Геополитические взгляды Поля Видаля де ла Бланша

Геополитические взгляды Поля Видаля де ла Бланша

Геополитические взгляды Поля Видаля де ла Бланша

Введение………………………………………………………………………………….стр.3

«Географиячеловека»……………………………………………………стр.4-12

Заключение………………………………………………………………..стр.13-14

Источники…………………………………………………………………….стр.15

Видальде ла Блаш (Vidal de la Blache) Поль(22.1.1845, Пезнас, — 5.4. 1918, Тамарис), французскийгеограф. Создатель французскойгеографической школы, в которой особоезначение придаётся географии человека.

Автор исследований в области физическойгеографии и географии населения [«Картинагеографии Франции», 1903, «ВосточнаяФранция» (Лотарингия и Эльзас), 1917, идр.

], большого атласа по географии иистории мира (содержит карты по древней,средневековой и новой истории, географииматериков и стран). Основатель (1891)географического французского журнала«Annales de géographie». Основные теоретическиеработы учёного обобщены под редакциейЭ.

Мартонна в книге «Принципы географиичеловека» (1922). По идее В. де ла Б. и подего руководством начата подготовкамноготомного труда по всемирнойгеографии, изданного посмертно.

Введение

Основатель французской геополитической школы Видаль де ла Бланш (1845—1918) — профессиональный географ. В свое время он увлекся политической географией Ф. Ратцеля и на ее основе создал свою геополитическую концепцию, в которой тем не ме­нее подверг глубокой критике многие ключевые положения не­мецких геополитиков.

В книге «Картина географии Франции», вышедшей в 1903 г., он, в частности, пишет: Отношения между почвой и человеком во Франции отмечены ори­гинальным характером древности, непрерывности… Люди живут в од­них и тех же местах с незапамятных времен. Источники, кальциевые скалы изначально привлекали людей как удобные места для проживания и защиты.

У нас человек — верный ученик почвы. Изучение почвы поможет выяснить характер, нравы и предпочтения населения». Как видим, здесь он твердо стоит на теории почвы. Но в последствии в большей степени его идеи формировались на базе богатых традиции французских географических и исторических концепций.

Он критически осмыслил и переработал многие течения германской политической и географической мысли. Этот критический подход ярко виден при сопоставлении с подходом к геополитике ее основателя Ф. Ратцеля. Критический дух по отношению к учениям германских геополитиков характерен для абсолютного большинства ученых Франции первой половины XX в.

Если ядро теории Ратцеля составляют категории пространства (Raum), географического положения государства (Lage), «потребность в территории», «чувство пространства» (Raumsinn), то у Видаля де ла Бланша в центре стоит человек.

Де ла Бланш по сути является основателем «антропологической школы» политической географии, которая стала в его «исполнении» альтернативой германской школе геополитики «теории большого пространства» и получила название поссибилизм.

Давайте рассмотрим некоторые из его положений поглубже.

«География человека»

Поль Видаль де ла Блаш (1845–1918) – основатель французской школы “географии человека”, занимающейся главным образом изучением воздействия географической среды на человека, в частности местных природных условий на историю данного района. В 1891 г. Видаль де ла Блаш основал журнал “Annales de Geographic”.

Будучи профессиональным географом, Видаль де ла Блаш был увлечен “политической географией” Ратцеля и строил свои теории, основываясь на этом источнике, хотя многие аспекты немецкой геополитической школы он жестко критиковал.

Взгляды де ла Блаша складывались под воздействием богатых традиций французской географической и исторической мысли, а также критического осмысления германской политической географии.

Теоретические положения Видаль дела Блаша во многом противостояли концепции основателя геополитики Ратцеля.

Эта черта – явная или скрытая полемика с концепцией Ратцеля и его последователей – является характерной в целом для французских подходов первой половины XX века к проблемам геополитики. Именно в оппозиции к германской геополитике развивалась французская интерпретация современных геополитических аспектов международных отношений.

Если в центре концепции Ратцеля были понятия пространства, географического положения государства и связанное с “потребностью в территории” понятие “чувство пространства”, то Видаль де ла Блаш в центр своей концепции поставил человека, став основателем “антропологической школы” в политической географии, своеобразного французского альтернативного варианта осмысления геополитических проблем.

В отличие от германской политической географии конца XIX – начала XX века, из которой Видаль де ла Блаш почерпнул немало идей, французскому автору был чужд географический фатализм. Он придавал большое значение воле и инициативе человека. В статье 1898 г.

, посвященной Ратцелю, Видаль дела Блаш впервые выдвинул тезис о том, что “человек, так же как и природа, может рассматриваться в качестве географического фактора” – и не столько пассивного, сколько активно воздействующего и направляющего процессы на земном шаре, но действующего не изолированно, а в рамках природного комплекса.

Противостояние германской и французской научных школ отражало реально существовавшие противоречия между двумя странами и их интересами.

Объективные потребности каждой из них – Франции и Германии – решить свои ближайшие и стратегические задачи, обрести свое устойчивое место в европейском концерте государств и народов определили не только политику и общественное мнение, но и научные подходы к разрешению глобальных проблем человеческой цивилизации, заставляли искать теоретические обоснования и объяснения происходящим процессам и намечать контуры будущего.

Неудивительно, что особое внимание Видаль де ла Блаш уделял Германии, которая была главным политическим оппонентом Франции в то время. Он считал, что Германия является единственным мощным европейским государством, геополитическая экспансия которого заведомо блокируется другими развитыми европейскими державами.

Если Англия и Франция имеют свои обширные колонии в Африке и во всем мире, если США могут почти свободно двигаться к югу и северу, если у России есть Азия, то Германия сдавлена со всех сторон и не имеет выхода своей энергии.

Де ла Блаш видел в этом главную угрозу миру в Европе и считал необходимым всячески ослабить этого опасного соседа.

Такое отношение к Германии логически влекло за собой геополитическое определение Франции как входящей в состав общего фронта “морской силы”, ориентированной против континентальных держав. Позиции де ла Блаша противостояло германофильское направление, во главе которого стояли адмирал Лавалль и генерал де Голль.

В своей книге “Картина географии Франции” (1903) де ла Блаш обращается к теории почвы, столь важной для немецких геополитиков: “Отношения между почвой и человеком во Франции отмечены оригинальным характером древности, непрерывности… В нашей стране часто можно наблюдать, что люди живут в одних и тех же местах с незапамятных времен. Источники, кальциевые скалы изначально привлекали людей как удобные места для проживания и защиты. У нас человек – верный ученик почвы. Изучение почвы поможет выяснить характер, нравы и предпочтения населения”.

