств к уплате дани (контрибуций) или открытию пограничных рынков (Barfield, 1981, р. 45-60). Напротив, по мнению Е.И.

 Кычанова, государство гуннов, как и иные государства кочевников, возникло в результате внутренних процессов в самом кочевом обществе, процессов имущественного и классового расслоения, приведших к рождению государства со всеми его атрибутами (Кычанов, 1997, с. 36-37).

 2 [сноска: 2 Наиболее полно проблемы номадизма как особого вида производящей экономики, а также проблемы социологии кочевого общества рассмотрены А.М. Хазановым (Хазанов, 2000). Лучший обзор дискуссий о кочевом обществе в советской науке и их оценка: Gellner E. Foreword // Khazanov A.М. Namads and the Outside Word, Madison, 1994. См. также: Gellner, 1973.]

Во главе государства стоял шаньюй, чья власть была строго наследственной и освящённой божественным авторитетом. Его называли «сыном Неба» и официально титуловали «Небом и Землей рождённый, Солнцем и Луной прославленный, великий гуннский шаньюй».

Власть государя определялась его правами и функциями: а) правом распоряжаться всей территорией государства, всеми землями, принадлежавшими гуннам, и функцией охраны этой территории; б) правом объявления войны и заключения мира и функцией личного руководства войсками; в) правом концентрировать в своих руках все внешние сношения государства и функцией определения внешнеполитического курса; г) правом на жизнь и смерть каждого подданного и функцией верховного судьи. Вероятно, шаньюй был и средоточием сакральной власти; во всяком случае, все упомянутые источниками действия по защите и соблюдению культа исходили от шаньюя, который «утром выходил из ставки и совершал поклонения восходящему солнцу, а вечером совершал поклонение луне». Верховного владетеля окружала многочисленная группа помощников, советников и военачальников, однако решающее слово всегда оставалось за шаньюем, даже если он действовал вопреки единодушному мнению своего окружения.

Высшие после шаньюя лица в государстве — левый и правый (т.е. западный и восточный) «мудрые князья» были его сыновьями или ближайшими родственниками. Они управляли западными и восточными территориями империи и одновременно командовали левым и правым крыльями армии.

Ниже их стояли другие сородичи шаньюя, управлявшие определённой территорией, — все они носили различные титулы и назывались «начальники над десятью тысячами всадников») (т.е. темниками). Их число было строго фиксировано — 24 высших военачальника, распределённых между левым и правым крыльями войска, западной и восточной частями империи.

Назначение на тот или иной пост зависело от степени родства с шаньюем. Темников назначал сам государь. Он же выделял подвластную каждому темнику территорию вместе с населени-

(30/31)

ем, проживающим на этой территории. Какое-либо перемещение племён без приказа шаньюя строго возбранялось.

Наибольшее значение имел не размер удела, а именно численность его населения, которым и определялась власть и военная сила темника; число в 10 тысяч воинов, находившихся под командой последнего, было условным — Сыма Цянь замечает, что каждый из 24 начальников имел от десяти тысяч до нескольких тысяч войска.

В пределах своих владений темник, подобно шаньюю, назначал тысячников, сотников и десятников, наделяя их землёй с кочующим на ней населением. Сместить и наказать темника мог только шаньюй.

Темники же участвовали в возведении шаньюя на престол, но этот процесс был формальным: они не имели права выбора — власть переходила по строгой наследственной системе, которая утратила своё значение лишь в период полного ослабления гуннского государства.

Однако, племенная структура гуннов не была разрушена и нижний слой управления составляли вожди племён и родовые старейшины. Сохраняя тесную связь с соплеменниками, они оказывали наибольшее влияние на повседневную жизнь гуннского общества (Barfield, 1981, р. 45-61).

Основной повинностью всего мужского населения государства была военная служба. Каждый гунн считался воином, и малейшее уклонение от исполнения военных обязанностей каралось смертью.

Все мужчины с детства и до смерти были приписаны к строго определённому воинскому подразделению, и каждый сражался под командованием своего темника.

При Лаошань-шаньюе началось систематическое взимание податей, о размере и характере которых сведений не сохранилось.

Трижды в год все начальники, как правило выходцы из четырёх аристократических родов, съезжались в ставку шаньюя для «принесения жертв предкам, небу, земле, духам людей и небесным духам», для обсуждения государственных дел и один раз, осенью, — «для подсчёта и проверки количества людей и домашнего скота». Эти совещания были не столько каким-либо правительственным органом, сколько семейным советом родственников — все их участники были родичами шаньюя.

Таким образом, правящий слой гуннской империи сложился из родоплеменной знати; отношения родства и свойства сохраняли решающее значение для определения социального положения и политической роли каждого, кто принадлежал к высшим слоям гуннского общества. В то же время вся эта знать, сохраняя внутриродовые и внутриплеменные связи, выступала и как патриархальная верхушка племён, как их «естественные» вожди, кровно связанные с рядовыми соплеменниками.

Основу общественного влияния и политической силы знати составляла собственность на пастбищные земли, проявлявшаяся в форме права распоряжаться перекочёвками и тем самым распределять кормовые угодья между родами.

Степень реализации права собственности целиком зависела от места того или иного знатного лица в военно-административной системе, что, в свою очередь, предопределялось его местом в родоплеменной иерархии.

Вся эта структура обладала достаточной устойчивостью, чтобы дать гуннской империи более трёх веков существования и ещё несколько веков жизни мелким гуннским государствам.

Источник: http://kronk.spb.ru/library/klashtorny-savinov-2005-1-1-5.htm

Устройство державы Хунну

Государственное устройство хуннов

На высших ступенях первобытно-общинного строя родовые и племенные союзы неоднократно создавали весьма высокие формы общественной организации. Они отличались от классовых обществ, по существу являясь плодом деятельности всего общества, а не его отдельной части. «Мы видим господство обычаев, авторитет, уважение, власть, которой пользовались старейшины рода…

но нигде не видим особого разряда людей, которые выделяются, чтобы управлять другими и чтобы в интересах, в целях управления систематически, постоянно владеть известным аппаратом принуждения, аппаратом насилия, каковым являются в настоящее время… вооруженные отряды войск, тюрьмы и прочие средства подчинения чужой воли насилию»207.

