Болдинская осень

Хронологический список произведений, написанных в Болдино осенью 1830 года

Болдинская осень

«Скажу тебе (за тайну),  что я в Болдине писал,   как давно уже не писал…»
                                                                                                (Из письма П. А. Плетневу)
 

Пребывание Пушкина в Болдине в 1830 году
              продолжалось с 3 сентября по последние числа ноября

7 сентября —   Бесы («Мчатся тучи, вьются тучи…»)

8 сентября —   Элегия («Безумных лет угасшее веселье…»)

9 сентября —   повесть «Гробовщик»

13 сентября — Сказка о попе и о работнике его Балде
                         Сказка о Медведихе

14 сентября — повесть «Станционный смотритель»;
                         предисловие к Повестям Белкина «От Издателя»

18 сентября — Путешествие Онегина

20 сентября — повесть «Барышня-крестьянка»

25  сентября —роман в стихах «Евгений Онегин». Песнь IX                         (это последняя глава романа в стихах,

                         в окончательной редакции она станет восьмой)

26 сентября — Труд
                         («Миг вожделенный настал:                         окончен мой труд многолетний…»);

                         Ответ анониму

1 октября —     Царскосельская статуя;
К переводу «Илиады»;
                         «Румяный критик мой,
насмешник толстопузый»
2 октября —     «Глухой глухого звал…»

4 октября —     Дорожные жалобы

5 октября —     Прощание

7 октября —     Паж, или  Пятнадцатый год

8 октября —     «Я здесь, Инезилья»
                          «Пред испанкой благородной»

9  октября —     поэма «ДОМИК В КОЛОМНЕ»

11 октября —    Рифма;
                          Отрок

14  октября —  повесть «Выстрел»

15  октября —   Эпиграмма («Не то беда, Авдей Флюгарин…»);
                          Моя родословная;
                          «Два чувства дивно близки нам…»;
                          «Когда порой воспоминанье…»

17 октября —    «Стамбул гяуры нынче славят…»;
                          Заклинание

19 октября —    сожжена X песнь Онегина

20 октября —    повесть «Метель»

23 октября —    «Маленькие трагедии»: Скупой рыцарь
24-25 октября —   О критике 
                          статья «Об Альфреде Мюссе»;
                          Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы;
                          «В начале жизни школу помню я…»

26  октября —   «Маленькие трагедии»: Моцарт И Сальери;
                          Отрывок
( начало этого прозаического отрывка
                          войдет потом в «Египетские ночи»)

29 октября —    статья «Опыт отражения некоторых нелитературных    обвинений»;
Опровержения на критики и замечания на собственные сочинения;
Заметка о поэме «Граф Нулин»;
«Мы рождены, мой брат названный…»

                                          (А. А. Дельвигу)

31 октября —     Герой
1 ноября —        статья «О втором томе «Истории русского народа «Полевого»;
История села Горюхина

4  ноября   —      «Маленькие трагедии»: Каменный гость;
                            Отрывок
(«Не розу пафосскую…»)

5 ноября —         статья «Возражения критикам «Полтавы»»;
                            статья «Баратынский»

8 ноября   —       «Маленькие трагедии»: Пир во время чумы;
                            На перевод «Илиады»

26 ноября  —      статья «О народной драме и о «Марфе Посаднице» М.П.Полевого»

27 ноября —        «Для берегов отчизны дальной…»;
                            Из
Barry Cornwall

28 ноября  —      Предисловие к «Евгению Онегину»
                           «Цыганы»

Источник: https://nizrp.ru/180letbo_xsp.php

Ю.М.Лотман. Пушкин. Болдинская осень

Болдинская осень
Выехав из Москвы 31 августа, Пушкин 3 сентября приехал в Болдино.[1] Он рассчитывал за месяц управиться с делами по введению во владение выделенной отцом деревней, заложить ее[2] и вернуться в Москву, чтобы справить свадьбу. Ему было немного досадно, что за этими хлопотами пропадет осень – лучшее для него рабочее время: «Осень подходит.

Это любимое мое время – здоровье мое обыкновенно крепнет – пора моих литературных трудов настает – а я должен хлопотать о приданом (у невесты приданого не было. Пушкин хотел венчаться без приданого, но тщеславная мать Натальи Николаевны не могла этого допустить, и Пушкину пришлось самому доставать деньги на приданое, которое он якобы получал за невестой. – Ю. Л.

), да о свадьбе, которую сыграем Бог весть когда. Всё это не очень утешно. Еду в деревню, Бог весть, буду ли там иметь время заниматься и душевное спокойствие, без которого ничего не произведешь, кроме эпиграмм на Каченовского» (XIV, 110).

Пушкин был атлетически сложен, хотя и невысок ростом, физически крепок и вынослив, обладал силой, ловкостью и крепким здоровьем.

Он любил движение, езду верхом, шумную народную толпу, многолюдное блестящее общество. Но любил он и полное уединение, тишину, отсутствие докучных посетителей. Весной и в летнюю жару его томили излишнее возбуждение или вялость. По привычкам и физическому складу он был человеком севера – любил холод, осенние свежие погоды, зимние морозы.

Осенью он чувствовал прилив бодрости. Дождь и слякоть его не пугали: они не мешали прогулкам верхом – единственному развлечению в это рабочее время – и поддерживали горячку поэтического труда. «…Осень чудная, – писал он Плетневу,[3] – и дождь, и снег, и по колено грязь» (XIV, 118). Перспектива потерять для творчества это заветное время настраивала его раздражительно.

Дело было не только в том, что тяжелый 1830 год сказывался утомлением: петербургская жизнь с суетой литературных схваток отнимала силы и не оставляла времени для работы над творческими замыслами – а их накопилось много, они заполняли и голову, и черновые тетради поэта.

Он чувствовал себя «артистом в силе», на вершине творческой полноты и зрелости, а «времени» заниматься и «душевного спокойствия, без которого ничего не произведешь», не хватало. Кроме того, осенний «урожай» стихов был основным источником существования на весь год.

Издатель и друг Пушкина Плетнев, следивший за материальной стороной пушкинских изданий, постоянно и настойчиво ему об этом напоминал. Деньги были нужны. С ними была связана независимость – возможность жить без службы, и счастье – возможность семейной жизни. Пушкин из Болдина писал с шутливой иронией Плетневу: «Что делает Дельвиг, видишь ли ты его.