Но, несмотря на такое – вполне немецкое – отношение к географическому фактору и его влиянию на культуру, Видаль де ла Блаш считал, что Ратцель и его последователи явно переоценивают сугубо природный фактор, считая его определяющим. Человек, согласно де ла Блашу, есть также “важнейший географический фактор”, но при этом он еще и “наделен инициативой”. Он не только фрагмент декорации, но и главный актер спектакля.

Эта критика чрезмерного возвеличивания пространственного фактора у Ратцеля привела Видаль де ла Блаша к выработке особой геополитической концепции – “поссибилизма” (от лат. possibilis – возможный).

Согласно этой концепции, политическая история имеет два аспекта – пространственный (географический) и временной (исторический). Географический фактор отражен в окружающей среде, исторический – в самом человеке (“носителе инициативы”).

Видаль де ла Блаш считал, что ошибка немецких “политических географов” в том, что они считают рельеф детерминирующим фактором политической истории государств. Тем самым принижается фактор историзма и человеческой свободы.

Сам же он предлагает рассматривать географическое пространственное положение как “потенциальность”, “возможность”, которая может актуализироваться и стать действительным политическим фактором, а может и не актуализироваться. Это во многом зависит от субъективного фактора – человека, данное пространство населяющего.

В 1917 г. Видаль де ла Блаш публикует одну из своих фундаментальных работ – книгу “Восточная Франция”, посвященную жизненно важной для Франции геополитической проблеме – проблеме Эльзаса и Лотарингии и в целом восточной Франции.

Известно, что Франция традиционно считала необходимым установление границы с Германией по Рейну, который во французских школьных учебниках в течение последних столетий назывался не иначе, как одной из великих рек Франции.

В своем труде Видаль де ла Блаш доказывает исконную принадлежность провинций Эльзас-Лоррэн к Франции и неправомочность германских притязаний на эти области.

При этом он апеллирует к Французской революции, считая ее якобинское измерение выражением геополитических тенденций французского народа, стремящегося к унификации и централизации своего государства через географическую интеграцию.

Политический либерализм он также объясняет привязанностью людей к почве, а отсюда и естественное желание получить ее в частную собственность. Таков взгляд Видаль де ла Блаша на связь геополитических реальностей с реальностями идеологическими: пространственная политика Западной Европы (Франции) неразрывно связана с “демократией” и “либерализмом”.

Лейтмотивом исследования Видаль де ла Блаша стал вопрос: как инкорпорировать земли Эльзаса и Лотарингии (где большинство жителей говорят на немецком языке) во французскую жизнь? Ответ вроде бы лежит на поверхности: внедрить все французское и вытеснить все германское.

Однако Видаль дела Блаш выдвигает парадоксальную на первый взгляд идею превращения этих земель, вновь перешедших к Франции после первой мировой войны, в зону взаимного сотрудничества между Францией и Германией.

Он пишет о необходимости сделать эти богатые земли не плотиной, отгораживающей выгоду лишь одной стороны, а открыть их взаимным отношениям и сделать их как можно более проницаемыми.

Он рассматривает этот вопрос не с точки зрения ближайших задач, а пытается построить историческую модель развития европейского геополитического пространства в целом (не забывая, разумеется, французских интересов). При этом де ла Блаш дает, помимо исторического, географическое обоснование принадлежности этих земель к Франции.

Главные положения концепции Видаль де ла Блаша в законченном виде изложены в его книге, изданной в 1922 г. (рукопись осталась незавершенной ввиду смерти автора в 1918 г.).

Центральным элементом концепции де ла Блаша является понятие локальности развития цивилизации, основу которого составляют отдельные ячейки (cellules), очаги (noyaux). Эти первичные клетки, элементы цивилизации представляют собой очень небольшие общности людей, которые складываются во взаимодействии человека с окружающей природой.

В рамках этих относительно изолированных ячеек постепенно и самопроизвольно вырабатываются определенные “образы жизни”. Человек во взаимодействии с окружающей средой формируется сам, обретая себя, в то же время природа раскрывает свои возможности только в рамках этого теснейшего взаимодействия с человеком.

“Географическая индивидуальность, – писал Видаль де ла Блаш, – не есть что-то данное заранее природой; она лишь резервуар, где спит заложенная природой энергия, которую может разбудить только человек”.

Эти “ячейки”, “первичные элементы”, взаимодействуя между собой, постепенно образуют ту ткань цивилизации, которая, расширяясь, постепенно охватывает все большие территории. Это взаимодействие не какой-то продолжающийся поступательно процесс, а отдельные вспышки, сменяющиеся катастрофами, регрессией.

Столь же многообразны и противоречивы сами формы взаимодействия “первичных ячеек” цивилизации: от заимствований и слияний до почти полного уничтожения. Процесс взаимодействия затрагивает прежде всего “северную полусферу от Средиземноморья до Китайского моря” – именно эту зону выделяет Видаль де ла Блаш, выстраивая свою концепцию.

В рамках северной полусферы, особенно в Западной и Центральной Европе, взаимодействие “первичных элементов” цивилизации происходило практически непрерывно и политические образования, “сменяя друг друга, накладывались на ту или иную конфигурацию взаимодействующих между собой множеств небольших очагов, сообществ, этих своеобразных микрокосмосов”.

Сближение и смешение этих разнородных элементов привело “к образованию империй, религий, государств, по которым с большей или меньшей суровостью прокатывался каток истории”. Именно благодаря этим отдельным небольшим очагам теплилась жизнь в Римской империи, а затем в Западной и Восточной римских империях, в имперских государственных образованиях Сасанидов, персов и т. д.

(В обширных областях Восточной Европы и Западной Азии цивилизационный процесс нередко прерывался, возобновляясь несколько позже и частично.)

Специфика Европы заключается, по мнению Видаль де ла Блаша, в том, что здесь как нигде в мире весьма близко соседствуют друг с другом самые различные географические условия: горы и моря, лесные массивы и степи, большие реки, текущие с юга на север и связывающие различные зоны, плодородные прибрежные почвы, наиболее изрезанная морская линия побережья, а также во многом обусловленный этими условиями климат, не способствующий паразитизму, но и не столь суровый, чтобы парализовать энергию человека. Эти факторы в значительной мере и привели к формированию на европейском пространстве самого большого многообразия отдельных очагов, локальных сфер, небольших сообществ со своими “образами жизни”, которые находились в постоянном взаимодействии. Имитация, пример, заимствование, способность впитывать самые различные влияния стали основой динамизма и богатства европейской цивилизации, одной из ее характерных черт.

