Армия Сасанидов

Сасаниды (224–652). История — Путеводитель по Израилю

Армия Сасанидов

Существовало с 224 по 651 гг.

Династия Сасанидов была основана Ардаширом I Папаканом после победы над парфянским царём Артабаном V из династии Аршакидов.

Последним сасанидским шахиншахом (Царём царей) был Йездигерд III (632—651), потерпевший поражение в 14-летней борьбе с Арабским халифатом.

Наибольшего расцвета империя достигла при Хосрове I Ануширване, наибольшего (но кратковременного) расширения границ в правление Хосрова II Парвиза (Абарвеза, Апарвеза, «Победоносного») — внука Хосрова I Ануширвана и сына Ормизда III, и включала земли нынешних Ирана, Ирака, Азербайджана, Армении, Афганистана, восточную часть современной Турции и части нынешних Индии, Сирии, Пакистана; частично территория сасанидского государства захватывала Кавказ, Центральную Азию, Аравийский полуостров, Египта, земли нынешних Иордании, Израиля и Палестины, расширив Сасанидский Иран (хотя и кратковременно) почти до пределов державы Ахеменидов.

В середине VII в. империя Сасанидов была уничтожена и поглощена Арабским халифатом.

Образование государства Сасанидов

К III в. н. э. Иран представлял собою государство, лишь номинально объединённое под властью парфянской династии Аршакидов.

Фактически оно состояло из многих разрозненных полусамостоятельных, а временами и независимых областей, во главе которых стояли царьки из местной крупной знати.

Постоянные междоусобия, войны, столкновения значительно ослабили Иран.

Военная мощь Римской империи и её активная политика на Востоке вынудили парфян уступить ей ряд северных городов Междуречья. Аршакиды подвергались нападениям в собственной столице, побывавшей неоднократно в руках римской армии.

Новое объединение Ирана началось из Парс. Провинция Парс, расположенная на юго-западе Ирана, где находились древние Пасаргады, родина Ахеменидов, сыграла важную роль в истории Ирана (Парс, или Фарс, дал производные слова — перс, персидский, Персия, — усвоенные греками вместо названия «Иран»).

Сцена охоты на позолоченном серебряном блюде, изображающего Хосрова I Ануширвана

Жрец — маг храма богини Анахиты, Сасан, принадлежал к правящей («царской») династии Парса и занимал видное положение.

Сын его Папак был правителем Истахра и имел титул царя. Внук Сасана, сын Папака Арташир возвысился, имея поддержку жреческих кругов и части родовой знати.

Постепенно расширяя свои владения за счёт соседних земель, он настолько усилился, что разбил и сверг самого видного из владетелей Парса. Арташир вёл борьбу со своими братьями за единоличный захват власти.

Из этой борьбы он вышел победителем. Стремление к объединению Ирана привело его к неизбежному столкновению с Аршакидами.

Сасанидская шёлковая ткань, VI—VII вв.

Начав свою карьеру со скромной должности правителя крепости Дарабгерд, Арташир не только стал твёрдой ногой в Парсе, но присоединил область Исфахана и Керман и, наконец, вторгся в Хузистан, непосредственно граничащий с Месопотамией, и двинулся на север.

Навстречу ему двинулось парфянское войско. 20 апреля 224 г. на равнине Ормиздаган произошла решительная битва между последним царем парфянской династии Артабаном V и Арташиром. Победа досталось Арташиру. Однако, чтобы стать во главе Ирана, Арташиру пришлось покорить 80 царьков и захватить их области.

Но Фарс (Парс) не стал играть роль центральной области государства, хотя здесь и были построены дворцы и остались великолепные наскальные рельефы. Столицей, в согласии с традицией Аршакидов, стали Селевкия и Ктесифон, «города» на Тигре.

Здесь, на западе, были расположены наиболее плодородные области, находилось много городов, а торговые дороги соединяли Иран с присредиземноморскими гаванями, с Арменией, Кавказской Албанией, Грузией, Лазикой, с побережьем Персидского залива и южной Аравией.

В 226 г. Арташир был торжественно коронован и принял титул царя царей (шаханшаха). Он последовательно продолжал свои завоевания, подчинил Мидию с городом Хамаданом, области Сакастан и Хорасан. Путем настойчивой борьбы был захвачен Адурбадган, от названия которого происходит нынешнее название страны (Азербайджан), населенной уже тюркоязычным народом, и значительная часть Армении.

Есть сведения, что ему были подчинены Маргиана (Мервский оазис), Систан и Мекран. Таким образом, граница его государства доходила до низовий Аму-Дарьи, где находились области Хорезма.

На востоке пределом была долина реки Кабула, так что часть кушанских областей находилась в составе Ирана. Это дало повод правителям Хорасана, обычно старшим царевичам сасанидского рода, к прочим титулам добавлять «царь кушан».

Армия Сасанидов

Была сформирована при Ардашире I Папакане, основателе династии Сасанидов.

Армия Сасанидов была основана частично путём возрождения Ахеменидской военной организации, привнесением в неё элементов из парфянской военной организации с адаптацией под требования времени.

История армии Сасанидов делится на два периода, дореформенные от Ардашира I-го до Хосрова Ануширвана, и послереформенные от правления Хосрова Ануширвана до падения династии.

Принципиальное отличие двух периодов между собой заключается в том, что армия образца созданного Ардаширом, была по сути иррегулярной армией, с личными дружинами отдельных феодалов, то послереформенная армия, созданная Хосровом Ануширваном, была регулярной и профессиональной.

Общественный строй сасанидского Ирана

Во главе государства стоял шаханшах, который принадлежал к царствующей династии Сасанидов. Престолонаследие не имело ещё строгих законов, поэтому шах стремился назначить своего наследника при жизни, но и это не спасло от больших затруднений при наследовании.

Престол шаханшаха должен и мог быть занят лишь представителем рода Сасанидов. Иначе говоря, род Сасанидов считался царским. Родовое наследование. Знать и жрецы всячески пытались сместить с престола царей.

Особенно большая роль в решении подобных вопросов отводилась мобедан мобеду, то есть верховному жрецу.

Его положение и его власть соперничали с властью шаха, поэтому наиболее сильные и энергичные цари старались ослабить положение жречества и власть мобедов.

Наиболее высокое положение в государстве занимали шахрдары — самостоятельные правители областей, цари, находившиеся в подчинении у Сасанидов. Правители провинции с V в. назывались марзпанами. Четыре великих марзпана носили титул шаха.

Следующий ранг после шахрдаров занимали виспухры. Это были семь древнейших иранских родов с наследственными правами, имевшие большой вес в государстве. Самые важные военные и государственные должности были наследственны в этих родах.

К знати, имевшей обширную земельную собственность, из которой вербовались высшие чины административного и военного управления, принадлежали вузурги (визурги). Источники упоминают о них, как о «знатных», «великих», «именитых», «больших». Они, несомненно, играли значительную роль в управлении государством.

Серебряный умбон сасанидского щита, изображающий льва

Наиболее многочисленной группой были средние и мелкие землевладельцы — азаты, то есть «свободные». Азаты были военнобязанными, составляя в военное время ядро сасанидской армии, её прославленную конницу.

Все перечисленные группы принадлежали к эксплуатирующему классу общества. Эксплуатируемый класс (податное сословие) составляли крестьяне и городские ремесленники. К податному сословию были причислены и торговцы.

Источники не упоминают о барщине. Это указывает на то, что землевладелец или не имел своей запашки, или имел, но минимальную. Мало сведений и о том, как была организована жизнь крестьян, но можно указать, что были группы крестьянства, пользовавшиеся землёй на арендных условиях.

Земля эта имела собственников, у которых они её получали для обработки. В других случаях следует предположить существование свободных крестьянских общин (кадак). В известных размерах применялся труд рабов.

Делами ремесленников и торговцев, так же, как и делами крестьян, ведал вастриошаисалар. Сбор налогов был главнейшей задачей этого должностного лица, которое назначалось шахом из представителей знатных родов.

В отдельных областях и провинциях Ирана сбор податей осуществлялся амаркарами, которые были подчинены вастриошансалару. Так как эти должности считались почетными и, выгодными, их занимали крупные землевладельцы.