Скажи ему, пожалуйста, чтоб он мне припас денег; деньгами нечего шутить; деньги вещь важная – спроси у Канкрина (министр финансов. – Ю. Л.) и у Булгарина» (XIV, 112). Работать было необходимо, работать очень хотелось, но обстоятельства складывались так, что, по всей видимости, работа не должна была удасться.

Пушкин приехал в Болдино в подавленном настроении. Не случайно первыми стихотворениями этой осени были одно из самых тревожных и напряженных стихотворений Пушкина «Бесы» и отдающая глубокой усталостью, в которой даже надежда на будущее счастье окрашена в меланхолические тона, «Элегия» («Безумных лет угасшее веселье…»).

Однако настроение скоро изменилось; все складывалось к лучшему: пришло «прелестное» письмо от невесты, которое «вполне успокоило»: Наталья Николаевна соглашалась идти замуж и без приданого (письмо, видимо, было нежным – оно до нас не дошло), канцелярская канитель была полностью передоверена писарю Петру Кирееву, но покинуть Болдино оказалось невозможным: «Около меня Колера Морбус (cholera morbus – медицинское наименование холеры. – Ю. Л.). Знаешь ли, что это за зверь? того и гляди, что забежит он и в Болдино, да всех нас перекусает» (в письме невесте он называл холеру более нежно, в соответствии с общим тоном письма: «Очень миленькая особа» – XIV, 112, 111 и 416). Однако холера мало тревожила Пушкина – напротив, она сулила длительное пребывание в деревне. 9 сентября он осторожно пишет невесте, что задержится дней на двадцать, но в тот же день Плетневу, – что приедет в Москву «не прежде месяца». И с каждым днем, поскольку эпидемия вокруг усиливается, срок отъезда все более отодвигается, следовательно, увеличивается время для поэтического труда. Он твердо верит, что Гончаровы не остались в холерной Москве и находятся в безопасности в деревне, – причин для беспокойства нет, торопиться ехать незачем. Только что оглядевшись в Болдине, 9 сентября он пишет Плетневу: «Ты не можешь вообразить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать. Жена не то, что невеста. Куда! Жена свой брат. При ней пиши сколько хошь. А невеста пуще цензора Щеглова, язык и руки связывает… Ах, мой милый! что за прелесть здешняя деревня! вообрази: степь да степь; соседей ни души; езди верхом сколько душе угодно, [сиди..?] пиши дома сколько вздумается, никто не помешает. Уж я тебе наготовлю всячины, и прозы и стихов» (XIV, 112). В болдинском уединении есть еще одно для Пушкина очарованье; оно совсем не мирное: рядом таится смерть, кругом ходит холера. Чувство опасности электризует, веселит и дразнит, как двойная угроза (чумы и войны) веселила и возбуждала Пушкина в его недавней – всего два года назад – поездке под Арзрум в действующую армию. Пушкин любил опасность и риск. Присутствие их его волновало и будило творческие силы. Холера настраивает на озорство: «…я бы хотел переслать тебе проповедь мою здешним мужикам о холере; ты бы со смеху умер, да не стоишь ты этого подарка» (XIV, 113), – писал он Плетневу. этой проповеди сохранилось в мемуарной литературе. Нижегородская губернаторша А. П. Бутурлина спрашивала Пушкина о его пребывании в Болдине: «Что же вы делали в деревне, Александр Сергеевич? Скучали?» – «Некогда было, Анна Петровна. Я даже говорил проповеди». – «Проповеди? – «Да, в церкви, с амвона. По случаю холеры. Увещевал их. „И холера послана вам, братцы, оттого, что вы оброка не платите, пьянствуете. А если вы будете продолжать так же, то вас будут сечь. Аминь!“»1 Однако возбуждала не только опасность болезни и смерти. И слова, написанные тут же в Болдине: Всё, всё, что гибелью грозит,Для сердца смертного таитНеизъяснимы наслажденья (VII, 180), хотя и касаются непосредственно «дуновенья Чумы», упоминают также «упоение в бою, / И бездны мрачной на краю».

После подавления европейских революций 1820-х гг. и разгрома декабрьского восстания в Петербурге над Европой нависла неподвижная свинцовая туча реакции. История, казалось, остановилась. Летом 1830 г. эта тишина сменилась лихорадочными событиями.Атмосфера в Париже неуклонно накалялась с того момента, как в августе 1829 г. король Карл Х призвал к власти фанатического ультрароялиста графа Полиньяка. Даже умеренная палата депутатов, существовавшая во Франции на основании хартии, которая была утверждена союзниками по антинаполеоновской коалиции и возвращала власть Бурбонам, вступила в конфликт с правительством. Пушкин, находясь в Петербурге, с напряженным вниманием следил за этими событиями. Распространение французских газет в России было запрещено, но Пушкин получал их через свою приятельницу Е. М. Хитрово,[4] а также черпал информацию из дипломатических каналов, от мужа дочери последней – австрийского посла графа Фикельмона. Осведомленность и политическое чутье Пушкина были настолько велики, что позволяли ему с большой точностью предсказывать ход политических событий. Так, 2 мая 1830 г. он, обсуждая в письме к Вяземскому[5] планы издания в России политической газеты, приводит примеры будущих известий о том, «что в Мексике было землетрясение, и что Камера депутатов закрыта до сентября» (XIV, 87). Действительно, 16 мая Карл Х распустил палату.