Концепция Видаль де ла Блаша перекликается с некоторыми положениями концепции Ратцеля. прежде всего с его подходом к всемирной истории как “беспрерывному процессу дифференциаций”. Ратцель уделял большое внимание локальным очагам, из которых складывалось многообразие цивилизаций.

В одной из своих работ он писал: “Благодаря обособленности могли развиваться те различия, которые лишь впоследствии стали взаимно влиять друг на друга и благотворно или вредно действовать на природные свойства человека.

Все расовые и культурные различия народов, все различия в могуществе государств в конце концов должны быть сведены к процессу дифференциаций, совершающемуся путем изменений в географическом положении, климате и почве”.

В отличие от Ратцеля Видаль де ла Блаш, помимо акцента на активной роли человека и помимо отрицания географического детерминизма (свойственного Ратцелю), совершенно иначе определял роль государств, политических образований в процессе развития цивилизаций.

Если для Ратцеля государство – это прежде всего “органическое существо”, развивающееся в соответствии с “законом растущих территорий”http://www.humanities.edu.

ru/db/msg/86259 — p65, то де ла Блаш склонен рассматривать его скорее как нечто внешнее, вторичное, определяемое в конечном счете самим характером и формой взаимодействия различных локальных очагов, этих отдельных ячеек цивилизации. Примечательно, что ни Ратцель, ни Видаль де ла Блаш не отрицали возможности образования мирового государства.

Ратцель, однако, связывал эту возможность с территориальным ростом государств, который он считал универсальной тенденцией. Развитие контактов, расширение торговых отношений он рассматривал прежде всего в качестве прелюдии к установлению политического контроля данного государства над новыми колонизируемыми территориями. Торговля и война у Ратцеля – это две формы, две стадии в процессе территориального роста государства. Видаль де ла Блаш также уделял большое внимание вопросам коммуникаций, считал возможным создание в будущем мирового государства в результате взаимодействия отдельных локальных очагов. Он рассматривал этот процесс взаимодействия как самодостаточный, способный привести в отдаленной перспективе к тому, чтобы человек стал осознавать себя в качестве “гражданина мира”.

Важной особенностью концепции Видаль де ла Блаша является тезис о постепенном преодолении противоречий между морскими и континентальными государствами за счет складывания принципиально новых отношений между землей и морем: континентальные пространства становятся более проницаемыми, разветвленная сеть коммуникаций ориентирует их в сторону морских путей, море в свою очередь все больше становится зависимым от связей с континентальными зонами. Это “взаимопроникновение” земли и моря есть универсальный процесс – таков вывод Видаль де ла Блаша.

Поссибилизм де ла Блаша был воспринят большинством геополитических школ как коррекция жесткого географического детерминизма предшествующих геополитиков. Во Франции, как уже отмечалось, он стал основателем национальной географической школы, представителями которой стали Л. Февр, А. Деманжон, Ж. Готтман, Ж. Брюн, Э. Мартонн и др.

Подход де ла Блаша был учтен и немецкими геополитиками школы Хаусхофера, которые считали критику Видаль де ла Блаша вполне обоснованной и важной.

В таком случае, очевидно, возрастала роль этнического или расового фактора при рассмотрении политической истории государств, а это резонировало с общим всплеском расовых проблем в Германии 20-х гг.

Заключение

Как видим, Видаль де ла Бланш твердо стоит на теории почвы. В книге «Картина географии Франции», вышедшей в 1903 г., он, в частности, пишет: «Отношения между почвой и человеком во Франции отмечены оригинальным характером древности, непрерывности…

Люди живут в одних и тех же местах с незапамятных времен. Источники, кальциевые скалы изначально привлекали людей как удобные места для проживания и защиты. У нас человек — верный ученик почвы.

Изучение почвы поможет выяснить характер, нравы и предпочтения населения».

В последствии в большей степени его идеи формировались на базе богатых традиции французских географических и исторических концепций.
Французская школа геополитики является наименее экспансионистской и наиболее гуманитарной.

Поль Видаль де ла Бланш (1845–1918) резко критиковал Ратцеля за его географический детерминизм и выдвинул принципиально важный для современной геополитики принцип «поссибилизма», согласно которому то или иное пространство только предоставляет человеку возможности той или иной его геополитической конфигурации, но реализация этих возможностей зависит от воли людей.

Ведущим историческим процессом географ считал цивилизационный процесс постепенную интеграцию небольших социальных ячеек во все более и более сложные организмы — страны, народы, цивилизации.

Видаль де ла Бланш предполагал создание в будущем мирового государства, но не путем завоевания, как другие геополитики, а путем мирной цивилизационной интеграции.
Важное значение для французской геополитики имеет идея конвергенции, взаимопроникновения противоположных геополитических сил — Суши и Моря, великих держав.

Решение пограничного спора Франции и Германии Бланшу виделось в превращении Эльзаса и Лотарингии из зоны конфликта в зону сотрудничества.

На геополитических идеях де ла Блаша и его последователей во многом основана геополитическая идеология Европейского Союза; идеи глобализации в их «интернационалистическом» аспекте также во многом связаны с влиянием французской школы, которой принадлежит большая заслуга в разработке идей гибкости и изменчивости в геополитике.

Источники:

  1. Тихонравов Ю.В. Геополитика. М.: Бизнес школа «Интел-Синтез», 1998.

  2. Моро-Дефарж Ф. Введение в геополитику. М.: Конкорд, 1996.

  3. Ратцель Ф. Человечество как жизненное явление на земле.  М.: Книжное дело, 1901.

  4. http://kunashigor.narod.ru/geopolitika1-blansh.html

Источник: https://works.doklad.ru/view/s3hk4oMbobw.html

2.5. Концепция «поссибилизма» Видаля де ла Бланша: Основатель французской геополитической школы Видаль де ла Бланш

Геополитические взгляды Поля Видаля де ла Бланша

Основатель французской геополитической школы Видаль де ла Бланш (1845—1918) — профессиональный географ. В свое время он увлекся политической географией Ф. Ратцеля и на ее основе создал свою геополитическую концепцию, в которой тем не менее подверг глубокой критике многие ключевые положения немецких геополитиков.