Хунны управлялись своими родовыми старейшинами, опиравшимися не на войско, а на народное ополчение. Шаньюй был просто главным среди прочих и не имел никакой реальной власти, кроме личного авторитета. Когда же его деятельность не вызывала уважения соплеменников, а следовательно, и их поддержки, ведение шаньюем крупных войн, естественно, было почти немыслимо.

Роль личности в ходе исторических событий не всегда одинакова, но при отсутствии аппарата власти способности вождя подчас решают исход исторических событий, определяемых сочетаниями случайностей208. Именно этим объясняется, что хунны, а не юэчжи и не дунху оказались ведущим племенем в степной Азии, хотя общий ход событий не был бы нарушен в случае поражения хуннов.
К.

Маркс отмечает: «…общинная собственность… может… проявляться либо таким образом, что мелкие общины прозябают независимо одна возле другой… либо таким образом, что единство может распространяться на общность в самом процессе труда, могущую выработаться в целую систему, как в Мексике, особенно в Перу, у древних кельтов, у некоторых племен Индии»209.

Но это относится не только к земледельческим, оседлым народам. Кочевое пастушеское хозяйство хуннов в I тысячелетии до н.э. было значительно более высоко организовано, чем хозяйство их оседлых соседей. «…У туранцев главной отраслью труда сделалось сначала приручение и лишь потом уже разведение скота и уход за ним.

Пастушеские племена выделялись из остальной массы варваров: это было первое крупное общественное разделение труда. Пастушеские племена производили не только больше, чем остальные варвары, но и производимые ими средства к жизни были другие… Это впервые сделало возможным регулярный обмен»210. Развитие экономики повлекло за собой усложнение форм общественного бытия.

Аилы, разобщенные в условиях полукочевого отгонного скотоводства, при переходе к круглогодовым перекочевкам стали образовывать спаянные группы. «У кочевых пастушеских племен община всегда на деле собрана вместе; это общество спутников… караван, орда, и формы субординации развиваются из условий этого образа жизни»211.

Возникла потребность в организации этих мелких общин для обороны от врагов и для поддержания порядка внутри племени. Осуществить такую организацию могли только отдельные члены общин, облеченные доверием. Этот зародыш государственной власти оказывается более древним, чем институт государства, основанный на насилии одного класса над другим.

Указанное отмечено еще Энгельсом, равно как и различие власти в доклассовом и классовом обществах: «В каждой такой общине существуют с самого начала известные общие интересы, охрану которых приходится возложить на отдельных членов, хотя бы и под общим контролем: разрешение споров и подавление правонарушений со стороны отдельных лиц, надзор за орошением…

некоторые религиозные функции. Подобные должности встречаются в первобытных общинах во все времена… Они облечены… известными полномочиями и представляют зародыш государственной власти… Нам важно только установить здесь, что в основе политического господства повсюду лежало отправление общественной…

функции и что политическое господство сохранялось надолго лишь в том случае, когда оно эту общественную… функцию выполняло»212. Высказывания основоположников марксизма о характере общества на стадии родового и племенного строя целиком применимы к хуннам III в. до н.э. В 209 г. до н.э.

хунны консолидировали свои 24 рода, а последующие события поставили конфедерацию 24 хуннских родов на более высокую ступень общественного развития: союз превратился в «державу». Политическая система, социальный строй и культура хуннов эпохи Модэ и его преемников значительно отличались от их предшествующего образа жизни.

Поэтому мы вправе предполагать, что развитие хуннского общества прошло большой путь, прежде чем приняло ту форму, в которой хуннов застает история. Вместе с тем надо помнить, что создание Модэ хуннской державы запоздало по сравнению с развитием хуннского народа и общества. Модэ лишь усовершенствовал и немного реформировал существовавший строй.

Обычно принято рассматривать кочевые державы как племенные союзы или как орды-скопища людей, подчиненных военной дисциплине. В отношении хуннов и то и другое неверно. Хунны были единым племенем, разделенным на роды; это отличало их от племенного союза. Они имел свою внутреннюю родовую организацию, что не позволяет считать их ордой. Политическая система хуннов сложна.

Для того чтобы разобраться в этом вопросе, исследуем с предельным вниманием источник и, разобрав все его детали, попробуем объяснить своеобразную систему хуннского общества.

Шаньюй.Во главе хуннской державы стоял шаньюй, что в переводе означает «величайший»213.

Само название показывает, что это не царь, противопоставленный подданным, а первый между равными прочими старейшинами, которых было двадцать четыре. Власть шаньюя была велика, но отнюдь не абсолютна. Ее ограничивала родовая аристократия – старейшины, из коих каждый имеет вооруженную дружину численностью от 2 тыс. до 10 тыс. всадников214.

Первоначально шаньюй был как будто выборным (возможно, поэтому китайцы затруднялись определить порядок наследования до Модэ), и впоследствии следы выборности сохранялись как в формуле возведения на престол («поставлен»), так и в некоторых, хотя редких, фактах избрания (например, в 102 г. «по малолетству сына его хунны шаньюем поставили младшего дядю его…

»215; подобные же случаи были в 85 и 60 гг., когда созывались собрания князей для выбора нового шаньюя216). Но институт избрания имел лишь условное значение. Престолонаследование стало обычаем очень поздно. Главной формой передачи власти было завещание, хотя чаще всего шаньюй передавал престол сыну. Думается, что здесь мы наблюдаем постепенную трансформацию обычая, заключавшегося в том, что выборы перестали быть свободными и постепенно превращались в просто санкционирование воли покойного шаньюя. Кроме военных и дипломатических функций на шаньюе лежали еще и культовые обязанности: храм для ежегодных жертвоприношений находился при ставке шаньюя, и сам он дважды в день совершал официальные поклонения солнцу и луне.