Некоторые источники утверждают, что при Арташире I им было установлено деление на четыре сословия:

Жречество (асраван) включало ряд различных рангов, из которых наивысший занимали мобеды, затем следовали жрецы-судьи (дадхвар) и другие. Наиболее многочисленны были маги, занимавшие самое низкое место среди жрецов.Военное сословие (артештаран) было представлено конными и пешими воинами.

Всадники вербовались из привилегированной части общества; военачальниками были представители знатных родов.

Сословие писцов (дибхеран) составляли главным образом чиновники государства. Но к ним примыкали и в их число включались люди разнообразных профессий: всякого рода секретари, составители дипломатических документов, писем, биографы, врачи, астрологи, поэты.

Что касается четвёртого сословия — народа, то его составляло крестьянство (вастриошан) и ремесленники (хутухшан). В это сословие включались также купцы, торговцы, ремесленники, сами сбывавшие свой товар, и другие.

В пределах каждого сословия было множество градаций и имущественных различий, в экономическом отношении эти группы не составляли и не могли составлять экономического единства. Фактически рамки сословий, существовавшие в сасанидское время, не делали их кастами, а допускали относительную свободу перехода из одного сословия в другое.

Но эти сословия Ирана не характеризуют его классового расслоения. В Иране было ярко выражено деление на классы. Эксплуататоры были главным образом землевладельцы, эксплуатируемые — сельское население, в разной степени зависимое и имеющее разное имущественное состояние.

В сасанидском Иране значителен был рабовладельческий уклад. В раннем средневековье Иран переходил к феодальным отношениям, которые получили более отчетливый характер в V в.

Зарождение феодальных отношений началось значительно раньше, и маздакитское движение, направленное против установления феодальной зависимости крестьян, сыграло известную роль и для разложения рабовладельческих отношений.

Источник: https://guide-israel.ru/history/28432-sasanidy-224-652/

Читать

Армия Сасанидов
sh: 1: —format=html: not found

В.А. Дмитриев

«ВСАДНИКИ В СВЕРКАЮЩЕЙ БРОНЕ»

Военное дело сасанидского Ирана и история римско-персидских войн

ВВЕДЕНИЕ

Своим сыновьям — Роману и Андрею посвящаю эту книгу

Сасанидский Иран являлся одной из ведущих держав Евразии в переломный период всемирной истории — в эпоху перехода от древности к средневековью.

При этом историческая роль Сасанидского государства заключалась не только (а в долговременной перспективе — и не столько) в его борьбе за военно-политическое преобладание на Среднем Востоке и в Передней Азии, но и в том влиянии, которое Персидская держава оказала на своих соседей, в том числе — и на позднеантичный мир.

Царство Сасанидов стало своего рода связующим звеном, посредством которого Запад и Восток взаимодействовали друг с другом во всех без исключения сферах общественной жизни. Кроме того, Персия сасанидской эпохи была, образно выражаясь, призмой, через которую позднеантичный мир воспринимал всю восточную цивилизацию.

Не случайно, что последний крупный римский историк Аммиан Марцеллин (IV в. н; э.) всю территорию к востоку от Евфрата называет «Персией» — настолько прочно в сознании римлян последних веков существования Римской империи весь восточный мир ассоциировался с сасанидским Ираном.

Одним из важнейших каналов влияния Персии на позднеантичный мир являлась военная сфера. Именно под воздействием сасанидского военного дела в римско-византийской армии произошли серьезные структурные изменения, повлекшие за собой глубокие перемены и в других областях общественной жизни.

Речь, главным образом, идет о появлении в Поздней империи отрядов тяжеловооруженных всадников, созданных с целью эффективной борьбы с персидскими вторжениями в восточные провинции, организованных и вооруженных по персидскому же образцу.

Это внешне чисто военное заимствование привело к важным системным изменениям в социальных, хозяйственных и других структурах позднего Рима и Византии: возникло особое военное сословие, представители которого несли службу в рядах тяжелой конницы.

В западной части римского мира этот социальный слой в перспективе стал моделью для формирования рыцарства, являвшегося ядром всей феодальной системы западноевропейского средневекового общества. Похожие процессы происходили и в Византии, где при императоре Ираклии (610–641) они завершились возникновением фемной организации.

С этого времени каждый византийский воин получал свой земельный надел, освобожденный от налогов и государственных повинностей, и сам оплачивал свое вооружение (кстати, и сама фемная реформа Ираклия явно была навеяна аналогичными мероприятиями сасанидского шаханшаха Хосрова Ануширвана (531–579), предпринятыми веком раньше). Естественно, что владения всадников были наиболее крупными, и именно они стали одним из важнейших элементов византийского феодального землевладения в последующие столетия.

Безусловно, сасанидский Иран и сам многое заимствовал от Рима, в том числе и в военной сфере (достаточно вспомнить хотя бы активное использование персами осадной техники, что было не столь характерно для иранских армий предшествующего периода), однако восточный «ветер перемен» по своим последствиям был явно более сильным.

В первой части предлагаемой читателю работы исследуются различные стороны (состав и организация войска, вооружение и снаряжение, тактика и стратегия ведения боевых действий) военного дела Ирана сасанидской эпохи (первая половина III — середина V в.

), проявившиеся, прежде всего, на западном театре боевых действий, где между Римской (позднее — Византийской) империей и Сасанидской державой шла почти непрерывная борьба за гегемонию в переднеазиатском регионе и основные события которой рассмотрены во второй части книги.

Сюжеты, связанные с боевыми действиями персов в Средней Азии, специально нами не рассматривались, поскольку это предполагает в значительной степени иную источниковую базу, другие подходы к анализу отдельных аспектов развития военного дела у персов и в целом изучение весьма специфического исторического фона, на котором проявлялись особенности сасанидского военного искусства на восточных и северо-восточных границах Персии. Тем не менее во многих случаях для создания более полной картины в данной книге затронут и материал, касающийся «восточного фронта», с привлечением соответствующих источников.

* * *

Мне хотелось бы выразить особую благодарность и признательность тем людям, без которых не состоялась бы данная книга: своему Учителю Игорю Васильевичу Пьянкову — под его руководством мною была написана кандидатская диссертация и сделаны первые шаги в области науки; Валерию Павловичу Никонорову — за его неоценимое содействие в сборе материала, рекомендации по написанию книги и саму идею ее создания; Евгении Олеговне Русаковой, выполнившей иллюстрации к настоящему изданию, а также всем, кто оказывал мне помощь и поддержку во время работы над книгой.

ЧАСТЬ 1.

ВОЕННОЕ ДЕЛО ПЕРСОВ В ЭПОХУ САСАНИДОВ

Армия и военное дело в сасанидском Иране могут быть охарактеризованы по следующим направлениям:

— состав и организация персидского войска;

— вооружение и оснащение персидской армии;

— тактика ведения боевых действий персидской армией;

— военная стратегия персов.

Состав и вооружение персидских войск на первое место поставлены нами не случайно. Именно эти две составляющие вооруженных сил Персии во многом определяли их боевые качества и, соответственно, цели и задачи, стоявшие перед ними, а также средства и способы их решения, т. е. собственно тактику и стратегию персидской армии.

Глава 1.

СОСТАВ И ОРГАНИЗАЦИЯ САСАНИДСКОГО ВОЙСКА

§ 1. Структура войска персов

В отличие от римской армии, войско Сасанидов с точки зрения его структуры, организации и системы управления изучено гораздо менее основательно и всесторонне.

причина такого положения дел — отсутствие достаточно объемного и подробного источникового материала, который мог бы пролить свет на столь важные для изучения истории военного дела сасанидского Ирана вопросы.

В связи с этим при всем желании мы не можем дать обстоятельную и развернутую характеристику организационной структуры сасанидской армии, четко определить ее состав и ответить на многие другие вопросы.

Тем не менее по имеющимся в распоряжении исследователей относительно немногочисленным и фрагментарным источникам общая картина этих аспектов развития военного дела в сасанидском Иране может быть воссоздана с определенной степенью детализации.

Структуру персидской армии следует рассматривать по двум основным критериям: 1) рода войск; 2) этническая принадлежность личного состава. Кроме того, в источниках, как будет показано ниже, сообщаются и некоторые сведения о социальном составе сасанидской армии и его влиянии на распределение функций между отдельными частями войска Сасанидов и его структуру в целом.