В книге «Картина географии Франции», вышедшей в 1903 г., он, в частности, пишет: Отношения между почвой и человеком во Франции отмечены оригинальным характером древности, непрерывности… Люди живут в одних и тех же местах с незапамятных времен. Источники, кальциевые скалы изначально привлекали людей как удобные места для прожива- ния и защиты.

У нас человек — верный ученик почвы. Изучение почвы поможет выяснить характер, нравы и предпочтения населения27. Как видим, здесь он твердо стоит на теории почвы. Но в последствии в большей степени его идеи формировались на базе богатых традиции французских географических и исторических концепций.

Он критически осмыслил и переработал многие течения германской политической и географической мысли. Этот критический подход ярко виден при сопоставлении с подходом к геополитике ее основателя Ф. Ратцеля. Критический дух по отношению к учениям германских геополитиков характерен для абсолютного большинства ученых Франции первой половины XX в.

Если ядро теории Ратцеля составляют категории пространстства (Raum), географического положения государства (Lage), «потребность в территории», «чувство пространства» (Raumsinn), то у Видаля де ла Бланша в центре стоит человек.

Де ла Бланш по сути является основателем «антропологической школы» политической географии, которая стала в его «исполнении» альтернативой германской школе геополитики «теории большого пространства» и получила название поссибилизм.

Указанное противостояние в науке — отражение реальных противоречий между двумя странами-соседями, Францией и Германией, друзьями-соперниками, отражение всей суммы противоречий, накапливавшихся веками.

Разные научные подходы к разрешению глобальных противоречий между двумя странами — это теоретическое отражение попыток разрешения глобальных проблем, поиск наиболее оптимальных путей достижения поставленных целей. В фундаментальной работе «Восточная Франция» (1919г.

) Видаль де ла Бланш анализирует проблему геополитического соперничества Франции и Германии — проблему Эльзаса и Лотарингии, в целом восточной Франции. Он выдвинул идею превратить эти земли (в основном немецкоговорящие), перешедшие росле Первой мировой войны вновь к Франции, в зону взаимного сотрудничества между двумя странами.

Превратить эти богатые провинции не в барьер, отгораживающий одну страну от другой, дающий выгоду только одной стороне, а сделать их как можно более проницаемыми. По сути французский геополитик создал историческую модель развития сперва франко-германского, затем европейского геополитического пространства в целом. Французским же интересам де ла Бланш все же отдавал предпочтение. Это видно из того, как обстоятельно он доказывает исторические, географические факты принадлежности этих земель Франции.

В отличие от немецкой школы геополитики де ла Бланш отказывается от жесткого географического детерминизма, напоминающего порой судьбу.

Он ставил на первое место не географический фатализм, а волю и инициативу человека, человек, как и природа, может рассматриваться в качестве «географического фактора». Причем этому фактору он отводил активную роль субъекта воздействия на исторические процессы. Но действует этот активный субъект не изолированно, а в рамках природного комплекса. Главный элемент его теории — категория локальности развития цивилизации. Ее основу составляют отдельные очаги, которые являются первокирпичиками, элементами цивилизации. Они представляют собой небольшие группы людей, которые складываются во взаимодействии человека с природой. В этих первичных клетках — общественных ячейках — постепенно формируются определенные «образы жизни». Взаимодействуя с окружающей средой, человек растет, развивается. Ученый отмечал: Географическая индивидуальность не есть что-то данное заранее природой; она лишь резервуар, где спит заложенная природой энергия, которую может разбудить только человек28. Эти первичные очаги, взаимодействуя между собой, начинают формировать и, наконец, образуют ту основу цивилизации, которая, эволюционируя, расширяется и охватывает все новые и новые территории. Это расширение происходит не всегда гладко, поступательно. В процессе расширения, усложнения структур цивилизация переживает откаты, вспышки энергии сменяются катастрофами, регрессией. Сами формы взаимодействия «первичных очагов» — ячеек многообразны и противоречивы: есть в нем влияние (ассимиляция), заимствования и даже полное уничтожение. По теории де ла Бланша процесс взаимодействия начинается и, все ускоряясь, происходит в северной полусфере от Средиземноморья до Китайского моря. По его мнению, в Западной и Центральной Европе взаимодействие первичных очагов (элементов) цивилизации происходило почти непрерывно и политические образования, сменяя друг друга, накладывались на ту или иную конфигурацию взаимодействующих между собой множеств небольших очагов, сообществ, этих своеобразных микрокосмосов. Сближение и взаимодействие этих разнородных элементов, ассимиляция одними других привели к образованию империй, религий, государств, по которым с большей или меньшей суровостью прокатился каток истории… Именно благодаря этим отдельным небольшим очагам теплилась жизнь в Римской империи, а затем — в Западной и Восточной римских империях, в имперских государственных образованиях Сассанидов, персов и т.д. (В обширных областях Восточной Европы и Западной Азии цивилизаци-онный процесс нередко прерывался, возобновляясь несколько позже и частично)29. Как утверждает де ла Бланш, этот процесс протекал в Европе под влиянием специфических условий. Суть их сводилась к тому, что здесь соседствуют самые различные географические среды: моря и горы, степи и лесные массивы, большие реки, связывающие север и юг, различные ландшафтные зоны, имеются плодородные почвы, морская линия изрезана заливами с удобными бухтами, климат, обусловленный влиянием теплых морей, благоприятен, не суров и в то же время не способствует развитию насекомых-паразитов, не парализует деятельность человека, способствует развитию его энергии. Все эти факторы, вместе взятые, по его мнению, и привели в значительной степени к образованию на Европейском пространстве самого большого многообразия отдельных очагов жизнедеятельности со своими «образами жизни». Взаимодействия этих элементов жизни, обогащение, ассимиляция, способность применять заимствованное стали причиной динамического развития европейской цивилизации, основой ее богатства, самой характерной чертой. Как видим, де ла Бланш повторяет некоторые идеи Ф. Ратцеля: очень близки их подходы к всемирной истории как «беспрерывному процессу дифференциации». Но если говорить по большому счету, то эту мысль более глубоко и обстоятельно до обоих этих ученых сформулировал, обосновал, развил Г. Спенсер. Мы уже отметили выше, что Видаль де ла Бланш в своей концепции в отличие от Ф. Ратцеля и других геополитиков, делал акцент не только на окружающую географическую среду. Он по-иному рассматривал роль государств, политических образований в процессе развития цивилизаций. Если для Ф. Ратцеля, как уже сказано, государство — это и органическое существо, «развивающееся в соответствии с законом растущих территорий», то французский геополитик считает, что государство скорее напоминает нечто внешнее, вторичное, детерминируемое характером и формой взаимодействия локальных ячеек цивилизаций. Это взаимодействие происходит тем активнее, чем лучше отлажены коммуникации между локальными очагами: реки, озера, моря, шоссейные и железные дороги и т.д. Коммуникациям де ла Бланш уделял в своих трудах очень много внимания и утверждал, что в будущем при соответствующих коммуникациях, при активном взаимодействии отдельных цивилизационных очагов возможно создание мирового государства. И человек в том государстве будет осознавать себя «гражданином мира». Интересным аспектом в теории французского геополитика является мысль о постепенном преодолении противоречий между континентальными и морскими государствами. Эта консолидация, по его мнению, будет происходить путем складывания принципиально новых отношений между землей и морем. Он полагал, что континентальные пространства становятся все более и более проницаемыми, так как совершенствуются все виды коммуникаций, расширяется, модернизируется сеть дорог; морские пути, перевозки (вообще море, океан) все более становятся зависимыми от связей с континентами. По этому поводу он говорит, что «взаимопроникновение» земли и моря — универсальный процесс30.