26 июля король и Полиньяк совершили государственный переворот, отменив конституцию. Были опубликованы 6 ордонансов, уничтожены все конституционные гарантии, избирательный закон изменен в более реакционную сторону, а созыв новой палаты назначался, как и предсказывал Пушкин, на сентябрь. Париж ответил на это баррикадами. К 29 июля революция в столице Франции победила, Полиньяк и другие министры были арестованы, король бежал. Пушкин отправился в Москву 10 августа 1830 г. в одной карете с П. Вяземским, а приехав, поселился в его доме. В это время у них произошел характерный спор на бутылку шампанского: Пушкин считал, что Полиньяк попыткой переворота совершил акт государственной измены и должен быть приговорен к смертной казни, Вяземский утверждал, что этого делать «не должно и не можно» по юридическим и моральным соображениям. Пушкин уехал в деревню, так и не зная окончания дела (Полиньяк был в конце концов приговорен к тюремному заключению), и 29 сентября запрашивал из Болдино Плетнева: «Что делает Филипп (Луи-Филипп – возведенный революцией новый король Франции. – Ю. Л.) и здоров ли Полиньяк» (XIV, 113) – и даже в письме невесте интересовался, «как поживает мой друг Полиньяк» (уж Наталье Николаевне было много дела до французской революции!). Между тем революционные потрясения волнами стали распространяться от парижского эпицентра: 25 августа началась революция в Бельгии, 24 сентября в Брюсселе было сформировано революционное правительство, провозгласившее отделение Бельгии от Голландии; в сентябре начались беспорядки в Дрездене, распространившиеся позже на Дармштадт, Швейцарию, Италию. Наконец, за несколько дней до отъезда Пушкина из Болдина началось восстание в Варшаве. Порядок Европы, установленный Венским конгрессом, трещал и распадался. «Тихая неволя», как назвал Пушкин в 1824 г. мир, который предписали монархи, победившие Наполеона, народам Европы, сменялась бурями.Беспокойный ветер дул и по России. Эпидемии в истории России часто совпадали со смутами и народным движением. Еще были живы люди, которые помнили московский чумный бунт 1771 г., явившийся прямым прологом к восстанию Пугачева. Не случайно именно в холерный 1830 г. тема крестьянского бунта впервые появилась в пушкинских рукописях и в стихотворениях шестнадцатилетнего Лермонтова («Настанет год, России черный год…»).Известия о холере в Москве вызвали энергичные меры правительства. Николай I, проявив решительность и личное мужество, прискакал в охваченный эпидемией город. Для Пушкина этот жест получил символическое значение: он увидел в нем соединение смелости и человеколюбия, залог готовности правительства не прятаться от событий, не цепляться за политические предрассудки, а смело пойти навстречу требованиям момента. Он ждал реформ и надеялся на прощение декабристов. Вяземскому он писал: «Каков государь? молодец! того и гляди, что наших каторжников простит – дай Бог ему здоровье» (XIV, 122). В конце октября Пушкин написал стихотворение «Герой», которое тайно ото всех переслал Погодину в Москву с просьбой напечатать «где хотите, хоть в Ведомостях – но прошу вас и требую именем нашей дружбы не объявлять никому моего имени. Если московская цензура не пропустит ее, то перешлите Дельвигу, но также без моего имени и не моей рукой переписанную…» (XIV, 121–122). Стихотворение сюжетно посвящено Наполеону: величайшим деянием его поэт считает не военные победы, а милосердие и смелость, которые он якобы проявил, посетив чумный госпиталь в Яффе. И тема и дата под стихотворением намекали на приезд Николая I в холерную Москву. Этим и была обусловлена конспиративность публикации: Пушкин боялся и тени подозрения в лести – открыто высказывая свое несогласие с правительством, он предпочитал одобрение выражать анонимно, тщательно скрывая свое авторство. Однако стихотворение имело и более общий смысл: Пушкин выдвигал идею гуманности как мерила исторического прогресса. Не всякое движение истории ценно – поэт принимает лишь такое, которое основано на человечности. «Герой, будь прежде человек», – писал он в 1826 г. в черновиках «Евгения Онегина». Теперь эту мысль поэт высказал печатно и более резко: Оставь герою сердце! Что жеОн будет без него? Тиран… (III, 253)

Соединение тишины и досуга, необходимых для раздумий, и тревожного и веселого напряжения, рождаемого чувством приближения грозных событий, выплеснулось неслыханным даже для Пушкина, даже для его «осенних досугов», когда ему бывало «любо писать», творческим подъемом. В сентябре были написаны «Гробовщик» и «Барышня-крестьянка», завершен «Евгений Онегин», написана «Сказка о попе и работнике его Балде» и ряд стихотворений.

В октябре – «Метель», «Выстрел», «Станционный смотритель», «Домик в Коломне», две «маленькие трагедии» – «Скупой рыцарь» и «Моцарт и Сальери», писалась и была сожжена десятая глава «Евгения Онегина», создано много стихотворений, среди них такие, как «Моя родословная», «Румяный критик мой…», «Заклинание», ряд литературно-критических набросков. В ноябре – «Каменный гость» и «Пир во время чумы», «История села Горюхина», критические статьи. В Болдинскую осень пушкинский талант достиг полного расцвета.В Болдине Пушкин чувствовал себя свободным как никогда (парадоксально – эта свобода обеспечивалась теми 14-ю карантинами, которые преграждали путь к Москве, но и отделяли от «отеческих» попечений и дружеских советов Бенкендорфа, от назойливого любопытства посторонних людей, запутанных сердечных привязанностей, пустоты светских развлечений). Свобода же для него всегда была – полнота жизни, ее насыщенность, разнообразие. Болдинское творчество поражает свободой, выражающейся, в частности, в нескованном разнообразии замыслов, тем, образов. Разнообразие и богатство материалов объединялись стремлением к строгой правде взгляда, к пониманию всего окружающего мира. Понять же – для Пушкина означало постигнуть скрытый в событиях их внутренний смысл. Не случайно в написанных в Болдине «Стихах, сочиненных ночью во время бессонницы» Пушкин обратился к жизни со словами: Я понять тебя хочу,Смысла я в тебе ищу (III, 250). Смысл событий раскрывает история. И Пушкин не только за письменным столом окружен историей, не только тогда, когда обращается к разным эпохам в «маленьких трагедиях» или анализирует исторические труды Н. Полевого. Он сам живет, окруженный и пронизанный историей. А. Блок видел полноту жизни в том, чтобы …смотреть в глаза людские,И пить вино, и женщин целовать,И яростью желаний полнить вечер,Когда жара мешает днем мечтать,И песни петь! И слушать в мире ветер!(«О смерти», 1907) Последний стих мог бы быть поставлен эпиграфом к болдинской главе биографии Пушкина.

В Болдине было закончено значительнейшее произведение Пушкина, над которым он работал семь с лишним лет, – «Евгений Онегин». В нем Пушкин достиг еще неслыханной в русской литературе зрелости художественного реализма.