А. Основные рода войск

Важнейшим родом войск у персов, костяком их армии являлась конница. В источниках кавалерия очень часто фигурирует в качестве важнейшего компонента персидских вооруженных сил, без которого войско почти небоеспособно (Herodian. VI. 5. 3; SHA. XVIII. 55. 2–5; Proc. Bell. Pers. I. 13. 25–28; 15. 9–16; 17. 1; 18. 45; Theophyl. II. 1. 6; III. 14. 2; Theophan. A. M. 6078).

Персидская конница не была однородной. Наиболее боеспособной ее частью являлась тяжелая кавалерия, называемая в источниках катафрактами (лат. catafracti, греч. κατάφρακτοι). Катафракты были основной ударной силой персидской кавалерии и армии в целом, и в этом качестве они всегда особо выделяются в текстах источников (Amm. Marc. XVIII. 8.

7; XIX. 7. 4; XX. 7. 2; XXIV. 6. 8; XXV. 1. 12; 3. 4; XXIX. 1. 1; Eunap. Fr. 27. 8; Heliod. IX. 14. 3; 16. 3; 17. 2; 18. 2; 20. 1; Liban. Or. XVIII. 265). Наиболее часто персидских катафрактов упоминает очевидец и участник римско-персидских войн середины IV в.

, профессиональный воин Аммиан Марцеллин, его мнение по военным вопросам можно считать экспертным; это ярко показывает значимость той роли, которую персидская тяжелая кавалерия играла на полях сражений. Иногда Аммиан для обозначения катафрактов использует такие фразы, как «закованная в железо конница» (ferreus equitatus) (Amm. Marc. XIX. 1.

2), «блистающие [доспехами] отряды кавалерии» (corusci globi turmarum) (Amm. Marc. XIX. 2. 2).

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=267495&p=7

Армия Персии и её соседей времён династии Сасанидов

Армия Сасанидов
serg_slavorum
1. Шахиншах Шапур I. 2. Западно-персидский тяжеловооружённый всадник. 3. Кушанский воин.

Реконструкции персидских воинов времен династии Сассанидов, а также их врагов и союзников (II-VII в. н.э.), взятые из издания Osprey. Отсюда.

Парфяне (II-III в. н.э.): 1 — восточно-парфянский катафрактарий; 2 — парфянский конный лучник; 3 — хатренский катафрактарий.

Экспансия Сасанидов (III-IV в. н.э.): 1 — сасанидский аристократ; 2 — сасанидский знаменосец; 3 — сасанидский спешенный кавалерист; 4 — данник.

Сасаниды лицом к лицу с гуннами (V в. н.э.): 1 — восточно-персидский воин; 2 — гуннский вождь; 3 — эфталитский аристократ; 4 — воин-сак.

Царская охота Сассанидов (VI в. н.э.): 1 — слон с погонщиками; 2 — слуги в «самбуке»; 3 — Шахиншах Хосров I Ануширван.Сасаниды в Аравии (VI-VII в. н.э.): 1 — сасанидский «асваран» (тяжеловооружённый всадник) в Йемене; 2 — офицер «асваран» в Омане; 3 — арабский мальчик-слуга.

Падение Сассанидов (середина VII в. н.э.): 1 — сассанидский нобиль; 2 — персидский легкий кавалерист; 3 — сасанидский царевич; 4 — согдианский воин.

serg_slavorum
Современное изображение (справо налево): Царица цариц Бурандохт, генерал Шахрвараз и верховный зороастрийский первосвященник, держащий Дирафши Кавияни (DERAFŠ-E KĀVĪĀN) — Знамя Кавиев.

Борандохт (Боран, Пуран, Бурандухт) и Азармедохт были дочерьми иранского шахиншаха Хосрова II Парвиза.

Они единственные женщины – коронованные правительницы Ирана за всю его историю, как в доисламский так и в исламский период.

Нет, правда, последний шах из династии Пехлеви Мухаммед Реза тоже короновал свою супругу Фарах Диба в 1967 году. Ну это как бы не считается, правителем всё равно был он.

Имена этих шахинь в переводе с пехлеви означают «дочь дождя» и «дочь огня» соответственно.

Царица цариц Борандохт. Современное изображение.

Борандохт правила прежде своей сестры. С 630 по 631 год. Она наследовала трон после смерти узурпатора генерала Фаррохана Шахрбараза (Шахвараза) , убившего её семилетнего племянника Ардешира III.

В свою очередь Шахрвараза порешили 9 апреля 630 года, и Борандохт взошла на престол. На единственном сохранившейся со времён её правления золотом драхме содержится следующая надпись «Буран, восстановительница рода Богов».

Предыдущие правители династии Сасанидов неоднократно обозначали себя в легендах монет «происходящими от Богов».

Эта необычная легенда на динаре Буран может быть связана со свержением ее предшественника на троне узурпатора Шахрвараза, который не принадлежал к династии Сасанидов и по некоторым источникам женился (или собирался жениться) на Буран, дабы узаконить свою власть.

Монета с изображением Царицы цариц Борандохт. Хранится в Эрмитаже.В ходе своего недолгого царствования Борандохт направляла свои усилия на поддержание мира и стабильности в стране, незадолго до этого разорённой и опустошённой вследствие кровопролитной войны с Византией, стремилась упорядочить налогообложение, восстановить разрушенную войной инфраструктуры страны. В памяти народной она осталась как благочестивая и справедливая царица. К числу ее благодеяний современники относили освобождение населения от недоимок, строительство и починку мостов и плотин, чеканку серебряной монеты, возведение храма огнепоклонников . Но к сожалению, её усилия по восстановлению престижа центральной власти не увенчались успехом. Процарствовав несколько месяцев она по одним сведениям умерла своей смертью, по другим была убита военачальником Перозом (Фирузом), имевшим виды на корону вследствие своего родства с покойным Хосровом II.В годы ее правления начинаются первые набеги на Иран арабов-мусульман, которые решили, что государство Сасанидов ослабло, раз им управляет женщина.

Борандохт упоминается в знаменитой поэме Шахнаме. Сохранилось предание и о её гастрономических пристрастиях — Борандохт очень любила йогурт и ее повар готовил для нее множества блюд из овощей с процеженным йогуртом. Эти блюда теперь в ее честь называют «Борани», и они очень популярны в современном Иране.

Царица цариц Азармедохт. Современное изображение.Азармедохт заняла престол после сестры. Царствование Азармедохт тоже не было долгим и счастливым. Могущественный феодал Фарук-Хормузд, правитель Атарпакана (современный Азербайджан) предложил Азермедохт стать его женой. Сделал он это с таким прицелом, чтобы самому надеть корону шахиншахов. Царица с негодованием отвергла домогательства Фарука и приказала его убить. Сын Фарука спахбед (генерал) Ростам Фаррохзад, мстя за смерть отца, взял столицу Ирана Ктесифон, сверг Азармедохт и приказал её ослепить (по другим данным отравить). Случилось это около 632 года.Но сам Рустам не рискнул провозгласить себя шахиншахом, видимо потому что не состоял в родстве с династией Сасанидов. Он стал фактическим правителем страны при формальном царствовании совсем уже безвольных и незначительных отпрысков некогда славной династии – Гормизде VI, Хосрове V и Йездигерде III. Сам спахбед погиб в ходе несчастливой для персов битве с арабами – мусульманами при Кадисии.Составлено по:

http://en.wikipedia.org/wiki/Purandokht

http://en.wikipedia.org/wiki/Azarmidokht
http://sajjadi.livejournal.com/20816.html
http://coins-kem.ru/viewtopic.php?f=23&t=12

Page 3

serg_slavorumВот такой замечательный памятник первому космонавту существовал у нас в городе Мирный Архангельской области до 1987 года.Об истории памятника здесь:

http://www.mirniy.ru/photo_history/1745-gde-gagarin-kukoval.html

Цитата:

Памятник, без сомнения, был интересным, но почему-то миряне над ним подшучивали и давали всякие прозвища. Кому-то Гагарин напоминал милиционера, кому-то санитара – зимой, когда на фуражке собирался снег. Но самая распространенная ассоциация – часы с кукушкой.

Я его не очень хорошо помню. Я учился во втором классе когда его почему то разрушили.