И еще один штрих в многоуровневой концепции французского ученого.

(Мы уже отмечали выше, что государство у него является как бы вторичным, «продуктом деятельности отдельных ячеек, обшностей, осознающих единство, сходство, совместимость главных элементов их бытия», оно (государство) — продукт этого осознаваемого единства.

) Исходя из этого геополитик специфически понимает и границы государств. Граница — это живой, осознаваемый феномен, она не обусловлена «внешними» рамками государства или непосредственно физико-географическими факторами

Источник: Нартов Н.. Геополитика. 2008

Источник: https://textbooks.studio/uchebnik-geopolitika/kontseptsiya-possibilizma-vidalya10067.html

Особенности французской геополитической мысли. Взгляды Видаль де ла Бланша, Ж. Анселя

Геополитические взгляды Поля Видаля де ла Бланша

Видаль де ла Бланш (1845-1918).

Профессиональный географ, профессор университета Сорбонны, заведующий кафедрой географии. Главный труд вышел посмертно 1922 г. «Принципы географии человека».

Принял идеи Ратцеля, взял на вооружение его методику. 1898 г в статье, посвященной Ратцелю, поставил под сомнение один из главных выводов Ратцеля: «географическая индивидуальность – не есть что-то данное заранее природой, она лишь резервуар, где спит заложенная природой энергия, которую может разбудить только человек». Человек – важный географический фактор, т.е. носитель инициативы.

В истории выделял 2 аспекта: пространственный (географический), отраженный в окружающей среде и временной (исторический), отраженный в человеке относительно инициативы, т.е. второй аспект важнее, а географическое положение – данная природой возможность.

Теория пассибилизма

Подробно исследовал механизм расширения, распространения цивилизации. В рамках каждого конкретного пространственного ареала со своими особыми географическими условиями человек вступал во взаимодействие с природой, в результате чего на протяжении определенного временного отрезка вырабатывался определенный «образ жизни», замкнутый в этом ареале – очаг или ячейка цивилизации.

В процессе взаимодействия между ячейками цивилизаций происходит обмен её достижениями, вследствие чего осуществляется распространение цивилизации.

Выделял особое «счастливое» положение Европы: климат, а главное – географическое многообразие, следовательно, многообразие очагов цивилизации, образа жизни, происходит интенсивный обмен достижениями, т.к. очаги плотно расположены.

В Европе развитие цивилизаций осуществлялось непрерывно, а в Африке и Азии ячейки цивилизации подвергались разрушению, а после перерыва частично возобновлялись.

Считал, что главный район мировой цивилизации – «Северная полусфера» от Средиземноморья до Китайского моря.

Считал, что Франция – самый удачный пример взаимопроникновения очагов цивилизации и выполняет в мире важную цивилизующую миссию.

До начала Первой мировой войны отмечал, что Германия – единственная в мире великая держава, не имеющая выхода для экспансии, территориально оттеснена великими соседями, а следовательно – потенциально опасна, и нужно препятствовать её усилению.

Его прогнозы в главном труде:

— будущее проникновение моря и суши (развитие коммуникаций делает континент более проницаемым, т.е. Хартленд все более прозрачен, но море все больше зависит от континентальных коммуникаций, эта взаимозависимость будет расти и дальше).

— возникновение мирового государства (через проникновение и объединение цивилизаций).

Ученики: Жан Ансель (1882-1943)

1938 год — «География границ», продолжал идеи Ратцеля, отказывался рассматривать границы как строгий барьер между государствами, характеризуя их как временную периферию стран – результат равновесия между жизненными силами двух народов. Их изменения – компромисс между желательностью и необходимостью.

Его геополитические идеи направлены на непримиримую борьбу с германской геополитической школой. Германскую геополитику называл псевдогеографией, противопоставлял Францию Германии, как страну с цивилизующей, а не завоевательной миссией.

Германской концепции поглощения малых стран более сильными противопоставлял идею создания подвижных, гибких группировок стран, в которых достижения цивилизации распределяются пропорционально вкладу в общее благосостояние человечества.

Политические взгляды А. Деманжона и Ж. Готтманна

Альбер Деманжор (1872-1940)

1920 – «Упадок Европы».

Констатировал ослабление международной экономики, политическое влияние старых держав Европы, тенденции превращения США в нового мирового гегемона, возникновение нового Средиземноморья на Тихом океане – зона взаимопроникновения Востока и Запада и её гегемон – Япония; указывал на опасность военизации исламского мира; видел выход в общеевропейской кооперации – объеди-нении Европы; считал, что будущий мир будет триполярным – США, объединенная Европа, Япония.

Предметом анализа Альберта Деманжона (1872—1940) — ученика Блаша, были сдвиги в геополитической структуре мира, возникшие после Первой мировой войны. Предметом особого беспокойства Деманжона было падение роли Европы в международных делах. В книге «Упадок Европы» (1920) он анализирует причины смещения баланса сил в мире, приведшие Европу на перефирию глобальной политики.