Достоевский назвал «Евгения Онегина» поэмой «осязательно реальной, в которой воплощена настоящая русская жизнь с такою творческою силой и с такою законченностию, какой и не бывало до Пушкина, да и после его, пожалуй»[6].

Типичность характеров сочетается в романе с исключительной многогранностью их обрисовки. Благодаря гибкой манере повествования, принципиальному отказу от односторонней точки зрения на описываемые события, Пушкин преодолел разделение героев на «положительных» и «отрицательных».

Это имел в виду Белинский, отмечая, что, благодаря найденной Пушкиным форме повествования, «личность поэта» «является такою любящею, такою гуманною»[7].

Если «Евгений Онегин» подводил черту под определенным этапом поэтической эволюции Пушкина, то «маленькие трагедии» и «Повести Белкина» знаменовали начало нового этапа. В «маленьких трагедиях» Пушкин в острых конфликтах раскрыл влияние кризисных моментов истории на человеческие характеры. Однако и в истории, как и в более глубоких пластах человеческой жизни, Пушкин видит мертвящие тенденции, находящиеся в борении с живыми, человеческими, полными страсти и трепета силами. Поэтому тема застывания, затормаживания, окаменения или превращения человека в бездушную вещь, страшную своим движением еще больше, чем неподвижностью, соседствует у него с оживанием, одухотворением, победой страсти и жизни над неподвижностью и смертью. «Повести Белкина» были первыми законченными произведениями Пушкина-прозаика. Вводя условный образ повествователя Ивана Петровича Белкина и целую систему перекрестных рассказчиков, Пушкин проложил дорогу Гоголю и последующему развитию русской прозы.После многократных неудачных попыток Пушкину удалось наконец 5 декабря вернуться в Москву к невесте. Дорожные впечатления его были невеселыми. 9 декабря он писал Хитрово: «Народ подавлен и раздражен, 1830-й г. – печальный год для нас!» (XIV, 134 и 422).Размышления над обстоятельствами Болдинской осени подводят к не лишенным интереса заключениям. В 1840-х гг. в литературе получила распространение исключительно плодотворная идея определяющего воздействия окружающей среды на судьбу и характер отдельной человеческой личности. Однако у каждой идеи есть оборотная сторона: в повседневной жизни среднего человека она обернулась формулой «среда заела», не только объяснявшей, но и как бы извинявшей господство всесильных обстоятельств над человеком, которому отводилась пассивная роль жертвы. Интеллигент второй половины XIX в. порой оправдывал свою слабость, запой, духовную гибель столкновением с непосильными обстоятельствами. Размышляя над судьбами людей начала XIX в., он, прибегая к привычным схемам, утверждал, что среда была более милостивой к дворянскому интеллигенту, чем к нему – разночинцу. Судьба русских интеллигентов-разночинцев была, конечно, исключительно тяжела, но и судьба декабристов не отличалась легкостью. А между тем никто из них – сначала брошенных в казематы, а затем, после каторги, разбросанных по Сибири, в условиях изоляции и материальной нужды – не опустился, не запил, не махнул рукой не только на свой душевный мир, свои интересы, но и на свою внешность, привычки, манеру выражаться.

Декабристы внесли огромный вклад в культурную историю Сибири: не среда их «заедала» – они переделывали среду, создавая вокруг себя ту духовную атмосферу, которая была им свойственна.

Еще в большей мере это можно сказать о Пушкине: говорим ли мы о ссылке на юг или в Михайловское или о длительном заточении в Болдине, нам неизменно приходится отмечать, какое благотворное воздействие оказали эти обстоятельства на творческое развитие поэта.

Создается впечатление, что Александр I, сослав Пушкина на юг, оказал неоценимую услугу развитию его романтической поэзии, а Воронцов и холера способствовали погружению Пушкина в атмосферу народности (Михайловское) и историзма (Болдино).

Конечно, на самом деле все обстояло иначе: ссылки были тяжким бременем, заточение в Болдине, неизвестность судьбы невесты могли сломать и очень сильного человека. Пушкин не был баловнем судьбы.

Разгадка того, почему сибирская ссылка декабриста или скитания Пушкина кажутся нам менее мрачными, чем материальная нужда бедствующего по петербургским углам и подвалам разночинца середины века, лежит в активности отношения личности к окружающему: Пушкин властно преображает мир, в который его погружает судьба, вносит в него свое душевное богатство, не дает «среде» торжествовать над собой. Заставить его жить не так, как он хочет, невозможно. Поэтому самые тяжелые периоды его жизни светлы – из известной формулы Достоевского к нему применима лишь часть: он бывал оскорблен, но никогда не допускал себя быть униженным.

Источник: http://www.hallenna.narod.ru/pushkin_lotman_gl7.html

Что означает выражение «Болдинская осень»?

Болдинская осень

Болдино, осень, Пушкин

Болдинская осень — (иносказательно) самая плодотворная в творческом отношении пора в жизни человека, время свершений, расцвет творческих сил и способностей, творческий подъём.

Болдинская осень А. С. Пушкина: 3 сентября — 5 декабря 1830 года

Происхождение фразеологизма обязано истории жизни поэта А. С. Пушкина. 29 августа 1830 года Пушкин отправился в свое имение в Нижегородской области Болдино ради вступления в права владения ещё одной деревенькой Кистенево, расположенной рядом.

Он собирался управиться с делами в месяц, потому что в Москве ждала его невеста Н. Гончарова. Однако в третьей декаде сентября Москвы достигла бушевавшая уже около трех месяцев на юге России эпидемия холеры. Пушкин вынужден был задержаться в Болдино, пережидая напасть. Покинул он деревню только в декабре.

Эти три месяца и вошли в летопись русской литературы под названием «Болдинская осень»

Произведения, созданные Пушкиным Болдинской осенью

  • 7 сентября — стихотворение «Бесы»
  • 8 сентября — стихотворение «Элегия»
  • 8 октября — стихотворение «Безумных лет угасшее веселье…»
  • 9 сентября — повесть «Гробовщик»

9 сентября — письмо приятелю и родственнику П. А. Плетневу: «»Ты не можешь вообразить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать.

Жена не то, что невеста. Куда! Жена свой брат. При ней пиши сколько хошь. А невеста пуще цензора Щеглова, язык и руки связывает < ...> Ах, мой милый! что за прелесть здешняя деревня! вообрази: степь да степь; соседей ни души; езди верхом сколько душе угодно, пиши дома сколько вздумается, никто не помешает.