Но потом когда наткнулся случайно на его фотографии, мне он почему -то очень напомнил вот этот монумент, расположенный на территории Турции и относящийся вероятно ко временам древнего Урарту:

Согласно армянским легендам это место, где по преданию уставший от мира бессмертный герой Мгер (армянизированное зороастрийское божество Митра) ушёл в Скалу.  По преданию раз в год Мгер выходит из скалы, чтоб вечером вернуться обратно. А когда не вернётся — вот тогда наступит конец света. Есть ещё такая сказка про то, что за этой дверью находятся неметные сокровища и какому-то армянскому пастуху удалось проникнуть за дверь. Но выбраться обратно он не смог и до сих пор там можно слышать его крики. такие дела)).

А вообще считается, что божество Митра родился, выйдя из скалы. Ну прямо как Гагарин на мирнинском памятнике)).Нет я не утверждаю о какой — либо оккультной взаимосвязи между двумя монументами))). Просто такие ассоциации возникли))).Ещё фото мирнинского монумента:Фрагменты орнамента постамента.По-моему это космонавт №2 Герман Титов. То ли на открытии, то ли на каком-то празднике.

Page 4

serg_slavorumПрочитал, оказывается до того, как великий персидский поэт Низами Гянджеви (которого с какого-то бодуна записывают в азербайджанцы) написал свою поэму «Хосров и Ширин», где отразил свои представления об идеале женской красоты и добродетели, образ персидской царицы-христианки Ширин в преданиях народов Ближнего Востока был не столь благообразным. В них она представала подчас в роли коварной и мстительной женщины. Так, Абулькасим Фирдоуси в Шахнаме поведал нам,  дескать, Ширин отравила свою соперницу, другую жену шахиншаха Хосрова II Правиза, византийскую принцессу Марию, дочь императора Маврикия (в русском переводе Шахнаме этот отрывок отсутствует). Хотя по предположению некоторых исследователей дочери с таким именем у Маврикия не было, а под именем Марии, жены Хосрова скрывается никто иная как святая мученица Голиндуха (Голиндухт) , в Житии которой упоминается как Хосров предлагал ей стать его женой, но она отказалась. Но тем не менее такие порочащие имя благоверной царицы Ширин слухи отразились в «Книге царей».

Или вот взять фольклор арабов, известный под названием «Сказки тысячи и одной ночи». Там царица Ширин упоминается в одной из сказок явно в отрицательном свете да и ещё и делается на основании её обобщение относительно всех женщин.

Эта сказка называется «Рассказ о Ширин и рыбаке»:

Рассказывают также, что Хосру (а это был царь из царей)любил рыбу. И однажды он сидел в своих покоях вместе с Ширин, своей женой, и кнему пришел рыбак с большой рыбой и поднес ее Хосру.

И царю понравилась этарыба, и он велел дать рыбаку четыре тысячи дирхемов. И рыбаку дали деньги, и онушел, а Ширин сказала царю: “Плохо то, что ты сделал”,– “А почему?” – спросилХосру.

И Ширин тогда молвила: “Потому что, если ты после этого дашькому-нибудь из своей челяди такое количество денег, он сочтет это ничтожным искажет: “Он дал мне столько же, сколько дал рыбаку”. А если ты дашь меньше, онскажет: “Он меня презирает и дал мне меньше, чем дал рыбаку”.

– “Ты права,–сказал Хосру,– но дурно, когда царь берет обратно подаренное, и это ужепропало”,– “Я придумаю, как тебе получить подарок обратно”,– молвила Ширин. “Акак так?” – спросил царь.

И тут Ширин сказала: “Когда ты этого захочешь

,

позови рыбака и спроси его: “Эта рыба самец или самка?” И если скажет: “Самец”,–скажи ему: “Мы хотели самку”. А если скажет: “Самка”,– скажи: “Мы хотели толькосамца”.И царь послал за рыбаком, и тот вернулся (а этот рыбак обладалострым умом и сообразительностью), и царь Хосру спросил его: “Эта рыба самец илисамка?” И рыбак поцеловал перед ним землю и ответил: “Эта рыба двуполая – несамец и не самка”.И Хосру засмеялся его словам и приказал дать емудругие четыре тысячи дирхемов. И рыбак пошел к казначею и получил от него восемьтысяч дирхемов, и положил деньги в мешок, который был с ним, и взвалил его наспину, и хотел выйти, но у него выпал из мешка один дирхем.И рыбак снял мешок с плеча, и нагнулся за дирхемом, и взял его (а царь и Ширин смотрели нанего).

И Ширин тогда говорит царю: “О царь, видел ли ты скаредность эт

ого
человека и его низость: когда у него упал дирхем, ему нелегко было оставить его,чтобы поднял дирхем кто-нибудь из слуг царя”.Царь, услышав ее слова,почувствовал к рыбаку отвращение и воскликнул: “Ты права, о Ширин!”А затем царь Хосру велел вернуть того рыбака и сказал ему: “О низкий помыслами! Тыне человек! Помнишь, как ты, сняв с плеча мешок с деньгами, нагнулся ради одногодирхема, поскупившись оставить его?”И рыбак поцеловал землю и сказал:“Да продлит Аллах век царя! Я поднял этот дирхем с земли не потому, что он былдля меня значителен. Нет, я потому поднял его с земли, о великий царь, что паодной из его сторон – изображение царя, а на другой стороне – его имя. Я боялся,

что кто-нибудь из людей наступит на него, не зная этого, и будет этим оскорблено


имя царя и его изображение, а с меня взыщется за этот грех”.И царь удивился словам рыбака, и нашел прекрасным то, что он сказал, и велел дать ему

еще четыре тысячи дирхемов, и приказал глашатаю кричать в царстве: “Не должноникому следовать мнению женщин,– кто последует их мнению, потеряет с каждым

своим дирхемом еще два дирхема

”.

Page 5

?

|

serg_slavorumОригинал взят у komitet_libya в Русская Православная Церковь: к власти в Сирии рвутся бандиты на деньги иностранных державМосква. 11 марта. ИНТЕРФАКС — В Московском патриархате обвинили иностранные силы, которые поддерживают оппозицию в Сирии, в уничтожении христианства в регионе.»К сожалению, положение христианской общины Сирии — в высшей степени тяжелое. Те радикальные исламистские силы, которые сейчас рвутся к власти, ставят целью полное уничтожение христиан, полное вытеснение христианства из этого региона. В тех местах, где радикалы приходят к власти, христиане фактически полностью уничтожаются», — заявил глава синодального Отдела внешних церковных связей митрополит Волоколамский Иларион в своей авторской программе «Церковь и мир» на телеканале «Россия-24».По его словам, к власти в Сирии рвутся бандиты, «вооружаясь за счет иностранных держав».»Думаю, они никогда бы не добились таких успехов, если бы их не подпитывали из-за границы. К сожалению, на Западе есть такие политические силы, которые почему-то решили этих людей финансово подпитывать. Помогают им и определенные политические силы в странах Аравийского полуострова — то есть налицо влияние извне», — констатировал иерарх.Он напомнил, что неоднократно поднимал тему гонений на христиан на Ближнем Востоке, говорил об этом в ООН, на многих других международных площадках.»И я замечал, что всякий раз эти мои выступления встречало молчаливое отторжение. Никто ничего не опровергал, но никто и не хотел этого слушать, потому что, по всей видимости, в планы держав, которые поддерживают сейчас так называемую оппозицию, не входит сохранение христианства в этом регионе», — заявил митрополит Иларион.Он указал на то, что сегодня ставится под угрозу само существование древней Антиохийской православной церкви. Владыка напомнил, что на днях состоялась интронизация Антиохийского патриарха, которая прошла сначала в Дамаске, а потом продолжилась в Бейруте. И только в Бейрут смогли приехать гости из других поместных Православных церквей, «потому что в Сирию, охваченную войной, они попасть не смогли».»Многие из христианских лидеров этого региона — из Сирии, из Ливана — говорили мне, что вся их надежда на Россию, потому что только Россия призывает к мирному урегулированию этого конфликта», — добавил митрополит.

http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=50300

Источник: https://serg-slavorum.livejournal.com/273990.html

Сасанидская империя | армия

Армия Сасанидов
sh: 1: —format=html: not found
тяжелая кавалерия

Официальное название армии, принятое в Сасанидском государстве, — Армия Ростама (Рустама) — Rostam Spâh’e.Была сформирована при Ардашире I Папакане, основателе династии.