По прогнозам Деманжона, геополитическая структура мира должна быть трехполюсной: США, Япония и объединенная Европа. После Первой мировой войны США превратились в мирового лидера. Япония стала региональной державой, которая доминирует в пределах «Нового Средиземноморья» — Тихоокеанского региона.

И лишь Европа скатывалась на перефирию под давлением континентальных противоречий и геополитического раскола, что вызывало у него беспокойство. В ситуации упадка Европы значительную опасность для нее представляла милитаризация исламского мира. Противостоять этим угрозам могла только объединенная Европа, идея которой широко обсуждалась в 1920-е годы.

Деманжон был яростным сторонником европейской кооперации. В 1922 г. австрийский граф Куденхове-Калерги выдвинул идею объединения Европы. В 1923 г. была опубликована его книга «Пан-Европа», а в июне 1924 г. ее автор обратился с открытым письмом к французским парламентариям, в котором изложил свой проект.

В нем констатировалась необходимость объединения Европы перед лицом трех сил — СССР, США и Великобритании. Советскому Союзу, из-за его «социальных экспериментов», не находилось места в Европе, взамен ему отводилась роль «моста» между Европой и Китаем. Ядро союза должны были составить примирившиеся Франция и Германия, которая противостояла бы агрессии с Востока.

В октябре 1926 г. состоялся первый «Паневропейский конгресс», на котором было объявлено о создании «Паневропейского союза». Почетным председателем Союза стал известный политический деятель Аристид Бриан (министр иностранных дел Франции). Членами союза были такие политические деятели, как Э. Эррио, Л. Блюм, Э. Даладье, П. Бонкур (Франция), Я. Шахт, К. Вирт (Германия), Ф.

Бейкер (Великобритания), немецкие писатели Т. и Г. Манны, французский поэт П. Валери, испанский философ X. Ортега-и-Гассет, всемирно известные ученые А. Эйнштейн, 3. Фрейд и др. В конце 20-х годов А. Бриан выдвинул проект европейского объединения.

Проект предполагал сохранение независимости и суверенитета всех участников союза: в нем использовались такие понятия, как «общий рынок», «европейское сообщество». По мнению Деманжона, геополитическая ситуация в Европе после Первой мировой войны является шагом назад, ведущим к автаркии и будущим конфликтам.

Только политика интеграции и объединения государств могла предупредить упадок Европы. Позже, в 30-е гг. XX в., изменился геополитический ландшафт на европейском континенте, баланс сил «победителей и проигравших». В условиях экономического кризиса 1929—1933 гг. заметно ослабло положение Франции как великой державы.

Последствия кризиса усугубляли процесс зарождения фашизма и рост опасности со стороны Германии, стремящейся к реваншу. Выход из этой ситуации Деманжон видел не только в более эффективном использовании национальных ресурсов, модернизации промышленности и сельского хозяйства в пределах самой метрополии, но и призывал к проведению более рациональной колониальной политики.

Причем колонизация трактовалась им в рамках концепции «front de colonisation» как национальная ревитализация, т.е. оживление. Деманжон считал необходимым вкладывать больше капиталов в колонии, поощрять эмиграцию в них. В противостоянии океанических и континентальных стран (дихотомия «Суша — Море») он отдавал предпочтение «морской ориентации» Франции, которая в то время в отличие от Германии имела колонии и могла развивать с ними торговые отношения.

Жанн Готтман (1915-1994) ученик де Манжона, профессор Сарбоны. В 52г. выпустил книгу «Политика государств и их география» — подверг критике концепции Ратцеля и Хаусхофера, а также Маккиндера и Спикмена.

Геополитика в их понимании – наука о войне, а опыт гитлеровской герм – это воплощение на практике идей Ратцеля. Делил мир на морские и континентальные державы, чем не сказал ничего нового – Мэхен. Оспаривал классическую геополитику. Не соглашался с тем, что «чем больше государство, тем оно сильнее».

Страны Европы относительно не велики, но доминируют в мире. Организация государства и его географическое положение, под которым понимал отношение государства к основным коммуникационным линиям и приуроченным им потокам: движение людей, армий, товаров, капиталов, идей.

Поэтому центральным понятием геополитики, считал он, должно стать понятие коммуникации. Предложил понятие – иконография. Иконография в пространстве – выражение представлений о картине окружающего мира, сообщество определенного самоорганизованного пространства.

Сформировавшегося под воздействием национальной, социальной, культурной, религиозной истории этого пространства. Предложенная им центральная проблема геополитики – проблема взаимодействия между коммуникацией и иконографией.

Ж. Готтманн говорит о циркуляции иконографии, т.е. о взаимном влиянии региональных иконографии. Иконография со временем может также отрываться от той реальной почвы, которая ее породила много веков или даже тысячелетий назад, и воспроизводиться инерционно.

Сила иконографии как фактора, дифференцирующего пространство, заключается в том, что это духовное явление, обладающее большой психологической инертностью, очень слабо поддающееся трансформации.

Центральная проблема политической географии и геополитики, по Готтманну, — это проблема взаимодействия между «circulation» и «iconographie».

Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:

Источник: https://megalektsii.ru/s46352t3.html

Вопрос 9. Геополитические идеи ф. Ратцеля, р. Челлена, п. Видаль де ла Бланша

Геополитические взгляды Поля Видаля де ла Бланша

КонцепцияРатцеля.Фридрих Ратцель – отец геополитики. Впервых работах сделал вывод о влиянииклимата на человека:

1.под влиянием света, холода, сырости ит.д. происходит смена характера и духнастроя человека

2.климат воздействует на расселение,переселение народа. Степной климатспособствует кочевому образу жизни.Оказавшись в сыром климате кочевникипереходят к земледелию.

3.От климата зависит растительность ираспределение животных, образ жизни ирод занятий человека.

Книги:«Антропогеография» – эволюция,демография, культурное и политическоестановление народов зависит от средыих обитания. «Политическая география»– биографическая концепция государства:« государство складывается как организм,привязанный к определенной частиповерхности земли, а его характеристикиразвиваются из характеристик народови почвы».

В1901 вышла работа «О законах пространственногороста гос-в». Она насчитывает 7 законов:1.Пространство государства растет вместес ростом его культуры.2. Пространственныйрост государств сопровождается развитиемидей, повышенной активности в различныхсферах торговли.3.

Рост государстваосуществляется путем поглощения дргосударств.4. Граница есть периферийныйорган государства, является показ силыили слабости государства, изменениеего организма.5.