Знатные роды.Знатных родов у хуннов в эпоху Модэ было три: Хуянь, Лань и Сюйбу217. Хуянь – тюркское слово, означает «заяц»; сюйбу также тюркское слово – «край»; лань – слово китайское и значит «орхидея» – национальный цветок китайцев в древности218.

В сочетании этих родов можно различить след происхождения хуннов: от Шун Вэя идут Лань, а Хуянь и Сюйбу являются потомками древних ху. Китайцы называли главу рода Хуянь не князем (гун), а царем (ван)219, что ставит представителей этого рода выше родственников шаньюя. Род, к которому принадлежали шаньюи, назывался Си Люань-ди220.

Власть делили все указанные фамилии, так как жен шаньюи мог брать только из названных родов, и высшие чины в государстве были наследственны, т.е. принадлежали исключительно знати, например, государственный судья был всегда из рода Сюйбу221. Наряду с этими знатными родами было много простых, но управлявшихся собственными князьями.

Называть их старейшинами нельзя, так как они не были выборны, а получали власть по наследству. Иногда они пытались играть самостоятельную роль, но правящая олигархия всегда подавляла сепаратистские тенденции и фронду.

Равным образом она ограничивала власть шаньюев, так как каждый из членов знатного рода имел столько защитников, что его жизнь была практически в безопасности от произвола центральной власти, и он мог делать все, что не противоречило интересам его рода.

Система чинов.Аппарат управления у хуннов был чрезвычайно громоздок и сложен. Можно даже выделить несколько классов чиновников или, вернее, вельмож, разделявшихся на восточных и западных. Понятия «восточный» и «западный» значили также «старший» и «младший».

Первый класс – чжуки-князь (слово «чжуки» означает «мудрый»). Восточным чжуки-князем должен был быть наследник престола, но это правило часто нарушалось. Второй класс – лули-князь; третий – великий предводитель; четвертый – великий дуюй; пятый – великий данху. Эти высшие чины всегда были членами шаньюева рода.

Все они не имели родовых потомственных уделов, но получали их вместе с занимаемой должностью. При повышении менялся удел соответственно степени родства с шаньюем. Принцы крови занимали свои посты исключительно по признаку аристократизма. Признак этот далеко не всегда совпадал с талантом и пригодностью.

Поэтому наряду с аристократией крови существовала аристократия таланта, служилая знать (не родственники шаньюя). Название их было «гудухэу», они были «помощниками» высших вельмож и выполняли всю работу по управлению. Подобно высшим вельможам, они были связаны не с отдельными родами, а с центральной системой управления.

Все вельможи имели личные дружины: высшие – по 10 тыс. человек, а низшие – по нескольку тысяч. Кроме 24 вельмож была родовая знать: князья, связанные с родами, своеобразные начальники кланов. Таковы были Хучжюй и Хуньше – князья, кочевавшие в предгорьях Алашаня; Сижу, Гуси – на восточной границе и другие.

В эпоху Модэ значение их было ничтожно, но позднее, при упадке центральной власти, оно выросло, и при дальнейшем изложении мы столкнемся с ним.

Итак, мы установили три категории хуннской аристократии: принцы крови, служилая аристократия и родовая знать. С такой мощной силой шаньюи были вынуждены считаться, так как обходиться без нее они не могли. Вельможи и старейшины опирались не только на традиции, но и на свои дружины, и часто шаньюи ничего не могли поделать с неугодными им князьями. Это, конечно, отчасти связывало руки правительству, так как ограничивало власть шаньюев и мешало им превратиться в деспотов. Из приведенных материалов видно, что хуннская держава по существу была олигархией, возникшей в условиях патриархального строя.

Законы.Аристократическое общество хуннов имело свою собственную систему обычного права, причем китайцы отмечают, что «законы их легки и удобоисполнимы»222.

Важные преступления, в том числе обнажение оружия, каралось смертью; кража наказывалась конфискацией не только имущества, но даже семейства вора; за мелкие преступления делали порезы на лице. Суд протекал не более 10 дней, и число одновременно содержащихся под стражей не превышало нескольких десятков человек.

Наряду с обычным правом со времен Модэ возникло государственное право, каравшее смертью нарушение воинской дисциплины и уклонение от воинской повинности. Эти чрезвычайные законы весьма способствовали консолидации хуннов и превращению их в сильнейшее государства Азии.

В гражданском праве мы наблюдаем общую многим кочевникам систему владения угодьями – «каждый имел отдельную полосу земли и перекочевывал с места на место, смотря по приволью в траве и воде»223. Но на основании имеющегося текста мы не вправе сделать окончательный вывод о том, кто владел полосой земли – род, возглавляемый князем, или отдельная семья.

За второе предположение говорит аналогичная формулировка, примененная к тюркам VI-VII вв.224, и поясняющаяся текстом: «В сей стране (куда тюрок переселили. – Л.Г.)...паствы обширны, почва наилучшая; почему тукюесцы со спором делились»225.

Однако не исключена возможность, что в хуннское время каждый из 24 родов владел своей полосой земли; это предположение находит некоторое подтверждение. Так, до середины I в. н.э. во всех внутренних войнах роды выступают как целое, что может служить косвенным доводом, подтверждающим родовое владение пастбищными угодьями.

Обладание горными лесами было, по-видимому, совместным, так как об удержании лесистых хребтов на границе с Китаем заботились сами шаньюи, а пользовались ими «низшие князья», т.е. их родовичи226.

Владение же пустыми и неудобными землями принадлежало всему хуннскому народу: «земля есть основание государства»227, – сказал Модэ, и это выдерживалось на протяжении всей дальнейшей истории Хунну. Рабство хунны знали, но у них не было долгового закабаления, столь характерного для Ближнего Востока. В неволю попадали главным образом пленники и пленницы, использовавшиеся, по-видимому, на хозяйственных работах228. Никаких признаков работорговли за всю историю хуннов мы не находим, хотя рабы очень ценились хуннами, и набеги последних на Китай всегда сопровождались угоном людей в степи.