Армия Сасанидов была основана путём возрождения ахеменидской военной организации с привнесением в неё элементов парфянской военной системы и адаптированием её в соответствии с требованиями времени.

История армии Сасанидов делится на два периода: дореформенный (от Ардашира I-го до Хосрова Ануширвана) и послереформенный (от правления Хосрова Ануширвана до падения династии). Армия, созданная Ардаширом, была по сути иррегулярной, состоявшей из личных дружин отдельных феодалов.

При Хосрове Ануширване она стала регулярной и профессиональной. Основу армии Сасанидов составляла тяжелая кавалерия парфянского образца, формировавшаяся из служилой знати, основную часть которой составляли парфяне.

По характеру ведения боевых действий армия Сасанидского периода значительно отличается от армии династии Ахеменидов. В отличие от армии Ахеменидов, где основу войска составляла пехота, основную ударную силу армии Сасанидов составляла кавалерия.

Пехота, слоны и пешие лучники хотя и были представлены в военной организации Сасанидов, но имели весьма второстепенное, вспомогательное значение и не определяли ни ход боевых действий, ни успех в тех или иных кампаниях.

Несмотря на то, что после прихода Ардашира к власти в Иране, начались гонения и притеснения парфян, что привело к уничтожению значительной части парфянской знати, которая составляла основу военной силы при династии Аршакидов.

Но гонения на парфян были вскоре прекращены, так как оставшиеся парфянские роды были лояльны к новой династии, к тому же именно они были реальной силой, способной усилить могущество Сасанидов путём службы в кавалерии.

Уже при преемниках Ардашира парфянские роды являлись опорой престола, причём не только в самом Иране, но и в соседних царствах, находившихся в той или иной степени в вассальной зависимости, Кавказской Албании, где правили парфянский род Михранидов, и Армении, где у власти были младшие Аршакиды.

По сути своей раннефеодальная армия была иррегулярной, основу её составляла иррегулярная тяжелая кавалерия, созываемая только во время войн и распускавшаяся по их окончании.

Комплектовалась из знати, составлявшей тяжёлую кавалерию, и их личных дружин, в основном тяжелых кавалеристов, и отрядов, ими же рекрутируемых, в основном легкая кавалерия (конные лучники).

Пехота имела низкую боеспособность и не могла наравне противостоять ни римской, ни византийской пехоте, ни кавалерии восточных соседей Сасанидов, играла вспомогательную роль.

Слоны хоть и имелись в войске, но скорее представляли собой фактор страха, нежели серьёзную угрозу для противников: и римляне, и иные соседи Сасанидов за века смогли выработать весьма эффективную тактику для борьбы против слонов, дабы слоны не смогли представлять серьёзную опасность для них.

Хосров Ануширван полностью реформировал армию своих предшественников. Основной отличительной чертой было то, что армия стала регулярной и профессиональной. Хотя она и была, как раньше, конной армией, но достигла более высоких качественных показателей и представляла большую угрозу для своих противников, благодаря профессионализму служащих.

В отличие от раннего периода, войска комплектовались не только из знати, но и обычных свободных людей и мелких землевладельцев — дехкан. Вся амуниция, содержание, питание и снабжение войска велось из шахской казны, подготовка шла с юных лет и напоминала систему кадетских корпусов, где будущих воинов также готовили с юных лет.

Были созданы 12 полков регулярной тяжелой кавалерии — саваран, рассредоточенных по всей империи.

Основу мощи армии Сасанидов составляла тяжёлая кавалерия катафрактов — саваран, дальнейшее развитие тяжелой кавалерии парфян. Комплектовалась она в раннем периоде исключительно из феодального сословия — Азатов (сословие дворян). Обучение шло с ранних лет, когда будущего кавалериста обучали езде на коне, владение мечом и другим воинским искусствам.

Кавалерия была иррегулярной, созываемой шахом или его полководцами, на случай боевых действий, и по окончании их распускаемых. Внешне ранние сасанидские катафракты напоминали их парфянских предшественников, как по внешнему виду и комплексу вооружений, так и тактике, что естественно, учитывая что парфянские феодалы признавшие власть Сасанидов, фактически и составляли костяк тяжелой кавалерии.

После реформ Хосрова Ануширвана, кавалерия была преобразована в регулярное войско, содержавшееся за счет казны, обучение также велось с ранних юношеских лет, в специальных тренировочных заведениях, располагавшихся по месту дислокации тех или иных полков кавалерии. Всего было создано 12 полков тяжелой кавалерии.

Служащие в тяжелой кавалерии — асваран, сохранили стиль воинской амуниции парфян, в дальнейшем усовершенствовав его.

Так пластинчатые доспехи, со временем были заменены чешуйчатыми, а позже кольчужной броней, в отличие от тяжелой кавалерии парфян, сасанидские асвараны использовали щиты, как и парфяне имели лук и колчан стрел, но используемых ими крайне редко, они были скорее атрибутом дополнительного вооружения, так как тактика саварана не способствовала использования лука в момент атаки.

Тяжелая кавалерия Сасанидов, оказала решающее влияние на развитие тяжёлой кавалерии у Византии, позже, до появления тюркских кавалеристов в Арабском Халифате, тяжёлая кавалерия арабов также формировалась по образцу сасанидской кавалерии.

Помимо собственно регулярных полков тяжелой кавалерии, как в раннем, так и позднем периоде, сасанидские шахи располагали личной дружиной Гвардией Бессмертных — Пуштигбан, в отличие от своих предшественников при Ахеменидах, являвшимися кавалерийским войском.

Помимо тяжелой кавалерии, армия Сасанидов располагала также легкой кавалерией — конными лучниками, традицию которых они унаследовали от парфян, ясно осознавая их незаменимость как поддержки действиям тяжёлой кавалерии.

Легкая кавалерия во все периоды оставалась иррегулярным войском, комплектовавшимися частью парфянами, частью из союзников Сасанидов.

Помимо собственной кавалерии, сасанидские шахи также часто пользовались силами своих союзников.

Так в той или иной мере, тяжелую и легкую кавалерию на правах союзников, выставляли албанские и армянские цари, как союзники Кавказской Албании (позже включенные в его состав) а через них и Сасанидов, кавалерию поставляла и Маскутская орда, после женитьбы Хосрова Ануширвана на дочери тюркского кагана Истеми, тюрки также часто поставляли кавалерию в войско шаха, вплоть до войны между самими тюрками и Сасанидами. Кавалерия Сасанидов была единственной реальной силой в Иране, которому шахами уделялось особое внимание. Она оказалась способной вести борьбу на равных с превосходящими силами своих соперников, но истребление при Каваде, затем при Ормизде феодального сословия, лишило кавалерию его людских ресурсов, тем самым подорвав мощь Сасанидов. Терминология в кавалерии Сасанидов:

Пуштигбан — кавалерия Гвардии Бессмертных (личная гвардия шаха).
Саваран — общее название тяжелой кавалерии.
Асваран — служащий (воин) в тяжелой кавалерии.

Азадан — (азаты) дворянское (феодальное) сословие (буквально Свободные)
Пехлеван — (буквально — Подобный парфянину) Так называли особо отличившихся, сильных и искусных воинов (также синоним слова Богатырь/Багадур, в современных тюркских и иранских языках).

Источник: https://zen.yandex.com/media/id/5d2c4114c7e50c00adbeb554/sasanidskaia-imperiia--armiia-5d32d2ada1b4f100ae8aab81?feed_exp=ordinary_feed&from=channel&rid=2957340490.446.1580167002472.85198&integration=publishers_platform_yandex

Сасаниды против легионов Рима, ч.2

Армия Сасанидов

Strateg, 24 Янв 2015

Во второй части статьи о сасанидах против легионов Рима уделим внимание составу персидской армии в 4 в. и походу в Персию римского императора Юлиана отступника. Достаточно подробные сведения о сасанидах дает нам свидетель событий Аммиан Марцеллин в “Римской истории”, которого дополняет в панегириках ритор Либаний.