Уж я тебе наготовлю всячины, и прозы и стихов»

  • 13 сентября — «Сказка о попе и работнике его Балде»
  • 14 сентября — повесть «Станционный смотритель» и предисловие ко всем «Повестям Белкина»
  • 18 сентября — окончены «Странствия Онегина»
  • 20 сентября — повесть «Барышня-крестьянка»
  • 25 сентября — завершена восьмая глава «Евгения Онегина»
  • 26 сентября — стихотворение «Ответ анониму»
  • 2 октября — стихотворение «Осень»
  • 5 октября — стихотворение «Расставание»
  • 7 октября — стихотворение «Паж»
  • 10 октября — поэма «Домик в Коломне»
  • 14 октября — повесть «Выстрел»
  • 16 октября — стихотворение «Моя родословная»
  • 17 октября — стихотворение «Стамбул гяуры нынче славят…»
  • 17 октября — стихотворение «Заклинание»
  • 20 окятбря — повесть «Метель»
  • 23 октября — драма «Скупой рыцарь»
  • 26 октября — драма «Моцарт и Сальери»
  • 30 октября — стихотворение «Стихи, сочиненные во время бессонницы»
  • 31 октября — повесть «История села Горюхина»
  • 4 ноября — драма «Каменный гость»

4 ноября — письмо приятелю А. А. Дельвигу: ««Доношу тебе, моему Владельцу, что нынешняя осень была детородна, и что коли твой смиренный Вассал не околеет от сарацинского падежа, Холерой именуемого и занесенного нам крестовыми воинами, т. е. бурлаками, то в замке твоем, Литературной Газете, песни трубадуров не умолкнут круглый год»

  • 6 ноября — драма «Пир во время чумы»
  • 27 ноября — стихотворение «Разлука»

Кроме того, созданы не датированные Пушкиным, частью не законченные стихотврения:
«Герой», «Пью за здравие Мэри…», «Как весенней теплою порой», «В начале жизни школу помню я…», «Царскосельская статуя…», «Рифма», «Труд», «Рыцарь бедный», «Глухой глухого звал…», «Румяный критик мой…», «Прощание», вероятно, в ноябре написана десятая глава «Онегина», которую Пушкин потом уничтожил

«Скажу тебе (за тайну), что я в Болдине писал, как давно уже не писал. Вот что я привез сюда: две последние главы «Онегина», восьмую и девятую, совсем готовые в печать. Повесть, писанною октавами (стихов 400), которую выдам «Anonym».

Несколько драматических цен, или маленьких трагедий, именно: «Скупой рыцарь», «Моцарт и Сальери», «Пир во время чумы» и «Дон Жуан». Сверх того написал около тридцати мелких стихотворений. Хорошо?» (Пушкин — П. А.

Плетнёву, декабрь 1830 года)

    «Недаром «Болдинская осень» стала синонимом поразительной плодовитости» (К. Г. Паустовский «Золотая роза») «А тут ― как в лучшие дни Салтыкова. Болдинская осень халтуры. Но халтура ли это?» (Ю. М. Нагибин «Дневник») «Так называемая «болдинская осень» была исключительна по обилию творческой продукции» (М. М. Зощенко. «Возвращенная молодость») «У поэта Давида Самойлова есть стихи «Болдинская осень» ― о том времени в жизни Пушкина, когда тот был застигнут в наследственном своем имении холерным карантином, обложен дождями, разлучен с невестой; о времени, когда Пушкин явил свой гений с колоссальной, неправдоподобной силой» (Любовь Кабо «Наедине с другом»)

Источник: http://ChtoOznachaet.ru/boldinskaya-osen.html

Пушкин в Болдино. Произведения написанные в Болдино, годы посещения Пушкиным Болдино, кратко стихи и жизнь Пушкина в Болдина, картинки

Болдинская осень

А.С. Пушкин не только русский писатель, но и мировой. Он оставил после себя современным читателям огромное литературное наследие. Поэт занимает особое место в культурной жизни России.

Он создал такие произведения, которые стали символом русской духовной жизни. А. Григорьев пророчески заметил: «Пушкин – наше все: пока единственный полный очерк нашей народной личности»1.

Никто так точно не смог подметить тонкости русской души и национальной культуры, как Александр Сергеевич.

Творчество поэта – это стремительное движение, развитие, тесно связанное с его судьбой, с литературной жизнью России. В своих произведениях он запечатлел красоту русской природы, особенности крестьянского быта, широту и многогранность человеческой души. Его творения полны красок, эмоций, переживаний.

Произведения А.С Пушкина восхищали, и будут восхищать еще ни одну сотню лет. Его творения пользуются популярностью даже за пределами нашей страны. Школьники не только читают сказки, повести и романы, но и из года в год заучивают стихотворения, открывая разнообразный творческий мир поэта.

Достаточно большая часть литературных произведений написана им в Нижегородском крае. Удивительной красоты природа, исторические места не могли не оставить в памяти поэта неизгладимых впечатлений. Поэтому целью данной работы является изучение влияния Нижегородской земли на творчество А.С. Пушкина.

Каждое новое поколение, каждая эпоха утверждают свое понимание поэта, писателя, видит в нем современника, его изучают, о нем спорят, его боготворят или отвергают. Но неизменно каждый видит в нем своего Пушкина.

Пушкин в Болдино

Имя Александра Сергеевича Пушкина неразрывно связано с Нижегородской стороной и селом Болдино. В имении он провел 3 осени. Первую свою поездку Александр Сергеевич совершил осенью 1830 года с целью заложить кистеневскую собственность в опекунский совет для получения денег, необходимых для предстоящей свадьбы на Наталье Гончаровой.

Древний предок А С Пушкина, Евстафий Михайлович Пушкин, посол при дворе Ивана Грозного, получил Болдино в поместье — земельное владение, дававшееся дворянам на время службы.

Деду А.С. Пушкина принадлежали довольно крупные земельные владения вокруг Болдина. После его смерти земля была поделена между многочисленными наследниками, и в результате раздробления началось разорение старинного рода.