Воины.Реформы Модэ превратили патриархальное племя хуннов в военную державу Хунну. Каждый хунн стал воином, имел начальника и был обязан строго подчиняться ему. Однако старая родовая система не была нарушена, и во главе боевых подразделений стояли не выходцы из низов, как случилось позднее у монголов при Чингисхане, а принцы крови и родовые старейшины.

Разделение власти между шаньюями и знатью ограничивало произвол и тех и других.

Такие реформы Модэ, как введение поголовной воинской обязанности, безусловного подчинения начальникам и создание системы чинов, а главное – взгляд на территорию как на основу государства, следует понимать как консолидацию племени, которая предотвратила разложение родового строя, законсервировала его на много веков.

Рядовой хунн, родившись воином, должен был быть только им и никем иным. Но, хотя честолюбие при этом страдало, он получал надежные гарантии того, что его положение не ухудшится, так как род не мог его оставить на произвол судьбы. Богатеть он мог за счет добычи, которая была его неотъемлемой собственностью. Жизнь рядового хунна в мирное время состояла из перекочевок (2-4 раза в год), военных упражнений и отдыха во время весеннего и осеннего приволья. Не случайно китайские министры отмечали высказывания пограничных рабов, что у хуннов воинам «весело жить». Поэтому китайцы нередко стремились перебежать к ним.

Войско.Общую численность хуннского войска китайцы исчисляли в 300 тыс. человек.

Кажется, это несколько завышенная цифра, так как, если даже принять, что все мужчины были в войске (а нам известно, что боеспособные мужчины составляли 20% населения), то всего на территории Монголии получится 1,5 млн. человек, т.е. вдвое больше, чем сейчас. Скорее всего здесь одно из обычных преувеличений старых китайских хроник.

Основным оружием легковооруженного хуннского всадника был лук. Этот всадник не может выдержать рукопашной схватки ни с пехотинцем, ни с тяжеловооруженным всадником, но превосходит их в мобильности. Тактика хуннов состояла в изматывании противника. Например, под городом Пинчэн хунны окружили авангард китайского войска. Хунны численно превосходили китайцев. Китайцы были истомлены морозом, непривычным для жителей юга, и голодны, так как были отрезаны от своих обозов. И несмотря на это, хунны не отважились на атаку. Однако тут дело не в трусости или чрезмерной осторожности. Рукопашная схватка была хуннам не нужна. Неустанно тревожа блокированного противника, они стремились добиться полного утомления врага, такого утомления, при котором оружие само выпадает из рук и ратник думает не о сопротивлении, а лишь о том, чтобы опустить голову и заснуть. Будучи нестойкими в бою, хунны восполняли этот недостаток искусным маневрированием. Притворным отступлением они умели заманивать в засаду и окружали самонадеянного противника. Но если враг решительно переходил в наступление, хуннские всадники рассыпались, «подобно стае птиц», для того чтобы снова собраться и снова вступить в бой. Отогнать их было легко, разбить – трудно, уничтожить – невозможно. Так как военная служба была долгом каждого хунна, за нее не полагалось никакого вознаграждения. Убив врага, воин получал «кубок вина и право на всю захваченную им добычу». Надо думать, добыча, захваченная без боя, поступала в дележ (дуван) с отчислением в пользу шаньюя, ибо иначе трудно объяснить приведенную цитату. Война приносила хуннам немалый доход и была сравнительно безопасна, так как задачей хуннского воина было застрелить врага из лука с изрядного расстояния или, измучив его до полусмерти, связать и привести домой как раба. Хунны – народ кочевой; они в изобилии имели продукты скотоводства, но весьма нуждались в продуктах земледелия и тканях. При меновой торговле китайские и согдийские купцы надували неискушенных кочевников. Но зато потерянное в торговле возмещалось при удачном налете, и «справедливость» торжествовала. Военные успехи хуннов обеспечили экономическое развитие кочевого скотоводческого хозяйства. Племенная консолидация способствовала уменьшению внутренних столкновений и постоянных грабежей, связанных с существованием независимых племен.

Доходы.Для содержания шаньюев и вельмож требовались средства, которые не взыскивались с народа. Патриархальному обществу чуждо понятие налога; свободный воин не согласен никому ничего платить, так как в факте уплаты он усматривает ущемление свободы. Эти средства поступали от несвободных, т.е.

подчиненных племен в виде дани и от врагов в виде военной добычи. Покоренные дунху уплачивали дань воловьими и лошадиными шкурами и овчинами229. Большие подати платили богатые земледельческие районы оазисов Восточного Туркестана230.

Оттуда же, по-видимому, хунны получали железное оружие, так как его изготовлением славились тангуты, обитавшие около озера Лобнор, в княжествах Жокянь и Лэулань (Шань-шань)231. Меха поступали, вероятно, с северной границы – от кипчаков, динлинов и хакасов. Но наряду с покоренными отсталыми племенами важным источником дохода шаньюев был Китай.

Прямую дань китайцы категорически отказывались платить, считая это для себя унизительным. Вместе с тем они посылали хуннам подарки, что было замаскированной формой дани. Так, например, когда Модэ в 176 г.

послал с посольством в Китай скромный подарок: одного верблюда, двух лошадей и две конские четверки, он получил взамен с ответным посольством богатейшие дары: вышитый кафтан на подкладке, длинный парчовый кафтан, золотой венчик для волос, золотом оправленный пояс и носороговую пряжку к нему, десять кусков вышитых шелковых тканей темно-малинового и зеленого цвета232.

Источник: https://studall.org/all-16967.html

Государственное устройство хуннов (стр. 1 из 4)

Государственное устройство хуннов

Алматинский университет энергетики и связи.