Армия сасанидов обладала различными родами войск, чем отличалась от парфян. Конные лучники больше служили для поддержки тяжелых катафрактов, которые были главной ударной силой. Конницу дополняли слоны и достаточно многочисленная пехота, которая в отличие от парфян, могла упорно штурмовать и защищать крепости.

Марцеллин, 23.6.83,84: “Военная организация персов, их дисциплина, постоянные упражнения в военном строю и способ вооружения, нередко устрашавшие нас, делают их грозными даже для очень больших армий. Сами они больше всего полагаются на храбрость своей конницы, в которой несет службу вся их знать.

Пехотинцы, вооруженные наподобие мирмиллонов несут службу обозных. Вся их масса следует за конницей, как бы обреченная на вечное рабство, не будучи никогда вознаграждаема ни жалованьем, ни какими-либо подачками.

Столь смелый и привычный к боевым трудам народ мог бы покорить множество племен помимо тех, которые он себе подчинил, если бы его не беспокоили постоянно междоусобные и внешние войны.

 Одеваются они, как правило, в яркие и цветные материи, и хотя спереди и с боков платье развевается по ветру, от пяток и до макушки не видно ни одного непрекрытого места на теле. К ношению золотых запястий и ожерелий, а также драгоценных камней и особенно жемчуга, которого у них очень много, персы привыкли после победы над лидийцами при Крезе.”

Либаний, «Хвалебное слово царям, в Честь Констанция и Константа» (orat. LIX),

69,70 (Шапур 2 готовит армию против Константина Великого): “Острия стрел, секиры, копья, мечи и всякое военное оружие выковывалось при изобилии материала. расследуя все и не оставив ничего не изученным, он придумал сделать конницу, можно сказать, неуязвимою.

Именно, он не ограничил доспехи, по старому обычаю, только шлемом, панцирем, поножами и теми медными бляхами, что прикрывали лоб и грудь коней, но устроил так, чтобы всадник был защищен прикрытием с головы до пять, а конь с головы до самых копыт и чтобы открыто было место для од них глаз, дабы видеть происходящее, и ноздрей, дабы не задыхаться. …Им надлежало ехать на коне, вместо узды подчиняя его голосу, и, держа копье, которое требовало работы той и другой руки, нападать на неприятеля без оглядки, занятым одной мыслью о подвиге, а в личной безопасности доверяя охране своих доспехов.”

100,103: “…они (персы) набирают войско из всех мужчин, способных носить оружие, определив, чтобы даже совсем молодые за уклонение от военной службы не были безответственны, собирают и женщин в качестве обозных для войска.

Разнообразные племена варваров, живущие в соседстве, одни они убеждают просьбами принять участие в опасностях, другие принуждают силою помогать им в их нуждах, третьим предлагают некоторую сумму золотом, которое, сберегаемое с давних времен, тогда впервые стало тратиться на вспомогательные войска.

 Не было ни одного из родов оружия, который не входил бы в состав армии, стрелок, конный стрелок, пращник, гоплит, всадник, воины, закованные в броню с головы до ног…”

Художник Angus McBride

Пока Юлиан был цезарем при Императоре Констанции 2 и сражался с алеманнами в битве при Аргенторате царь царей, шахиншах Шапур 2 активизировал натиск персов на восточные рубежи Римской империи. Марцеллин, 18.4.

1: “Царь персидский, усилив свою армию вспомогательными отрядами диких народов, которых он покорил, пламенея нечеловеческой страстью увеличить свое царство, готовил оружие, войска и провиант…” После смерти Констанция Юлиан становится римским императором и в 363 г. совершает поход в Персию. Зосим, Новая история, 3.

13: “Юлиан пожелал осмотреть армию с удобного пункта наблюдения. Он любовно приветствовал легионы пехоты и всадников, насчитывавших в общей сложности 65 тысяч человек.”

Рассмотрим описания защит и штурмов крепостей, которые показывают упорство и стойкость как сасанидов так и римлян. Осадные технологии персов не уступают римским. Штурм персами города Амиды. (еще при живом Констанции). Марцеллин, 19.1.1-3: “Царь (Сапор=Шапур)… выступил оттуда и, приближаясь мало-помалу, подошел на третий день к Амиде.

При первых лучах наступившего дня все окрестности, насколько хватал глаз, блистали сверкающим оружием, и закованная в железо конница наполняла поля и холмы.

Верхом на коне, возвышаясь над другими, сам царь ехал впереди всех своих войск, с золотой диадемой в форме бараньей головы, украшенной драгоценными камнями; его окружали разные высшие чины и свита из разных племен.” 19.2.

3: “Персы обложили город по всей окружности стен: восточная часть досталась хионитам, южная сторона была отведена…(???), северную сторону заняли албаны, а против западных ворот поставлены были сегестанцы, самые храбрые из всех воины; с последними медленно выступал, высоко возвышаясь над людьми, отряд слонов с сидевшими на них вооруженными бойцами.

Морщинистые чудовища представляли собой, на что я уже не раз указывал, ужасное зрелище, наводящее неописуемый страх.” 19.5.1: “Между тем персы спешно окружали город фашинным бруствером и начали возводить валы. Они строили высокие башни с железной фронтовой частью и наверху помещали по одной баллисте, чтобы сбивать защитников с зубцов стен.

В то же время пращники и стрелки ни на миг не прекращали перестрелки.” 19.7.3-7: “С рассветом железные доспехи закрыли от нас весь горизонт, и боевая линия в тесном строю стала надвигаться не беспорядочно, как прежде, но равномерно под тихий звук труб; их прикрывали штурмовые крыши, а впереди находились фашинные прикрытия.

Когда, приближаясь к нам, они оказались на расстоянии выстрела, персидская пехота, с трудом отбивая щитами стрелы, летевшие из орудий со стен, раздвинула свой фронт, так как почти ни один снаряд не падал понапрасну. Даже катафракты пришли в расстройство и своим отступлением придали нашим бодрости.

Но неприятельские баллисты, поставленные на окованных железом башнях, стреляли сверху вниз, и неравному положению соответствовал неодинаковый результат: на нашей стороне кровь лилась ручьями. Слоны также были отброшены: на них мы со всех сторон бросали брандеры (горшки с нефтью). Когда огонь коснулся их тела, они попятились назад, и вожаки не могли их сдержать.” В конечном итоге город Амида был взят, Марцеллин смог ускользнуть.

Римляне, в свою очередь штурмуют город Пирисабора. Марцеллин, 24.2.10-15: “Защитники (персы) были достаточно сильны и отличались воодушевлением.

С бойниц они повесили повсюду сбитые из шерсти прикрытия, чтобы ослабить силу удара метательных снарядов; прикрываясь щитами, сплетенными из крепкого лозника и покрыв их сырыми кожами, они оказывали самое деятельное сопротивление.

Сами они производили впечатление людей из железа: полоски железа, точно прилаженные по форме, частей тела, одевали надежным покровом весь корпус… Наши катапульты и баллисты теснили защитников; но и сами они со своей высоты храбро противопоставляли им огромные луки; широкие, с обоих концов выступавшие рога этих луков стягивались очень медленно, зато спущенная сильным ударом пальцев тетива метала окованные железом стрелы с такой силой, что, впиваясь в тело противника, они пронзали его насмерть… Шел также с обеих сторон бой целыми тучами метаемых от руки камней. С равными шансами длилась жаркая битва с величайшим упорством с рассвета до начала ночи; закончилась она без решительного исхода. На следующий день возобновился упорный бой: с обеих сторон одинаковы были потери, и счастье не склонялось ни на чью сторону. Тогда император, готовый на любой риск при этих обоюдных потерях, построив клин и прикрываясь от выстрелов тесно сдвинутыми щитами, в быстром натиске бросился с отважными бойцами к вражеским воротам, которые оказались окованными толстым железом. Хотя камни, метаемые от руки из пращей, куски свинца и стрелы угрожали его жизни, но он громко приказывал своим людям пробивать створы ворот, чтобы открыть доступ в крепость, и отступил назад лишь тогда, когда понял, что тучи метательных снарядов могут его совсем засыпать.”

Вообще, Юлиан отличался личным мужеством и сам постоянно участвовал в боях. Как в своем последнем бою, так же, например, и при штурме Майозамальхи. 24.4.