Болдино досталось дяде Пушкина, Василию Львовичу, и отцу, Сергею Львовичу. После смерти Василия Львовича северо-западная часть села со старой барской усадьбой была продана.

Отцу Пушкина принадлежала юго-восточная часть Болдина (с барским домом и другими постройками) — 140 крестьянских дворов, более 1000 душ, и село Кистенево.

Отправляясь в родовое имение, Александр Сергеевич не испытывал особого счастья. Он писал Плетневу в Петербург: «Еду в деревню, бог весть, буду ли иметь там время заниматься и душевное спокойствие, без которого ничего не произведешь..» . Но А.С. Пушкин ошибался.

Приехав в Болдино, утром же писатель занялся делами. С приказчиком поехали в Кистенево. В Кистенево жили умельцы, изготовлявшие сани и телеги, крестьянки ткали холсты и сукна. Вечером Пушкин разобрал свои бумаги, представил болдинского народного батюшку.

Сами собой заиграли озорные строки:

С первого щелка

Прыгнул поп до потолка;

Со второго шелка

Лишился поп языка;

А с третьего щелка

Вышибло ум у старика;

Осмотревшись в Болдине, поэт написал другу: «Теперь мрачные мысли мои порассеялись; приехал в деревню и отдыхаю… Соседей ни души, ездий верхом, сколько душе угодно, пиши дома, сколько вздумается…»2 После напряжения последних лет, литературных схваток, придирок Бенкендорфа, следившего за каждым его шагом, после московских переживаний и размолвок с будущей тёщей, требовавшей от него денег, «положения в обществе», он мог, наконец, вздохнуть свободно: скакал по окрестностям верхом, писал, читал дома в тишине. Он не собирался задерживаться здесь надолго – передоверил свои имущественные хлопоты писарю Петру Кирееву, подписал несколько бумаг – торопился в Москву. Но выехать из Болдина не удалось: надвигалась эпидемия холеры. Вокруг устанавливались карантины.

Поэт задержался здесь на все три осенних месяца. Связи с внешним миром у него почти не было (получил не более 14 писем). Однако вынужденное затворничество способствовало плодотворной работе, что удивляло и самого Пушкина, написавшего П.А. Плетневу: «Скажу тебе (за тайну), что я в Болдине писал, как давно уже не писал…».

«Болдинская осень» открылась стихотворениями «Бесы» и «Элегия» — ужасом заблудившегося и надеждой на будущее, трудное, но дарящее радости творчества и любви. Три месяца были отданы подведению итогов молодости и поискам новых путей.

В болдинском уединении Пушкин передумывал прошедшее. Он размышлял о том, что сильнее: законы ужасного века или высокие порывы души человеческой.

И одна за другой рождались трагедии, которые он назвал «маленькими» и которым суждено было стать великими. Это «Скупой рыцарь», «Моцарт и Сальери», «Пир во время чумы», «Дон Жуан», и т.д.

Эти четыре пьесы помогают нам лучше понять те чувства и мысли, которые владели Пушкиным, оказавшимся на три месяца «в глуши, во мраке заточения».

В Болдино он вспоминал свою молодость и былые увлечения, прощался с ними навсегда. Свидетельство тому в его бумагах: листки со строчками стихов «прощанья», «заклинанья», «для берегов отчизны дальной». В этих стихотворения, как и в других, писавшихся в Болдине, Пушкин выразил настроение человека, который с печалью, с душевной мукой вспоминает о прошлом и расстается с ним.

Количество написанного А.С. Пушкиным за три месяца вынужденного затворничества сопоставимо с результатами творческого труда за предшествующее десятилетие. Он создал в Болдине совершенно разноплановые произведения – и по содержанию и по форме.

Одними из первых были прозаические «Повести Белкина», параллельно шла работа над шуточно-пародийной поэмой «Домик в Коломне» и последними главами «Евгения Онегина». Болдинская осень принесла «Сказку о попе и работнике его Балде», «Историю села Горюхина».

Фон пушкинского воображения – лирическая поэзия: около 30 стихотворений, среди которых такие шедевры, как «Элегия», «Бесы», «Моя родословная», «Заклинание», «Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы», «Герой» и т.д.

В мире не было спокойствия. Только что произошла революция во Франции, окончательно скинувшая с трона Бурбонов. Бельгия восстала и отделилась от Голландии.

Чуть позже, за несколько дней до отъезда Пушкина из Болдина, начнётся восстание в Варшаве. Обо всех этих событиях думал Пушкин в деревенской тишине.

Мысли эти тревожили воображение, заставляли сопоставлять, искать внутренний смысл происходящего. Ночью, во время бессонницы, Пушкин обратился со стихами к самой жизни:

Я понять тебя хочу,

Смысла я в тебе ищу

Во второй раз Пушкин посетил Болдино в октябре 1833, возвращаясь из поездки по Уралу, где собирал материал по истории пугачевского восстания. В Болдине он надеялся привести в порядок собранные материалы и поработать над новыми произведениями.

Именно во время второй Болдинской осени Пушкин написал множество стихотворений, «Медного всадника», «Анджело», «Сказку о рыбаке и рыбке» и другие произведения.

Именно во время второй Болдинской осени Пушкин написал всем известное стихотворение «Осень»:

«И забываю мир — и в сладкой тишине

Я сладко усыплен моим воображеньем,

И пробуждается поэзия во мне:

Душа стесняется лирическим волненьем,

Трепещет и звучит, и ищет, как во сне,

Излиться, наконец, свободным проявленьем —

И тут ко мне идет незримый рой гостей,

Знакомцы давние, плоды мечты моей.

И мысли в голове волнуются в отваге,

И рифмы легкие навстречу им бегут,

И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,

Минута — и стихи свободно потекут…».

Последний раз Пушкин приехал в Болдино через год, в 1834, в связи со вступлением во владение имением и провел здесь около трех недель. В этот приезд Пушкину пришлось много заниматься хозяйственными делами, что, однако, не помешало ему написать «Сказку о золотом петушке» и подготовить к изданию другие сказки, написанные здесь годом ранее.

Значение Болдинской осени в творчестве Пушкина определятся тем, что большинство написанных произведений – реализация более ранних замыслов поэта и в то же время своеобразный пролог к его творчеству 1830-х гг.