Кафедра: История Казахстана

Контрольная работа

ТЕМА: Государственное устройство хуннов

Алматы

2011г.

Введение

Образование государства Хунну

Государственное устройство

Социальное устройство

Основы международного права у гуннов и международные отношения

Экономика гуннского общества

Правовая сущность Гуннского государства

Гуннское государство — это высокоразвитое государство, монархия

Заключение

Список литературы

Введение

Со времен появления человека на территории Казахстана прошло не мало времени. В настоящее время подлинная история казахов забыта, и она нуждается в возрождении. Без исторической памяти нет национальной гордости и патриотизма.

Особенно это актуально в наше время, поэтому мы должны по крупицам, тщательно накапливать знания о своём прошлом, о своём народе. В истории Казахстана есть события, память о которых должна быть не только исторической, но и народной.

В IV-III веках до н.э. у северных границ Китая в Центральной Азии сложилась консолидация племен сюнну, они же хунну, или гунны. Гунны представляли собой племена монголоидного облика, говорившие на древнетюркском языке.

В истории хорошо известно имя гуннов — историческое название этого исчезнувшего народа — хунну, ассоциируется с воинственностью, жестокостью и варварством. Хунну во главе с Атиллой произвели опустошительные набеги на европейские страны. Они положили начало Великому переселению народов, что привело к падению Римской империи.

В 55 г. до н.э. произошло разделение могущественного хуннского государства на две части — южную и северную. В северо-западной Монголии вблизи озера Кыргыз-Нур властитель северных гуннов Чжи Чжи основал свою резиденцию. Отсюда он совершал походы на соседние племена усуней и Китай.

Начинается междусобная война между Северным и Южным государствами хунну. Чжи Чжи заключает союз с государством Кангюй для совместной борьбы с государством Усунь.

Образование государство Хунну

По рассказу Китайского историка Сыма Цяня (135-67 гг) радикальное изменение об-щей ситуации в Центарльной Азии произошло в «период воюющих царств», т.е. 403 – 221 гг. до н.э.

Эти изменения связаны с образованием первой кочевнической империи в Центральной Азии, которая была создана племенным союзом хунну или гуннов.

До поселения хунну в Центральной Азии жили сильные племена жунов и юэчжей -восточноскифские (сакские) племена, они занимали огромную территорию от Тянь-Шаня до Центральной Монголии, и вот вместо прежних жунов на севере и западе появляются сильные объединения кочевых племен Сюнну, т.е. хунну.

Первое упоминание хунну в письменных источниках относится к 822 году до н.э., когда хунну совершают грандиозный поход на Китай. В ІІІ в. до н.э. хунские нападения на Китай усиливаются, что заставило китайских императоров построить Великую стену. Хунну в этот период представляли собой союз родственных родов, возглавляемых, выборным вождем (шаньюем).

В 209 году до н.э. сын вождя Тоумана (Тумана) Маодунь (Моде) объявил себя сенгиром – «высочайшим» — шаньюй. Посмотрим, как пришел Моде к власти.

Шаньюем у гуннов был Тоумань. Он имел двух сыновей от разных жен. Для того, чтобы сделать наследником младшего, сенгир (шаньюй) решил избавиться от старшего и отправил его заложником к юэчжам. Затем Тоумань напал на юэчжей.

Но Моде ( Маодунь) не погиб, он украл коня и ускакал к своим. Отец дал ему под начало отряд.

Маодунь обучал воинов, приказал им стрелять туда, куда летит его «свистунка – стрела» (боевые стрелы гуннов снабжались костяными шариками с отверстиями – сотни свистящих стрел наводили ужас на врагов и пугали их коней).

Вскоре Маодунь пустил стрелу в своего любимого и прекрасного коня. Тем, кто не выстрелил в коня он приказал отрубить головы. Некоторое время спустя Маодунь пустил стрелу в свою любимую жену. Он отрубил головы тем, кто не выстрелил.

На охоте Маодунь направил стрелу в коня отца, и никто из его воинов не опоздал выстрелить. Следующий раз, когда он пустил свои стрелы в отца, никто из его воинов не дрогнул. Тоумань был усыпан стрелами.

Казнив младшего брата, мачеху и всех приближенных отца, Маодунь стал шанюем, и начал активную деятельность по созданию хуннской державы. Правил он в 209-174 гг. до н.э.

Узнав о событиях в Орде (так называли гунны военный лагерь и княжескую ставку) правитель дунху решил, что смута ослабила гуннов, и потребовал от Маодуня уступить пограничную территорию. Многие старейшины, опасаясь войны, советовали Моде отдать землю.

«Крайне разгневанный Моде» ответил: «Земля – основа государства, разве можно отдавать ее!» Всем, советовавшим уступить землю, он отрубил головы.

Затем Моде сел на коня, приказал рубить головы каждому, кто опоздает явиться, двинул на восток и внезапно напал на дунху и разгромил их на голову, убил их правителя, угнал людей и скот. Так начались гуннские завоевания.

В 203-202 гг. до н.э. Моде подчинил племена Саян-Алтая и Верхнего Енисея, кыргызов и окончательно установил северные границы своей державы, затем племена лоуфань и байян на юге. Но оставались два главных противника Китай и Юэчжи.

В 202 году до н.э. закончилась гражданская война в Китае. К власти пришла новая династия Хань. Ее основатель Лю Бан (император Гао-ди) стремясь обезопасить границу, зимой в 200 году лично повел войска против хунну.

Война между хунну и Китаем закончилась в 188 году поражением ханьских войск. Китайский император Гао – ди попал в окружение у горы Байден. Императора спасло от гибели только обещание заключить с гуннами мирный договор, основанный на родстве, т.е.

выдать за Моде принцессу из императорского дома и платить ежегодную дань гуннам.

Самую жесткую войну Маодуню и его наследнику Лаошань шаньюю пришлось выдержать с юэчжами. Борьба длилась четверть века и лишь в 174-161 годы до н.э. они окончательно разгромили юэчжи, а из черепа вождя юэчжи Лаошань сделал чашу для питья. Оттесненные в Среднюю Азию юэчжи завладели землями в верховьях Аму-Дарьи и впоследствии создали там Кушанскую державу.