4,15: “Через потайные ворота города вышло десять вооруженных персов; ползком они пробрались по подошве холмов и внезапно напали на наших. Двое из них бросились с обнаженными мечами на императора, выделявшегося своим внешним видом.

Подняв вверх щит, он отразил удар и, нисколько не растерявшись, укрываясь за щитом, всадил свой меч в бок одного из нападавших, а другого зарубили его телохранители… С вызывающим, грозным криком римляне первые сделали несколько натисков на врага, который под своим покрытием из железных пластин наподобие легких перьев чувствовал себя очень смело, так как стрелы, попадая в твердую железную броню, отскакивали, не причиняя вреда.”

Описания некоторых битв римлян с персами, позволяющих понять характер противостояния, тактику и вооружение сторон.

Бой под Самосатой

Марцеллин, 18.8.4-10

“Лишь только стало рассветать, как с одной возвышенности ударил нам в глаза блеск оружия. Раздался возбужденный крик, что враг перед нами. Дан был обычный сигнал готовиться к бою, и мы встали в тесном строю. … вдруг в задних рядах нашего строя, который стоял выше от нас по склону горы, раздались крики, что виден другой отряд катафрактов позади и что он приближается к нам во весь опор.

И вот, как случается в трудные минуты, никто не разбирал, куда ему нужно или можно направиться, и во всеобщей давке мы все рассыпались; всякий на свой страх и риск пытался спастись от большой опасности; рассеявшись, кто куда мог, мы столкнулись с нападавшим неприятелем. Отчаявшись в спасении своей жизни, мы бились храбро и были оттеснены к крутым берегам Тигра.

Одни бросались вниз, но под тяжестью вооружения застревали на мелких местах русла реки; другие попадали в водовороты и тонули; некоторые сходились с врагом и бились с переменным успехом; а некоторые в ужасе перед множеством вражеских отрядов, бросились на ближайшие отроги горной цепи Тавра. Среди этих последних был и сам командир (Урзицин). Его узнали, и целая толпа врагов окружила его.

Но благодаря быстроте коня, ему удалось уйти…”

Бои под Озогарданой и Мацепрактой

Марцеллин, 24.2.5,8

“На рассвете мы (римляне) впервые увидали врагов (сасанидов) в их сверкающих шлемах и крепких панцирях. Наши солдаты, рвавшиеся в битву, храбро бросились на них. И хотя сила, с которой враги натягивали луки, и сверкание железа их панцирей нагоняли страх на наших, но гнев усиливал их храбрость и, тесно прикрывшись щитами, они не дали им выстрелить…

По наведенным с большой осторожностью мостам перешла через этот рукав вся пехота, а всадники с лошадьми переправились вплавь с оружием, выбрав место на излучине, где течение было слабее. При этом на часть нашей конницы выпущена была внезапно туча стрел; но быстрый вспомогательный отряд, выйдя на берег, бросился на убегавших неприятелей и налетел на них, как хищная птица на свою добычу.”

Наконец, армия Юлиана приблизилась к столице персов Ктесифону. Под стенами Ктесифона состоялась крупная битва. Правда, сам Шапур 2 с царскими войсками не участвовал в битве.

Художник Angel Garcia Pinto

Битва при Ктесифоне

Марцеллин, 24.6.8-15

“Персы выставили против нас панцирных всадников в таком тесном строю, что при каждом движении тела тесно облегающие члены пластинки слепили глаза встречным; все лошади были также защищены кожаными покровами. В резерве были оставлены манипулы пехотинцев.

Прикрываясь продолговатыми выпуклыми щитами, сплетенными из тростника и покрытыми сырой кожей, выступали они в тесном строю. Позади них слоны как перемещающиеся горы движением своих огромных туш грозили гибелью приближавшимся.

Поэтому император, следуя гомеровской тактике поставил между первым и третьим строем более слабые подразделения, чтобы, оказавшись впереди, они в беспорядочном отступлении не увлекли всех остальных, или, будучи помещены сзади всех центурий и не имея никакой поддержки, не обратились тем легче в бегство. Сам он с вспомогательным отрядом легковооруженных разъезжал по переднему и заднему фронту.

Оба войска могли уже видеть друг друга. Римляне с развевающимися султанами на своих блистающих шлемах, потрясая щитами, спокойно выступали под звуки военной музыки в анапестическом такте (медленным маршем).

Передовая линия начала битву метанием копий, и земля, превращавшаяся под ногами людей в пыль, уносилась быстрым вихрем.

С обеих сторон раздался обычный боевой клич, бодрое настроение людей поддерживал звук труб, с той и другой стороны люди бились уже лицом к лицу копьями и мечами, и для каждого человека опасность быть пораженным стрелами миновала тем скорее, чем теснее он сходился с врагом.

Подавшимся назад Юлиан спешил дать подкрепление, а отстававших старался подбодрить, как соратник и командир. Первая линия персов подалась и стала отступать сначала медленным, а потом, когда бой разгорелся, быстрым шагом и спешила в близлежащий город.

Наши солдаты, хотя они были также утомлены сражением, длившимся от восхода солнца и до конца дня под палящими лучами настойчиво напирали на отступавших, рубили врага в тыл и гнали противника вместе с Пиграном, суреной, и Нарцеем, главными вождями персов, до самых стен Ктесифона, нанося удары в спину и пятки.  …персов пало около 2500, при наших потерях в 70 человек.”

И тут, возможно, Юлиан совершил ошибку. Отказавшись от осады Ктесифона он углубился во вражескую страну, преследуя Шапура и сжег флот, потому что удалялся от реки и не хотел отвлекать большие силы на охрану флота. Проводники обманули Юлиана и римская армия оказалась в незнакомой местности в окружении царских войск. Марцеллин, 25.

1. 1,3: “А когда рассвело, искрившаяся на солнце броня с железными ободками и издалека заметные блиставшие панцири оповестили нас, что перед нами царские войска… Когда мы стали продвигаться дальше, сарацины, которых отбила до этого наша пехота, вскоре соединившись с главными силами персов, сделали стремительный набег на наш обоз.

Сарацины – арабы, которые могли воевать как на стороне римлян, так и на стороне персов. Марцеллин, 14.4.

1,3: “Однако сарацины, которых нам лучше бы не иметь ни друзьями ни врагами, в своих налетах то там, то здесь в один миг опустошали все, что им попадалось, словно хищные коршуны, которые, если завидят сверху добычу, похищают ее стремительным налетом, а если не удастся схватить, летят прочь…  У этих племен, область проживания которых, начинаясь от Ассирии, простирается до порогов Нила и границы с блеммиями все люди без различия – воины. Полуголые, покрытые до бедер цветными плащами, на быстрых конях и легких верблюдах передвигаются они с места на место как во время мира, так и в пору военных тревог.”

Юлиан решил отступать. Вскоре состоялась битва против главных сил сасанидов.

Битва в Маранге

Марцеллин, 25.1.11-18

“Когда, продвигаясь дальше, вся армия сошлась в области, именуемой Маранга, на рассвете показались огромные полчища персов, с которыми были Мерен, начальник конницы, с двумя сыновьями царя и множеством знати.

То были закованные в железо отряды; железные бляшки так тесно охватывали все члены, что связки совершенно соответствовали движениям тела, и прикрытие лица так хорошо прилегало к голове, что все тело оказывалось закованным в железо, и попадавшие стрелы могли вонзиться только там, где через маленькие отверстия, находившиеся против глаз, можно что-то видеть, или где через ноздри с трудом выходит дыхание. Часть воинов, готовая сразиться копьями, стояла неподвижно, как будто люди были связаны медными цепями. Рядом с ними были расположены стрелки – этим искусством испокон веков сильны были персы. Широко разводя руки, они натягивали упругие луки, доводя тетиву до правого соска, и зажимая в левой руке стрелу, ловким и умелым толчком пальцев выпускали звонко свистевшие стрелы, наносившие смертельные раны. За ними стояли лоснящиеся слоны; страшный их вид и ужасный хобот внушали едва преодолеваемый ужас; их храп и запах и непривычный для глаз вид еще более пугали коней. Сидевшие на них вожаки, помятуя о страшном поражении, понесенном персами при Нисибисе, имели на правой руке ножи с длинной ручкой; в случае если бы нельзя было справиться с разъяренным зверем, чтобы слон не обратился против своих, как случилось тогда, и не потоптал много людей, вожак должен был сильным ударом рассечь ему позвоночник в том месте, где голова соединяется с шеей.