Окончание многолетнего труда – романа «Евгений Онегин» — символический итог пушкинского художественного развития 1820-х гг. в творческом поле романа находились многие произведения – стихотворения, поэмы, первые прозаические опыты. «Повести Белкина», в которых А.С.

Пушкин попрощался с сюжетами и героями сентиментальной и романтической литературы, стали началом нового, прозаического периода творчества.

Действительно, Болдинская осень оказала существенное влияние на творческий потенциал А.С. Пушкина, заставила многое переосмыслить, реализовать давно задуманное.

А.С. Пушкин и Нижегородский край

Исследователей издавна интересовали места, связанные с пребыванием А.С. Пушкина в Нижегородской губернии. Александр Сергеевич посещал Нижний Новгород, несколько раз побывал в Арзамасе, приезжал в родовое имение Болдино, находящееся на юге Нижегородской области в 39 км от станции Ужовка.

По мнению большинства краеведов, приезжая в Болдино, А. С. Пушкин никак не мог миновать Арзамас. Он побывал в этом городе проездом еще в 1830г как минимум 6 раз, считает пушкинист А. Звенигородский.

3 (на пути из Москвы в Болдино – раз, четыре раза, когда дважды пытался прорваться к невесте сквозь холерные карантины, и, наконец, когда уже окончательно выехал в Москву). Хорошо известно, что в 1833 году Пушкин попал в Болдино окольным путем, возвращаясь из Оренбурга через Симбирск.

Но обратно он, несомненно, ехал опять через Арзамас. К этим 7 проездам через город можно добавить еще два, когда А С Пушкин посетил Болдино в 1834г.

Следующим пунктом в путешествии А.С. Пушкина в Болдино был Лукоянов. Поэт не раз посещал этот уездный город. К сожалению, здания, где гостил поэт, не сохранились до наших дней. В 20-х числах октября 1830 года А.С.

Пушкин приехал в Лукоянов за разрешением на выезд в Москву, куда он не мог отправиться в связи с эпидемией холеры и холерными карантинами на дорогах. Уездный предводитель дворянства В.В. Ульянин отказал ему в выдаче такого разрешения.

Получив отказ, Пушкин написал письмо губернатору и предпринял попытку прорваться сквозь холерные карантины без официального разрешения.

Из писем поэта Наталье Гончаровой доподлинно известно, что в знаменитую первую Болдинскую осень в октябре-ноябре 1830 года Пушкин дважды приезжал в Лукоянов. Поэт посещал несколько Лукояновских домов и семей. Это, прежде всего номера И.Т. Агеева.

Здание номеров сохранилось до сих пор (улица Пушкина, 326). По преданию, бывал Пушкин и в доме Сыромятниковых, с хозяином которого был хорошо знаком. Дом не сохранился.

Зато дожил до наших дней дом Ольги Калашниковой–Ключаревой, дочери болдинского управляющего, с которой связан крепостной роман Пушкина в бытность его в Михайловском.

Болдино заняло исключительное место в мире духовно-нравственных ценностей А.С. Пушкина и как “животворящая святыня” его фамильной истории, и как место его вдохновенных творческих трудов. Здесь создана основная часть пушкинских произведений тридцатых годов.

Кроме того, писатель посетил в период с 2 по 3 сентября 1833г Нижний Новгород.

Город встретил поэта полосатым шлагбаумом, деревянной некрашеной пирамидой с двумя губернскими гербами и рядом стоящим мышиного цвета верстовым столбом с надписью на дощечке: «Граница Нижегородского уезда». А. С.

Пушкин ехал в Нижний Новгород к губернатору М.П. Бутурлину и задержался в городе, имея определенную цель: ознакомиться с содержанием «пугачевских» дел местного архива.

Для писателя город всегда оставался «отчизной Минина», и потому можно полагать, что поэт задержался в кремле, чтоб осмотреть обелиск – памятник в честь великого гражданина России, о котором так много говорили в столице.

Разговоры эти велись потому, что скульптурная группа «Минин и Пожарский», выполненная академиком И.П.

Мартосом для Нижнего Новгорода, так и не была установлена на родине героя, а куплена казной, увезена в Москву и там заняла место в центре Красной площади, напротив гостиных рядов.

В Нижнем же Новгороде старанием А. И.Мельникова и И. П. Мартоса был открыт обелиск. Кроме того, А. С. Пушкин восхищался Нижегородской ярмаркой, которая создала в его воображении впечатление «бального разъезда».

Таким образом, Александр Сергеевич был в Нижегородской губернии ни один раз. Многое его здесь восхищало, заставляло задуматься. Не только свои переживания, но и минуты радости, он воплотил в произведениях, которые стали мировыми шедеврами литературы.

Заключение

Хотя А.С. Пушкин за всю свою короткую жизнь провел в Нижегородской губернии не так много времени, но этого было достаточно, чтобы написать здесь столько замечательных произведений, наполненных добротой и душевной теплотой. Каждое произведение, написанное здесь, по-своему уникально.

Удивительной красоты природа, исторические места не могли не оставить в памяти поэта неизгладимых впечатлений. Поэтому я с уверенностью могу сказать, что А.С. Пушкин запечатлел в своих произведениях душевные порывы и эмоции, которые возникли под влиянием его пребывания в Нижегородском крае.

Именно здесь он реализовал свои ранние замыслы, переосмыслил свой творческий путь.

Безусловно, А.С. Пушкин заслуживает восхищения. Его творчество – неотъемлемая часть нашей культуры, которая будет жить веками, радуя сердца читателей душевными строками. Будут быстротечно меняться события, да и сами люди, но каждый найдет в его произведениях то, что дорого сердцу.
Активный отдых в России, туры для молодежи, походы через горы к морю

Назад в раздел

Такой плотности туристских объектов, как в Бахчисарайском районе, нет нигде в мире! Горы и море, редкие ландшафты и пещерные города, озера и водопады, тайны природы и загадки истории. Открытия и дух приключений… Горный туризм здесь совсем не сложен, но любая тропа радует чистыми родниками и озерами.

Источник: https://svastour.ru/articles/puteshestviya/rossiya/nizhniy-novgorod-i-oblast/pushkin-v-boldino.html

Болдинская осень и последний период творчества Пушкина

Болдинская осень

Счастливое заточение (Болдинская осень 1830 года). К концу 20-х годов Пушкин все сильнее ощущает необходимость в доме и семье. Зимой 1828/29 года происходит первая встреча с шестнадцатилетней красавицей Натальей Гончаровой.