После смерти Моде мирный договор продолжался недолго и Китай в 123 году начал войну против хунну, война протекала с переменным успехом.

В 90 г. до н.э. у горы Яньшань китайцы потерпели сокрушительное поражение. Сенгир Хулагу продиктовал императору условия мира (основан на родстве). Однако мир сохранялся недолго.

В 59 году до н.э. в государстве хунну начались междоусобицы связанные с борьбой наследников Сенгира за власть и в 47 г. до н.э. хунну распались на две части южную и северную.

Южные хунну приняли подданство Китая, а северные откочевали на запад, сохраняя свою независимость. Но они находились под постоянным давлением Китая и были вынуждены откочевать в страну канглы.

Таким образом, начинается массовое переселение хуннских племен на территорию Казахстана.

Вторая волна началась в 1 в. до н.э. (93 г), когда северные хунну боясь агрессии Китая снова двинулись на запад Под давлением хунну началось движение племен в Центральный Казахстан на севере, а также в районе Аральского моря. Этот процесс протекал лавинообразно и длился более 300 лет с ІI — до V века н.э. Это было Великое переселение народов.

Хунны, снова теснимые китайцами, отходят уже на запад. В свою очередь другие племена, теснимые хуннами, вынуждены были переселяться дальше. Это передвижение этнических масс заняло более 300 лет.

И уже в 4-м веке н. э. хунны появляются в Европе под именем – гунны. С переселением хуннов связывают изменение антропологического облика современных казахов и других народностей, населяющих Казахстан.

Государственное устройство

В этом обществе сильны были традиции и обычаи. Старейшина рода пользовался уважением. Все высшие чины в государстве принадлежали исключительно знати. Знатных родов было 3: Хуань, Лань и Сюйбу, т.е. принцы крови, служилая аристократия и родовая знать. Род, к которому принадлежали шаньюи, назывался Си Люань – ди (принцы крови).

Во главе государства был монарх – шаньюй(величайший). Должность эта передавалась только по наследству, и считалась божественной. Хотя первоначально она была выборной. Считается, что шаньюй был абсолютным монархом, но это не так. Абсолютную власть шаньюя ограничивал совет старейшин, состоявший из родовой аристократии.

Устройство гуннского государства было столь же строго иерархично, как их общественная структура. Держава хунну, выросшая из военной демократии жунских племен V-IV вв. до н.э., сложилась в борьбе не на жизнь, а на смерть с соседними племенными союзами и китайскими царствами.

Основатели державы и их преемники видели свою главную цель в господстве над «всеми народами, натягивающими лук» (т.е. над кочевниками), и превосходстве над «людьми, живущими в земляных домах» (т.е.

над оседлыми землепашцами); такое государство могло существовать только как централизованная империя, организованная на военно-административных принципах.

Власть государя определялась его правами и функциями: а) правом распоряжаться всей территорией государства, всеми землями, принадлежавшими гуннам, и функцией охраны этой территории; б) правом об объявления войны и заключения мира и функцией личного руководства войсками; в) правом концентрировать в своих руках все внешние сношения государства и функцией определения внешнеполитического курса; г) правом на жизнь и смерть каждого подданного и функцией верховного судьи.

У него в руках была сосредоточена сакральная власть, т.е. соблюдения культа (культовые обряды) исходили от шаньюя, он «утром выходил из ставки и совершал поклонение восходящему солнцу, а вечером совершал поклонения луне».

Сенгира окружала многочисленная группа помощников, советников и военачальников, однако, решающее слово всегда оставалось за шаньюем, даже если он действовал вопреки единодушному мнению своего окружения.

Источник: https://mirznanii.com/a/340882/gosudarstvennoe-ustroystvo-khunnov

Образование государство Хунну. Общественно – политический строй. — Образовательный сайт Казахстана | ЕНТ 2019 шпоры

Государственное устройство хуннов

Образование государство Хунну. Общественно – политический строй.

» История Казахстана » Ранние государственные образования на территории. » Образование государство Хунну. Общественно – политический строй.

Хозяйство. Социальное устройство.

По рассказу Китайского историка Сыма Цяня (135-67 гг) радикальное изменение об-щей ситуации в Центарльной Азии произошло в «период воюющих царств», т.е. 403 – 221 гг. до н.э.

Эти изменения связаны с образованием первой кочевнической империи в Центральной Азии, которая была создана племенным союзом хунну или гуннов.

До поселения хунну в Центральной Азии жили сильные племена жунов и юэчжей -восточноскифские (сакские) племена, они занимали огромную территорию от Тянь-Шаня до Центральной Монголии, и вот вместо прежних жунов на севере и западе появляются сильные объединения кочевых племен Сюнну, т.е. хунну.

Первое упоминание хунну в письменных источниках относится к 822 году до н.э., когда хунну совершают грандиозный поход на Китай. В ІІІ в. до н.э. хунские нападения на Китай усиливаются, что заставило китайских императоров построить Великую стену. Хунну в этот период представляли собой союз родственных родов, возглавляемых, выборным вождем (шаньюем).

В 209 году до н.э. сын вождя Тоумана (Тумана) Маодунь (Моде) объявил себя сенгиром – «высочайшим» — шаньюй. Посмотрим, как пришел Моде к власти.

Шаньюем у гуннов был Тоумань. Он имел двух сыновей от разных жен. Для того, чтобы сделать наследником младшего, сенгир (шаньюй) решил избавиться от старшего и отправил его заложником к юэчжам. Затем Тоумань напал на юэчжей.

Но Моде ( Маодунь) не погиб, он украл коня и ускакал к своим. Отец дал ему под начало отряд.