Несмотря на устрашающий вид всего этого, император, окруженный тесным строем вооруженных когорт и главных командиров, находился в самом бодром настроении. Превосходство сил неприятеля и опасность возбуждали его мужество и он строил навстречу врагу манипулы полукругом с заходящими флангами.

Чтобы стрелки не могли разъединить отдельные части нашей боевой линии, он приказал наступать со всей возможной быстротой для скорейшего выхода из-под обстрела. Затем был дан обычный сигнал к битве, и в тесном строю римская пехота с величайшими усилиями пробила тесный фронт неприятеля. Бой разгорался.

Звон щитов, зловещий лязг оружия, грозные крики людей, все смешалось в одно; кровь и кучи трупов покрыли поле брани.

Персов падало больше, так как они не обладали должной выдержкой и с трудом выносили бой лицом к лицу: им было более привычно сражаться на расстоянии и, увидев, что дрогнул их строй, отступать с быстротой несущихся по небу туч, и удерживать врагов от преследования, направляя назад залпы стрел. Итак, с величайшим напряжением сил персы были отбиты…”

Персы применяли тактику выжженной земли. Продовольствие в римской армии подходило к концу, но легионы стойко держались. Возможно, Юлиан смог бы успешно вывести армию из окружения, как это удалось в свое время Антонию в окружении парфян, но смерть императора серьезно повлияла на римскую армию.

Художник Angus McBride

(Сегментаты легионеров на рисунке на совести художника.)

Смерть Юлиана Отступника

Марцеллин, 25.3.2-11

“Фланги были хорошо прикрыты, и армия передвигалась в соответствии условиям местности в виде четырехугольника, причем колонны довольно далеко находились одна от другой. Вдруг император, который в этот момент вышел немного вперед для осмотра местности и был без оружия, получил известие, что на наш арьергард неожиданно сделано нападение с тыла.

Взволнованный этим неприятным известием, он забыл о панцире, схватил в тревоге лишь щит и поспешил на помощь арьергарду, но его отвлекло назад другое грозное известие о том, что передовой отряд, который он только что оставил, находится в такой же опасности. Персидский отряд катафрактов совершил нападение на находившиеся в центре наши центурии.

Заставив податься левое крыло, неприятель стремительно стал нас окружать и повел бой копьями и всякими метательными снарядами, а наши едва выдерживали запах слонов и издаваемый ими страшный рев. Император поспешил сюда и бросился в первые ряды сражавшихся, а наши легковооруженные устремились вперед и стали рубить поворачивавших персов и их зверей в спины и сухожилия.

Забывая о себе, Юлиан, подняв руки с криком, старался показать своим, что враг в страхе отступил, возбуждал ожесточение преследовавших и с безумной отвагой сам бросался в бой.

Кандидаты (телохранители) которых разогнала паника, кричали ему с разных сторон, чтобы он держался подальше от толпы бегущих, как от обвала готового рухнуть здания, и, неизвестно откуда, внезапно ударило его кавалерийское копье, рассекло кожу на руке, пробило ребра и застряло в нижней части печени.

Когда императора отнесли в палатку, солдат охватило невероятное воодушевление; ожесточение и горе побуждали их к мести, и они ринулись вперед, ударяя копьями о щиты, готовые умереть, если уж так суждено.

Хотя густая пыль засыпала глаза, и палящий зной ослаблял быстроту членов, но, чувствуя себя как бы лишенными военного звания от потери своего командира, они бросались на мечи, не щадя своей жизни. А приободрившиеся, наоборот, персы пускали такие тучи стрел, что закрывали ими себя от неприятеля; перед ними медленно выступали слоны и пугали людей и лошадей величиной своего туловища и своим страшным ревом. Далеко были слышны шум сходившихся лицом к лицу воинов, стоны падавших, ржание коней, лязг железа, пока, наконец, уже темная ночь не развела оба войска, в конец истомленные от ран.”

Римлянам пришлось выбрать нового императора – Иовиана, но атаки на ослабевшие легионы не прекращались. Марцеллин, 25.6.2,3: “И вот, когда мы уже начинали наступление, нас атаковали персы, со слонами впереди строя. Вначале и люди, и лошади пришли в смятение от их рева и грозного наступления.

Но иовианы и геркулианы убили нескольких слонов и дали сильный отпор панцирной коннице. К ним на помощь подошли легионы иовиев и викторов, когда их уже теснил неприятель, уложили двух слонов и немало людей.” Зосим, 3.

30: “Когда он (Иовиан) прибыл к крепости Сума, персидские всадники напали на римлян, используя множество слонов весьма успешно так, что пострадало правое крыло, где находились иовианы и геркуланы. Названия этих легионов были даны им Диоклетианом и Максимианом от имен Юпитера и Геркулеса.

Сначала римляне были разгромлены мощью слонов. Многие падали на бегу, а когда подоспели персы, их слоны и лошади вздыбили землю. После этого опасность обрушилась на участок, где находились римские тылы и обозы.

Теперь и они разделили опасность, разъярив персов тем, что ранили некоторых слонов, которые заревели от боли, разбежались и дезорганизовали конницу. В результате слоны были перебиты римскими солдатами, когда они спасались бегством. Много воинов погибло в ходе этого сражения.”

Иовиан был вынужден подписать с Шапуром унизительный договор и уступить территории на востоке.

Художник Angus McBride

Армия сасанидов 4 в. предстает перед нами достаточно сбалансированной за счет большого количества различных народностей, входящих в нее. Персы имеют большое количество лучников, в том числе конных и пращников. Арабы могут использовать верблюдов. Говоря о пехоте ополчения, охраняющей обозы, Марцеллин сравнивает ее с мирмиллонами. Трудно сказать, на чем хотел сделать упор автор.

Шлем с рыбкой? Чешуйчатые доспехи? Сомнительно для обозной пехоты. Скорее всего наличие традиционного большого квадратного щита, сделанного из лозняка или тростника и обтянутого кожей. Помимо обозной пехоты есть и достаточно стойкая тяжелая пехота. Марцеллин постоянно упоминает сверкание доспехов в ситуациях, позволяющих отнести эти слова к пехоте.

Есть известная фреска из Дура-Европос, города, взятого сасанидами в середине 3 в. И хотя изображенная сцена относится к филистимлянам и израильтянам, но внешний вид воинов современные исследователи интерпретируют как угодно.

Коннолли пришло в голову, что это изображены спешенные катафракты, кто то считает фигуры нарисованы с пальмирских воинов, а есть гипотеза, что так могли выглядеть тяжелые пехотинцы сасанидов.

Слоны постоянно упоминаются в армии сасанидов, но римские легионы всегда умели сражаться со слонами. Ядро царской армии составляла тяжелая катафрактная конница знати – саваран.

Всадник полностью закрыт доспехами, даже лицо прикрывает личина. Лошадь может быть защищена ламеллярной или кожаной попоной. Вооружен всадник длинным мечом и контосом, кторый держит поперек крупа лошади.

(Тогда как сарматы могли держать контос с одной стороны лошади).

Римские легионы, как следует из приведенных выше описаний сражений, достаточно успешно противостояли персидской тяжелой коннице. Интересные способы борьбы легионеров с катафрактами приводит Либаний в панегириках Констанцию и Юлиану. “…вступив в схватку с латниками перед стеною, они (римляне) изобретали более сильный способ вооружения.

Пехотинец, отодвигаясь с дороги, пο какой несся конь, для него его напор делал тщетным, а сам во время скачки мимо него ударял всадника по виску дубиной, сбрасывал его с седла и затем без труда расправлялся с ним…  Гоплит (легионер), проскользнув мимо копья всадника, распоров мечем брюхо коня, валил на землю обоих и закованный в железный панцирь становился легкою жертвою меча.”

В 5 в. Восточная Римская империя и империя сасанидов пришли в равновесие. Обеим империям приходилось отбиваться от гуннов.

Источник: http://strategwar.ru/military-history/sasanidy-protiv-legionov-rima-ch-2

Refy-free
Добавить комментарий