В своем росте гос-востремиться вобрать в себя наиболееценные элементы физического окружения:береговые линии, бассейны рек, равнины,богатые ресурсами районы – «политическиценные места».6.

Исходный импульспространств росту приходит гос-ву извне, благодаря перепадам уровняцивилизации, соседствующих территорий.7.Общая тенденция поглощения слабыхцивилизаций сильными переходит отгос-ва к гос-ву и по мере перехода набираетсилу т.е. подталкивает к увеличениютерритории.

КонцепцияР. Челлена.

Считал,что географическая среда – «телогосударства», а народ – душа. И то идругое надо изучать в неразрывномединстве. В своей книге «Государствокак форма жизни» предложил формулу,по которой складывается мощь государства.

Мощь государства составляют географическиесвойства, хозяйство, народ, формагосударственного правления. Высказалмнение, что государство состоит из 5сфер:- государство как географическоепространство. — государство как народ.

— как хозяйство — как общество, — какуправление, конституционное иадминистративное устройство.

Выдвигалконцепцию создания экономическисамодостаточного закрытого государства,защищенного народного дома.Прогнозымеждународных отношений:1914 г. Монография»Великие державы», очерки из областисовременной большой политики.

Здесьрассмотрел важные политические аспектымеждународных отношений к 14 году,определил интересы ведущих держав,которые подразделил на мировые(Великобритания, США, Германия, Россия)и великие (Франция, Италия, Австро-Венгрия,Япония). Предрекал Германии рольконтинентального государства Европы,т.к.

она обладает осевым динамизмом всилу срединного положения. В силу своегополитического фактора противостоитразрушительным силам Англии и Франции.

Война,по Челлену, есть инструмент прогрессачел-ва. Его теория была взята на вооружениегерманским фашизмом, но сам он расизмане принимал, идеологию считалвторостепенной.

Видальде ла Бланш.

Главныйтруд ­­­­­- «Принципы географиичеловека». Человек – важныйгеографический фактор, т.е. носительинициативы. В истории выделял 2 аспекта:пространственный (географический),отраженный в окружающей среде и временной(исторический), отраженный в человекеотносительно инициативы, т.е.

второйаспект важнее, а географическое положение– данная природой возможность.

Врамках каждого конкретного пространственногоареала со своими особыми географическимиусловиями человек вступал во взаимодействиес природой, в результате чего на протяженииопределенного временного отрезкавырабатывался определенный «образжизни», замкнутый в этом ареале –очаг или ячейка цивилизации.

  Впроцессе взаимодействия между ячейкамицивилизаций происходит обмен еёдостижениями, вследствие чегоосуществляется распространениецивилизации. Выделял особое «счастливое»положение Европы: климат, а главное –географическое многообразие, следовательно,многообразие очагов цивилизации, образажизни, происходит интенсивный обмендостижениями, т.к.

очаги плотно расположены.ВЕвропе развитие цивилизаций осуществлялосьнепрерывно, а в Африке и Азии ячейкицивилизации подвергались разрушению,а после перерыва частично возобновлялись.Считал, что главный район мировойцивилизации – «Северная полусфера»от Средиземноморья до Китайского моря.

Считал, что Франция – самый удачныйпример взаимопроникновения очаговцивилизации и выполняет в мире важнуюцивилизующую миссию.

  Доначала Первой мировой войны отмечал,что Германия – единственная в миревеликая держава, не имеющая выхода дляэкспансии, территориально оттесненавеликими соседями, а следовательно –потенциально опасна, и нужно препятствоватьеё усилению.  Егопрогнозы в главном труде:- будущеепроникновение моря и суши (развитиекоммуникаций делает континент болеепроницаемым, т.е. Хартленд все болеепрозрачен, но море все больше зависитот континентальных коммуникаций, этавзаимозависимость будет расти и дальше).- возникновение мирового государства(через проникновение и объединениецивилизаций).  Вопрос10. Геополитическиеидеи Х. МакКиндера и К. Хаусхофера.

ХэлфордДжон МакКиндер.

Основательтеории «Хартленда», главный труд«Географическая ось истории», в которомМаккиндер вводит понятие Хартленда.Хартлендом Маккиндер назвал центральнуючасть Евразии, вокруг которой расположенывнутренняя дуга (Европа-Аравия-Индокитай)и периферийная дуга (Америка-Африка-Океания).

Особенно стоит отметить, что к периферииМаккиндер отнес и Соединенные ШтатыАмерики. Маккиндер,в отличие от большинства своихсоотечественников, придавал большеедля геополитического положениягосударства значение земной массе, чемморскому могуществу.

Второй его труд«Демократические идеалы и реальность»,где он сформулировал свою максимуследующим образом: «Кто контролируетВосточную Европу, тот командуетХартлендом; Кто контролирует Хартленд,тот командует Мировым островом (то естьЕвразией и Африкой); Кто контролируетМировой остров, тот командует миром».

Третий труд Маккиндера «Земной шар идостижение мира», где кардинальнопересматривается будущее мировоеустройство после окончания Второймировой войны.

В своей работе Маккиндервводит новую геополитическую ось— США,обосновывает идею геополитическихблоков и предсказывает становлениедвуполярного мира, вращающегося вокругдвух противостоящих друг другу осей:Соединенных Штатов и Советского Союза(Хартленда).

Хаусхофер.

Хаусхофери его школа разработали концепцию“большого Пространства”. Сам термин“большое пространство” возник еще вантичном мире и в него включали умеренныетропические и субтропические зоны полинии Восток—Запад. В 40-х годах XX всформировалось два больших геополитическихобразования панамериканский ивосточно-азиатский блоки.

Идеи Хаусхоферапредшествовала концепция «СрединнойЕвропы», выдвинутая в начале первойМировой Войны. Суть её: Германия каксамая развитая и сильная страна наконтиненте должна объединить вокругсебя малые страны центральной Европыв порядке конфедерации.

Это должен бытьэкономический, политический союз, гдеГермания – гегемон и гарант военнойзащиты. «Апология немецкой геополитики»– главный труд. Основные идеи: Идеяжизненного пространства, необходимогонароду для существования: «народ безпространства имеет право на пространствобез народа».  Вопрос11.