Маодунь обучал воинов, приказал им стрелять туда, куда летит его «свистунка – стрела» (боевые стрелы гуннов снабжались костяными шариками с отверстиями – сотни свистящих стрел наводили ужас на врагов и пугали их коней).

Вскоре Маодунь пустил стрелу в своего любимого и прекрасного коня. Тем, кто не выстрелил в коня он приказал отрубить головы. Некоторое время спустя Маодунь пустил стрелу в свою любимую жену. Он отрубил головы тем, кто не выстрелил.

На охоте Маодунь направил стрелу в коня отца, и никто из его воинов не опоздал выстрелить. Следующий раз, когда он пустил свои стрелы в отца, никто из его воинов не дрогнул. Тоумань был усыпан стрелами. Тогда Моде понял, что время настало.

Казнив младшего брата, мачеху и всех приближенных отца, Маодунь стал шанюем, и начал активную деятельность по созданию хуннской державы. Правил он в 209-174 г.г. до н.э.

Узнав о событиях в Орде (так называли гунны военный лагерь и княжескую ставку) правитель дунху решил, что смута ослабила гуннов, и потребовал от Маодуня уступить пограничную территорию. Многие старейшины, опасаясь войны, советовали Моде отдать землю.

«Крайне разгневанный Моде» ответил: «Земля – основа государства, разве можно отдавать ее!» Всем, советовавшим уступить землю, он отрубил головы.

Затем Моде сел на коня, приказал рубить головы каждому, кто опоздает явиться, двинул на восток и внезапно напал на дунху и разгромил их на голову, убил их правителя, угнал людей и скот. Так начались гуннские завоевания.

В 203-202 гг. до н.э. Моде подчинил племена Саян-Алтая и Верхнего Енисея, кыргызов и окончательно установил северные границы своей державы, затем племена лоуфань и байян на юге. Но оставались два главных противника Китай и Юэчжи.

В 202 году до н.э. закончилась гражданская война в Китае. К власти пришла новая династия Хань. Ее основатель Лю Бан (император Гао-ди) стремясь обезопасить границу, зимой в 200 году лично повел войска против хунну.

Война между хунну и Китаем закончилась в 188 году поражением ханьских войск. Китайский император Гао – ди попал в окружение у горы Байден. Императора спасло от гибели только обещание заключить с гуннами мирный договор, основанный на родстве, т.е.

выдать за Моде принцессу из императорского дома и платить ежегодную дань гуннам.

Самую жесткую войну Маодуню и его наследнику Лаошань шаньюю пришлось выдержать с юэчжами. Борьба длилась четверть века и лишь в 174-161 годы до н.э. они окончательно разгромили юэчжи, а из черепа вождя юэчжи Лаошань сделал чашу для питья. Оттесненные в Среднюю Азию юэчжи завладели землями в верховьях Аму-Дарьи и впоследствии создали там Кушанскую державу.

После смерти Моде мирный договор продолжался недолго и Китай в 123 году начал войну против хунну, война протекала с переменным успехом.

В 90 г. до н.э. у горы Яньшань китайцы потерпели сокрушительное поражение. Сенгир Хулагу продиктовал императору условия мира (основан на родстве). Однако мир сохранялся недолго.

В 59 (56) году до н.э. в государстве хунну начались междоусобицы связанные с борьбой наследников Сенгира за власть и в 47 г. до н.э. хунну распались на две части южную и северную.

Южные хунну приняли подданство Китая, а северные откочевали на запад, сохраняя свою независимость. Но они находились под постоянным давлением Китая и были вынуждены откочевать в страну канглы.

Таким образом, начинается массовое переселение хуннских племен на территорию Казахстана.

Вторая волна началась в 1 в. до н.э. (93 г), когда северные хунну боясь агрессии Китая снова двинулись на запад Под давлением хунну началось движение племен в Центральный Казахстан на севере, а также в районе Аральского моря. Этот процесс протекал лавинообразно и длился более 300 лет с ІI — до V века н.э. Это было Великое переселение народов.

Государственное устройство.

Устройство гуннского государства было столь же строго иерархично, как их общественная структура. Держава хунну, выросшая из военной демократии жунских племен V-IV вв. до н.э., сложилась в борьбе не на жизнь, а на смерть с соседними племенными союзами и китайскими царствами.

Основатели державы и их преемники видели свою главную цель в господстве над «всеми народами, натягивающими лук» (т.е. над кочевниками), и превосходстве над «людьми, живущими в земляных домах» (т.е.

над оседлыми землепашцами); такое государство могло существовать только как централизованная империя, организованная на военно-административных принципах.

Во главе государства стоял шаньюй, чья власть была строго наследственной и освященной божественным авторитетом. Сенгира называли «сыном неба» и «Небом и Землей рожденный», Солнцем и Луной поставленный, великий гуннский шаньюй.

Власть государя определялась его правами и функциями: а) правом распоряжаться всей территорией государства, всеми землями, принадлежавшими гуннам, и функцией охраны этой территории; б) правом об объявления войны и заключения мира и функцией личного руководства войсками; в) правом концентрировать в своих руках все внешние сношения государства и функцией определения внешнеполитического курса;

г) правом на жизнь и смерть каждого подданного и функцией верховного судьи.

У него в руках была сосредоточена сакральная власть, т.е. соблюдения культа (культовые обряды) исходили от шаньюя, он «утром выходил из ставки и совершал поклонение восходящему солнцу, а вечером совершал поклонения луне».

Сенгира окружала многочисленная группа помощников, советников и военачальников, однако, решающее слово всегда оставалось за шаньюем, даже если он действовал вопреки единодушному мнению своего окружения.

Высшие после шаньюя лица в государстве – левый и правый т.е. (западный и восточный) «мудрые князья». Они были его сыновьями или родственниками. Они управляли западными и восточными территориями империи, и одновременно командовали левым и правым крылом армии.

Ниже их стояли другие родичи шаньюя, управлявшие определенной территорией – все они носили различные титулы и назывались «начальники над десятью тысячами всадников (т.е. темники).