Пушкин делает ей предложение, но оно принимается не сразу: слишком сомнительной казалась семье невесты репутация «сочинителя». Пушкин вынужден пойти на унижение: просить царя, чтобы тот заверил Гончаровых в его добропорядочности.

Осенью 1830 года Пушкин отправляется в имение Болдино Нижегородской губернии, чтобы уладить перед свадьбой имущественные дела. Едет он с тяжелым сердцем: женитьба вот-вот может расстроиться из-за размолвок с матерью Натальи Николаевны, финансовое положение неопределенно (Пушкин вынужден обеспечить невесту приданым!).

Поэт задерживается в Болдине дольше предполагаемого срока из-за эпидемии холеры. «Болдинская осень» 1830 года навсегда вошла в историю русской литературы как время фантастического взлета творческой энергии Пушкина.

Ничего подобного ни до этого, ни после литература не знала. Окруженный холерными карантинами, запертый в деревне, Пушкин испытывает чувства, о которых сам сказал: «Есть упоение в бою, И бездны мрачной на краю…

» Смертельная опасность и тревога вызвали к жизни творческие силы, и то, что копилось, вынашивалось годами, прорвалось в произведениях, открывших новый этап духовной жизни поэта.

За считанные недели Пушкин завершает «Евгения Онегина», создает «Повести Белкина», цикл «маленьких трагедий», «Сказку о попе и о работнике его Балде», поэму «Домик в Коломне», ряд стихотворений...

Пушкин в 30-е годы особенно остро ощущает, что жизнь уходит, что времени все меньше, а он должен жить и работать, должен сделать все, на что способен. Надежды поэта на тихую семейную жизнь, независимость, воплощение всех литературных и творческих замыслов выражены им в четверостишии:

Воды глубокиеПлавно текут.Люди премудрые

Тихо живут.

Эти надежды осуществились лишь отчасти. Обязанности по обеспечению быстро растущей семьи, светские связи, двусмысленные отношения с царем отрывали поэта от главного дела жизни. И в письмах, и в стихах, обращенных к самому близкому и любимому человеку — жене, все чаще возникает мотив бегства от суетной жизни.

Внешняя канва жизни Пушкина по-прежнему оставалась неровной и нервной, отражавшей мучительные противоречия между потребностью посвятить себя целиком литературному труду и внешними, препятствующими этому обстоятельствами. Тем удивительнее творческая, все преодолевающая сила пушкинской натуры.

За это время поэт создает сказки, предпринимает путешествие по местам пугачевского бунта, результатом которого стали исторический труд о Пугачеве и роман «Капитанская дочка«. «Капитанской дочке» предшествовал незаконченный роман «Дубровский».

Простое сопоставление этих произведений показывает, как мощно созревал пушкинский гений, как менялось его мировоззрение. «Меня укоряют в изменчивости мнений. Может быть: ведь одни глупцы не переменяются», — говорил Пушкин.

От романа о бунтаре-одиночке, охваченном жаждой мести, — к роману, воплотившему пушкинское понимание (философию) истории и места человека в ней. История — столкновение двух стихий: стихии власти и стихии народной жизни. Смысл их движений и столкновений недоступен для человека, находящегося между ними, как между двумя грозовыми фронтами.

Как наводнение в «Медном всаднике» или буран в «Капитанской дочке», они определяют жизнь человека. История для человека — большая случайность: он не выбирает ни времени, ни страны, ни выпавших на его долю испытаний. Но судьба человека зависит только от него, от его выбора в той или иной исторической ситуации.

Свой выбор делает Гринев, свой — Швабрин и свой — Пугачев. Нравственные устои означают устойчивость в любом времени, «самостоянье человека — залог величия его».

Осенью 1833 года Пушкин вновь оказывается в Болдино, и творческий взлет 1830 года повторяется: написаны «Медный всадник» и «Пиковая дама«, ряд стихотворений, начато несколько больших трудов.

В эти годы приходит и чувство ответственности за будущее русской литературы.

Именно поэтому Пушкин берется за издание своего литературно-художественного журнала «Современник», который, по его мысли, должен стать эталоном художественного вкуса, центром лучших литературных сил России.

Но в то же время происходила, казалось бы, невероятная вещь. Самые лучшие, самые совершенные произведения Пушкина проходили мимо читателей, которые полагали, что время Пушкина прошло, что как писатель он кончился. Даже проницательнейший русский критик В. Г. Белинский писал в 1834 году: «Тридцатым годом кончился или, лучше сказать, внезапно оборвался период Пушкинский».

Причин такого мнения современников по крайней мере две. Во-первых, в своем развитии Пушкин ушел далеко от читателей, живших идеалами, вкусами и пристрастиями 20-х годов. Во-вторых, в печати появлялось далеко не все из написанного.

Даже ближайшие друзья Пушкина, разбирая его архив после смерти, были поражены количеством и совершенством написанного, но не напечатанного в эти годы.

Есть мнение, что Пушкин искал смерти в последние годы. Нет. Пушкин искал «покоя и воли», но путь к ним лежал через защиту «самостоянья человека», то есть чести и независимости. В 1834 году Пушкин подает прошение об отставке.

Вместо этого ему присваивают звание камер-юнкера — унизительное для тридцатипятилетнего мужчины. Светская круговерть продолжается, Наталья Николаевна блистает на придворных балах, а поэт и его знакомые начинают получать анонимные письма, в которых говорится о неверности супруги.

Дальнейшее известно. В вопросах чести, тем более когда затрагивалась честь семьи, Пушкин был тверд. Поразительно мужество, с которым он встретил смерть. Мысленно он встречал ее уже не раз, а в лучших стихах 30-х годов тема смерти становится едва ли не главной.

Но оборачивается она по-пушкински — бессмертием, источник которого — творчество.

Источник: В мире литературы. 10 кл. / А.Г. Кутузов, А.К. Киселев и др. М.: Дрофа, 2006

Источник: https://classlit.ru/publ/literatura_19_veka/pushkin_a_s/boldinskaja_osen_i_poslednij_period_tvorchestva_pushkina/53-1-0-346

Refy-free
Добавить комментарий