 Геополитическиеидеи А. Мэхена и Н. Спайкмена.Теория»морского могущества» Альфреда Т.Мэхена

АльфредТ. Мэхен в 1890 г опубликовал свою первуюкнигу “Влияние морской силы на историю1660—1783 гг.”. Впоследствии вышли в светработы “Влияние морской силы наФранцузскую Революцию и Империю”,“Заинтересованность Америки в морскойсиле в настоящем и будущем”, “ПроблемаАзии и ее воздействие на международнуюполитику”, “Морская сила и ее отношениек войне”.

Как видно из простогоперечисления названий трудов адмирала,все они раскрывают одну тему “Морскаясила и ее влияние на историю”. Еще вконце XIX в. в работе “Влияние морскойсилы на историю” Мэхен утверждал, чтообладание морем или контроль над ним ипользование им являются теперь и всегдабыли великими факторами в истории мира.

Далее американский адмирал заключает,что в обоих случаях победителем былтот, за кем оставалось обладание морем.Морская цивилизация у Мэхена выступаеткак торговая цивилизация. По этомуповоду он замечает: нация, котораястремилась обеспечить за собоюнесоразмерную долю благ морской торговли,прилагала все старания для исключенияиз участия в них других наций.

Колонизация,захват морских коммуникации и другиедействия держав, стремящихся кмонополизации торговли, — все это велок войнам. Поэтому история морской силыесть в значительной мере и военнаяистория.

Главные условия, влияющие наморскую силу нацийследующие географическоеположение, физическое строение, включаясюда естественную производительностьи климат, размеры территории, численностьнародонаселения, характер народа;характер правительства, включая в этурубрику и национальные учреждения.

НиколаеСпайкмен

Былпродолжателем теории адмирала Т Мэхена.Основной тезис Спайкмена можно свестик тому, что Макиндер переоценилгеополитическое значение Неаrtlаnd'а.Rimland — ключ к мировому господству,поэтому тот, кто доминирует над ним,доминирует над Евразией, держит судьбумира в своих руках.

Он выделил десятькритериев геополитического могуществагосударства: поверхность территории,природа границ, объем населения, наличиеили отсутствие полезных ископаемых,экономическое и технологическоеразвитие, финансовая мощь, этническаяоднородность, уровень социальнойинтеграции, политическая стабильность,национальный дух.

Если сумма оценкигеополитических возможностей государствапо этим критериям оказывается небольшой,то данное государство вынужденопоступаться частью своего суверенитета.

Кромеэтого, Спайкмен ввел новую категорию —“Срединный океан”, который выступаету него как “внутреннее море”, каковымв Древнем мире и в Средние века былоСредиземное море.

Он выделяет особуюгеополитическую реальность —“атлантический контингент”, связанныйобщностью культуры западноевропейскогопроисхождения, идеологией либерал-капитализма,демократии, единством политической,этической судьбы своего рода.

Мозгомнового атлантического сообществастановятся Западная Европа и поясВосточного побережья США (особенноНью-Йорк), главным силовым механизмомконтинента — США, располагающие мощнымвоенно-промышленным и торговым потенциаломЕвропа — придаток США экономический,военный, интеллектуальный.

Власть наконтиненте постепенно перейдет к особойструктуре, объединяющей лидеров всех“атлантических” пространств. Главнуюроль в этой структуре будет, безусловно,играть США.

Вопрос.12. Предыстория русской школы геополитики:отФилофея до славянофилов

ИзложеннаяФилофеем концепция «Москва — третийРим» оказалась одной из центральных вистории последующего времени.     Онпредположил, что история развиваетсяпо воле Бога в виде смены царств. Этаконцепция сыграла роль объединения впроцессе формирования единого государствав 16 веке. Затем в 17 веке были реформыПетра I.

Под лозунгом преодоленияотсталости от передовых стран Европыи завоевание положения Великой державыпрошел весь 18 век. Во второй половине19 века в русском обществе сложилисьнесколько концепций. Теория официальнойнародности (казенного патриотизма приНиколае I). Автор – граф. Уваров.

Утверждалособые условия существования Российскойимперии, знаменитая троица: самодержавие,православие, народность. Единственныйвозможный способ укрепления самодержавия- поддержка русским народом и выражениеего интересов, причина – православие.

Следовательно, то, что происходит вЕвропе (нестабильность), России негрозит, т.к. Россия из «другогоматериала».

Возникаютсамостоятельные течения в обществе –теории западников и славянофилов в30-40-е гг. 19 века.

Суть идей западников:Россия отставала и продолжает отставатьот передовых стран Западной Европы вэкономическом, политическом и культурномплане, нуждается в скорых реформах.

Всяистория России – история преодоленияэтого отставания. Основные представители:Грановский, Кавелин, Чичерин, Белинский,Герцен.

Сутьидеи славянофилов. Общество в Россиистроится на других принципах, чем Запад.Там индивидуализм, в России – коллективизм(соборность). Следовательно, всереволюционные потрясения России негрозят. Представители: Хомяков,Кирииевский, братья Максаковы.

Западникии Славянофилы сходились на том, чтонужна отмена крепостного права иреформирование самодержавия.       Вопрос13. Евразийство и неоевразийство:геополитические идеи. тема евразийского движения — этоутверждение самобытных основ российскойистории и культуры.

В концепции евразийцевРоссия является особым этногеографическими культурным миром, занимающим срединноеположение («Хартленд») между Западом иВостоком, Европой и Азией. Концепцияевразийцев формировалась во многом наидеях славянофилов и почвенничестваФ.М. Достоевского.

Евразийцы, отстаиваяэту идею, ввели новый термин длягеополитики — «место развитие». В этопонятие они включили неповторимуюгеографическую среду, основу которойсоставлял «Хартленд».

В этой средепроисходило становление не толькоотдельного индивида, но и крупныхчеловеческих общностей.

Неоевразийство:связано это течение с именем историка,этнографа, географа Л.Н. Гумилева, егоидеей евразийской пассионарности.

Во-первых, любой этнос представляетсобой общность людей, объединеннуюнекоторым стереотипом поведения;во-вторых, этнос и его стереотип поведенияформируются в конкретных географо-климатическихусловиях и остаются устойчивымидлительный период времени, сравнимыйсо временем существования этноса;в-третьих, суперэтнические целостностиформируются на основе обобщенногостереотипа поведения, разделяемогопредставителями различных этносовединого суперэтноса; в-четвертых,стереотип поведения суперэтническойцелостности представляет собой некоторыйспособ бытия, отвечающий определеннымусловиям существования.

Источник: https://studfile.net/preview/6195589/page:5/

Refy-free
Добавить комментарий