Их число было строго фиксировано – 24 высших военачальника, распределенных между левым и правым крыльями войска, западной и восточной частью империи. Темников назначал сам государь. Он же выделял подвластную каждому темнику территорию вместе с населением, проживающим на этой территории.

Каждый из 24 начальников имел от десяти тысяч до нескольких тысяч войска. Сместить и наказать темника мог только шаньюй. Какое – либо перемещение племен без приказа шаньюя строго возбранялось.

В пределах своих владений, темник, подобно шаньюю, назначал тысячников, сотников и десятников, наделяя их землей с кочующим на ней населением.

Основной повинностью всего мужского населения государства была военная служба. Каждый гунн считался воином, и малейшее уклонение от исполнения военных обязанностей каралась смертью. Все мужчины с детства и до смерти были приписаны к строго определенному воинскому подразделению, и каждый сражался под командованием своего темника.

Гунны имели хорошо организованное войско. Его основу составляли подвижные организованные конницы. Вооружение состояло из лука, копья, меча, кольчуги и лат. Военная тактика у хуннов стояла довольно высоко, и не уступала китайской.

Трижды в год все начальники, как правило, выходцы из 4-х аристократических родов, съезжались в ставку шаньюя для принесения жертв предкам, небу, земле, духам и для обсуждения государственных дел и один раз, осенью – «для подсчета и проверки количества людей и домашнего скота. Эти совещания (собрания) были не столько государственным, а сколько семейным советом родственников – все их участники были родичами шаньюя.

Основным источником права у хуннов был обычай. За тяжкие преступления полагалась смертная казнь. За воровство конфискация имущества преступника, за легкие проступки делались порезы на лице.

В то же время у них появляются и кодексы законов. Так, кодекс, созданный Моде – сенгиром, карал смертью за нарушение воинской дисциплины и уклонение от службы в армии.

Хозяйство.

Экономика гуннского общества по описанию Сыма Цяня весьма примитивна.

Основным видом хозяйственной деятельности гуннов всегда было кочевое скотоводство. При экстенсивном скотоводческом хозяйстве, когда корма для скота на зиму не заготовлялись, лошадь имела и то преимущество, что она могла тебеневать, т.е. круглый год находится на подножном корму, добывая траву из-под неглубокого снега.

Кроме огромных табунов лошадей, основным богатством у гуннов были стада быков, яков и верблюдов, громадные отары овец и коз. Скот находился в семейной собственности: каждая семья имела права на определенную часть родовой территории для выпаса скота и пользовалась защитой всего рода.

Для сохранения численности и нераздельности имущества семьи гунны, как отмечает Сыма Цянь «после смерти отца берут в жены мачех, после смерти старшего или младшего брата женятся на их женах». Как и многих кочевников у гуннов существовало многоженство.

Предусматривалась и семейная ответственность за чужого имущества, прежде всего скота – семья виновного могла быть обращена в рабство.

Хунну, как и другие кочевники Евразии жили в крытых повозках, войлочных шатрах, зимних жилищах. В жилищах хуннов имелась система – отопления – дымоходы очагов, положение горизонтально у стен, обогревали дома.

Одежда у гуннов изготовлялись в основном из кожи и шерсти. Также применялись китайский шелк и хлопчатобумажный материал.

Сегодня известно 10 укрепленных городов хунну и большое количество неукрепленных поселков.

Однако с представлениями о чисто кочевом характере гуннского общества никак нельзя согласиться. Упоминания в источниках о городах в глубине гуннских земель, о хранимых там запасах зерна можно сделать вывод о том, что гунны занимались земледелием, охотой и ремеслом.

В Забайкалье археологи исследовали один из гуннских городков у впадения р. Иволга в Селенгу. Там обнаружены следы железоделательного и бронзоволитейного производства, а главное сошники из чугуна и литейные формы для них, железные серпы и каменные зернотерки.

Судя по малым размерам сошников, плуги у гуннов были небольшие деревянные, и земля выкапывалась не глубоко.

Развитию земледелия, однако, препятствовали суровые природные условия страны гуннов, и собственное производство зерна (главным образом, проса и ячменя) никогда не удовлетворяло потребности довольно многочисленного населения (по расчетам исследователей около 1,5 млн. человек).

Социальное устройство.

Социальное устройство гуннского общества и его государственная организация не могут реконструированы с достаточной полнотой, но социально развитый характер гуннской империи несомненен.

Верхушку общества хунну составляли четыре аристократических рода, связанных между собой брачными отношениями, когда мужчины любого из этих родов брали себе жен только из трех других знатных родов. Глава государства, шаньюй, мог быть только из рода Люаньди, самого знатного из четырех.

Из сказанного можно сделать вывод, что в обществе хунну иерархия родов и племен играла немалую роль. На низшей ступени общества находились покоренные племена, адаптированные в родоплеменную систему хунну. Ниже них были покоренные племена, не включенные в состав хунну; они подвергались особенно безжалостной эксплуатации.

Так, подвластные хунну дунху выплачивали постоянную дань тканями, овчиной и кожей. Если дань задерживалась, то хунну казнили родовых старейшин, отнимали и обращали в рабство женщин и детей данников, требуя затем особый выкуп за их освобождение.

Рабство у хунну часто упоминается источниками. Рабами были пленные, но в рабство за различные преступления попадали и сами хунну.

Рабы – иноплеменники использовались, прежде всего, в оседлом хозяйстве, они жили вместе с хуннами в укрепленных городах, копали оросительные канавы, пахали землю, участвовали в строительных и горных работах, в различных ремесленных промыслах. Положение рабов – хунну неясно; возможно они составляли низшую часть большой патриархальной семьи.

Таким образом, правящий класс империи хунну, сложился из родоплеменной знати; отношение родства и свойства сохраняли решающее значение для определения социального положения и политической роли каждого, кто принадлежал к высшим слоям гуннского общества.

Источник: http://testent.ru/index/0-33

Refy-free
Добавить комментарий